Андрей Земляной 
Идентификация

Агрессия – 1

«Андрей Земляной «Идентификация»»: Ленинград; СПб.; 2014
ISBN 978-5-516-00203-8
Аннотация

Мир будущего вовсе не пасторальная тишь, а жесткое прагматичное время, где ритм задают тяжелые сапоги планетарной пехоты и шипение плазменных очередей.
Что же делает в этом кошмаре русская девушка двадцати пяти лет, попавшая в сложные жизненные обстоятельства? Кто она и откуда, почему за ней словно шлейфом тянутся смерти и секреты?

Андрей Земляной
ИДЕНТИФИКАЦИЯ

Глава 1

Глядя на мир со всех точек зрения, не переверни глобус.
Аполлон Ябердыев, истопник ЖЭУ № 14

Из редакционной статьи «Очерки нового времени». 
«Новый журнал», Санкт-Петербург, 2098 год 
«Закон о гражданском долге», принятый в 2051 году, разделил тогдашнее российское общество на тех, кто признавал свой долг перед страной и обществом, и тех, кто считал, что он им ничего не должен. При всей полярности оценок нужно сказать, что в тексте закона не содержалось ничего такого, что выходило бы за рамки общественного договора. Но вот то, что за неоказание помощи в критической ситуации теперь можно было получить реальный срок, а за публикацию заведомо ложных сведений о государстве и государственных деятелях запросто лишиться гражданства, раздражало очень многих. Показательные суды и последовавшие депортации подняли градус антироссийской истерии до немыслимых высот, но к этому времени во всем российском обществе сформировалась устойчивая реакция отторжения ко всему, что доносится из-за границ страны. Тем более что соответствующие организации опять снизили плату, и теперь для получения приличной зарплаты бывшим русским приходилось писать по триста комментариев в день.
Но большинство граждан России восприняли новый закон с одобрением. Курсы самообороны, первой медицинской и психологической помощи, добровольных спасателей стали повсеместно распространены, и все чаще на персональных коммуникаторах граждан рядом с личными данными высвечивался символ добровольной медицинской, спасательной, военной или внутренней службы.
Это в конечном итоге и предопределило провал попытки переворота, предпринятой после смерти Владимира Сытина, когда воцарилось прямое парламентское правление.
Длилось оно недолго, но за пять лет так называемые народные избранники, а по сути популисты и болтуны, смогли ослабить основы государственного управления так, что в некоторых местах России организовались настоящие бандитские анклавы.
Созданные под прикрытием «Закона о свободном обращении валют и об экстерриториальных зонах», эти образования быстро стали рассадником бандитизма, терроризма и беззакония вообще.
За последние пять лет конституционный порядок восстановлен на территориях бывших Амурского, Брестского и Калининградского анклавов, а ликвидация Красноярского и Казанского лишь вопрос времени.

Совершенно секретно. 
Только для адресата. Копий нет. 
Архивный индекс 22748 V000392 
Проект «Муар». 
Сообщение № 11. 
Объект № 5 доставлен в точку, определенную распоряжением «Муар № 9». Персонал для работы с объектом сформирован и в настоящее время разворачивает лабораторно-исследовательский комплекс. Аналитическая группа, работавшая с самого начала, согласно распоряжению, была уменьшена до пяти сотрудников. К трем выбывшим применена процедура, согласно директиве 81 KER.
Начальник 23-го управления
Объединенного разведывательного управления, полковник Демиан

Нью-Йоркская сплетница, выпуск № 2085 
Пассажиры монорельса, следующего сразу после полудня между станциями Эдисон-Метучен, могли наблюдать как «Ровер-400», несущийся с огромной скоростью, врезался в ограждение газового коллектора и через несколько секунд был буквально разорван в клочья мощным взрывом. Судя по полицейскому протоколу, погибшие — трое сотрудников частной исследовательской фирмы — только что хорошенько отметили завершение очередного контракта и, сильно перебрав, решили проехаться «с ветерком».
К счастью, никто, кроме пассажиров «Ровера», не пострадал, и это можно считать большой удачей, так как наземное движение на этом участке магистрали довольно плотное.

21-е управление ОРУ. 
Ведомость на списание специальных материалов и средств. 
Форма № 49 
1. Келеар — 500 граммов в стандартной упаковке, производство «Дженерал Кемикл». Код хранения: 223–647235.
2. Взрыватель универсальный «Kora-D» мод. 22–3 штуки, производство «Рейтеон». Код хранения: 223–647546.
Конец списка.
Подпись и расшифровка
Командир шестой группы оперативного отдела 21-го управления капитан Хименес

Россия, Казань, Верхний город. 
Университетский городок 

Тщательно охраняемый вход в университетский комплекс Алиса преодолела легко и непринужденно, словно на прогулке. Команда поддержки зря свой хлеб не ела. «Гнутые» чипы сработали как надо, и вот она идет спокойным, уверенным шагом по заполненной народом площади перед главным корпусом. Повсюду куда хватало глаз радостно суетились ярко одетые студенты, чинно шли по своим делам преподаватели и сотрудники научных центров. Взрывы хохота, щебет девичьих стаек в разноцветных платьях, и книги, книги, книги…
Придав своему лицу выражение легкой озабоченности, девушка, одетая в легкое светлое платье, нырнула в прохладу холла и свернула к служебным помещениям. Специальным образом построенный облик заставлял любой взгляд соскальзывать  с ее фигуры, модификаторы внешности превратили красивое лицо в нечто плохо запоминающееся, а роскошную рыжую гриву — в короткую стрижку светло-русых волос.
Слегка вальяжной походкой Алиса спустилась в хозяйственный блок. Но стоило ей свернуть за поворот, где начинался технический коридор, ее движения резко изменились. Теперь она шла четко, целеустремленно и совершенно не глядя по сторонам, словно десять раз на дню проделывала этот путь.
Дверь на кухню даже не закрывалась. Охранник лениво мазнул взглядом по синей карточке на высокой груди Алисы, чуть слышно вздохнул и вновь повернулся к экрану, на котором мелькала спортивная программа.
Еще один поворот, и маленький тупичок, в котором находился туалет, на несколько важных минут приютил ее. Крошечный рюкзачок, в котором студенты носили планшет и немногочисленные личные вещи, оказался заполнен массой интересных предметов, вовсе не имеющих отношения к учебе.
Комбинезон из тонкого полихроматика и смывший имитацию загара специальный крем сделали ее неотличимой от орды бледнокожих техников, обслуживающих огромный комплекс Университета, который занимал два квартала.
Ровной, уверенной походкой она спустилась по металлической лестнице и прошла через пищеблок, отметив по дороге звероватого вида повара и набор устрашающего вида ножей на доске перед ним.
Еще одна лестница — и тупик, тускло освещенный крошечным закопченным плафоном, и так необходимое ей окно, выходившее на узкий бортик, который проходил рядом с силовыми конструкциями перехода из главного в исследовательский корпус.
Алиса достала из кармашка на поясе горошинку транслятора, прикрепила шарик к стеклу и придавила, запуская сложное устройство.
— Заработало, — донесся из имплантированного переговорника голос Ким, оператора группы взлома. — У тебя тридцать секунд.
Алиса перевела дух. Пока все гладко. А там посмотрим.
— Сигнализация отключена.
— Спасибо, Ким.
Она выдернула из кармашка на боку универсальный ключ и вставила его в гнездо. Щелчок, и с небольшим скрипом окно начало приоткрываться.
— Сработал внешний контур защиты! — прошелестел переговорник. — Кобра, убирайся оттуда!
— А то я сама не знаю, — прошипела Алиса, выдергивая ключ-отмычку и быстро оглядываясь.
«Черт бы побрал этих параноиков! Мало им сигнализации на внутреннем контуре. Они еще понатыкали датчиков на внешнем».
План эвакуации на данном этапе предполагал уход через мусоросборник. Но это означало не только пару часов в баке с отбросами, но и то, что о премиальных можно забыть. А минимальный платеж за участие в операции никак не устраивал Алису. Жизнь в Нижнем городе легка и приятна лишь тогда, когда у тебя есть деньги. Как, впрочем, и везде. А гонорар за эту операцию был таким, что можно было лет десять жить на широкую ногу и не беспокоиться ни о чем. Десять миллионов юаней в Первом атлантическом банке, расположенном на огромном плавучем острове, отлично мотивировали на достижение результата.
Перед глазами встала, словно на картинке, планировка главного корпуса. Нужный ей коридор совсем рядом. Она поправила ремень рюкзака, спокойным, но быстрым шагом дошла до нужного поворота и уткнулась в закрытую дверь. Уже почти не раздумывая, воткнула отмычку, которую все еще держала в руке, хекнув от натуги, потянула со всей силы рычаг вверх и провернула личинку замка, ломая механизм.
Распахнула дверь. Вроде тихо. Прикрыла дверь и, вложив между дверью и косяком клеевую капсулу, прижала ее на несколько секунд, намертво приклеивая дверь к раме.
Пока разберутся, что к чему, пока сломают…
Лестница вела в подземный гараж под Университетом. Точнее, в ту часть, что давно не использовалась, так как руководство и преподаватели предпочитали оставлять машины на крыше, а студентам въезд на территорию был вообще запрещен. Стоянка же просто осталась с более ранних времен, когда машины в основном ездили по земле.
Спустившись на один пролет вниз, Алиса стерла с лица придававшую ей неестественную бледность крем-маску, переключила цвет комбинезона с серого на белый, меняя статус с простого техника на представителя инженерного состава, и продолжила путь.
Она выскочила в прохладный полумрак стоянки и по привычке вдохнула воздух, анализируя запахи. Но анализировать было нечего. Все напрочь перебивал кисловатый, удушливый запах векса — сильнейшего синтетического наркотика, запрещенного под страхом длительной отсидки в местах, сильно отдаленных от цивилизации.
А, повернув голову, она увидела и источник запаха.
В полном молчании, усевшись прямо на бетонный пол, сидела небольшая группка молодых оболтусов и передавала друг другу дымящуюся сигарету. Три юноши и девушка. Впрочем, девушка уже не участвовала в празднике жизни, поскольку укурилась в тряпки и в настоящий момент лежала в полной отключке на бетоне, свернувшись калачиком.
Вообще-то векс кололи в вену. Но среди золотой молодежи считалось особым шиком именно курить эту чрезвычайно дорогую отраву.
Кроме эйфорического эффекта, векс почти вдвое ускорял реакцию, снижал болевой порог и делал человека гораздо сильнее. Но, как за все в этом мире, за кратковременное усиление возможностей приходилось платить длинным периодом полного бессилия, депрессии и необратимыми изменениями в психике.
— О, у нас гости, — произнес тот, что сидел лицом к выходу.
Двое обернулись, и на Алису уставились три пары совершенно безумных глаз. Молодые люди легко поднялись и, не торопясь, вразвалочку двинулись в ее сторону.
В ту же секунду Алиса поняла, что ее никто не будет запугивать или насиловать. Ее просто убьют как нежелательного свидетеля.
Если сумеют.
Она подождала, пока дистанция еще немного сократится, и сделала шаг в сторону, нанеся резкий удар в коленную чашечку первого.
Нога хрустнула, и, охнув, парень упал на правое колено. Не дожидаясь, пока он преодолеет болевой шок и встанет, она левой рукой дернула к себе его голову, а правой нанесла удар по подбородку. Легкий маслянистый хруст шейных позвонков, и тело начало заваливаться на бок.
Девушка взмахнула правой ногой, но, не доведя удар до уже уклоняющегося человека, резко подняла ногу вверх, ударив подъемом стопы в основание черепа, приземлилась на руки и, перевернувшись, словно кошка, заблокировала коротким движением удар коленом, и этой же рукой смяла горло последнего нападавшего, словно пустую консервную банку.
То, что она сражалась за свою жизнь, ситуации не меняло. Она прикончила троих наверняка непростых деток.
Черт, черт, черт…
Однако быстро и без потерь убрать трех укурков — это она, можно сказать, молодец.
Быстро пройдясь по карманам всех четверых, обнаружила крупную сумму наличных, несколько пропусков в VIP-зоны, чип-карты, еще одну порцию векса и небольшую пластмассовую коробочку с логотипом концерна «Камова» на запястном ремешке. Особое внимание она уделила документам накурившейся до бесчувствия девушки.
— Пресвятая мать Удача! — тихо прошептала девушка, сжимая в руках универсальный ключ-доступ. Тот, судя по красной маркировке, был максимально высокого для сотрудников уровня.
Аккуратно, словно боясь сломать, Алиса нажала на брелке кнопочку с изображением ключа. Где-то за колонной коротко пискнуло, и на браслете запульсировал зеленый огонек.
Огромный, низкий супербайк перемигивался тестовыми огнями, когда Алиса, слегка робея, подошла ближе.
Решение созрело мгновенно. Достав очередной шарик транслятора, она налепила его на управляющий блок.
— Решила обзавестись тачкой? — раздался немного напряженный голос Ким. — Ого, сильный зверь.
Ким, естественно, не могла видеть, что за агрегат стоял перед Алисой, и ориентировалась исключительно по сложности управляющих контуров.
— Готово. Можешь ехать. Ты к нам? — осторожно спросила Ким.
— Нет, я попробую все же прорваться.
— Удачи тебе, Кобра.
Алиса переоделась в платье, свернула комбинезон в тугой рулончик и спрятала его в сумку. Вздохнула, поправила зачем-то одежду и устроилась на еще теплой спине байка. Затем дала мысленную команду на запуск двигателя.
С утробным рычанием, переходящим в тонкий свист, машина разогнала турбину на холостых оборотах.
Девушка для пробы подвигала передним колесом и осторожно тронулась.
Несмотря на толстую прокладку, вибрация мощнейшего механизма отдавалась в каждой клеточке организма. Алиса сделала пробный круг в пространстве паркинга и направила байк к коридору, ведущему в исследовательский комплекс.
Неизвестно кому и когда пришла в голову мысль выпускать силами концерна «Камова» флайт-байки, но результат был действительно выдающимся. Сделанный в дизайне штурмового бота, оснащенный мощной турбиной, управляющим модулем и мнемоническим управлением, летающий мотоцикл был мечтой каждого мальчишки от пяти до восьмидесяти лет. Стоила такая игрушка, как три флаера среднего класса, но желающие были вынуждены ждать по полгода, пока не подойдет их очередь.
Успокоив дыхание, она придала лицу высокомерно-холодное выражение, и с этим лицом, словно с пропуском, подъехала к створкам въезда на служебную стоянку.
— А, новая подружка Эльзы? — приветствовал ее охранник и открыл шлагбаум. — Смотри, не поцарапай ненароком.
Алиса молча дернула плечиком и въехала в полупустое пространство стоянки, сохраняя все то же бесстрастно-надменное выражение.
Спецам из группы поддержки не понадобилось ломать электронику лифта. Комбинация VIP-карточки и ключа-доступа вызвала кабину, и она вознесла девушку на шестой этаж корпуса, с которого начинался лабораторный блок и велась вся исследовательская работа университета.
Если бы здание проектировали специально под исследовательские нужды, никаких шансов сделать задуманное у Алисы не было бы. Но корпус являлся просто старой бетонной коробкой, которую слегка усилили охранными системами и постами.
Впрочем, попадаться не рекомендовалось. По закупочной ведомости, у фирмы, которая реконструировала здание, значилось около десятка излучателей на роботизированных турелях. Куда-то же их поставили?
Как и ожидалось, болезненно стерильный туалет был оборудован кабинками закрытого типа, а не отгородками европейского типа, доходящими до пояса.
Делая вид, что поправляет макияж, Алиса дождалась, пока освободится нужный ей отсек, и, скользнув внутрь, осторожно задвинула защелку и обессиленно прислонилась лбом к двери.
— Ты на месте! — торжествующе зашелестел в наушнике голос Ким. — Давай, чего ждешь?
Алиса еще не знала, что из трех человек, пошедших на проникновение, двое ее коллег вернулись ни с чем, едва не провалив все дело. И теперь от нее одной зависели результаты работы всей команды, подрядившейся на взлом научного сервера Университета.
Когда-то давно можно было вскрыть сеть лишь программными средствами, но современные способы аппаратной защиты сделали эти времена легендой. Только внедрение электронного устройства непосредственно во взламываемую сеть, а лучше — в сам компьютер, могли сделать взлом не совсем безнадежным занятием.
Стенка за спиной Алисы лишь выглядела монолитной. За тонкой перегородкой из пластобетона в кабеле-канале проходила главная информационная хорда охранной системы здания.
Осторожно выдавив из тюбика коричневатую пасту, Алиса отодвинулась как можно дальше. Специализированные наноботы разрушали все, кроме живой органики, но, наслушавшись от старших товарищей ужасных россказней о нанитах военного образца, девушка предпочитала не рисковать.
Понемногу дыра в стене становилась все шире и шире. Наконец появилась верхушка кабеля.
Распылив закрепляющий состав по краю дыры, Алиса выдавила остаток нанопасты на металлическую оболочку кабеля.
Растворив внешнюю часть кабеля, Алиса достала специальный прибор, напоминающий ручку с усиками, и, прижав ее к одному из проводов, поворотом колесика на торцевой части инструмента заставила усики сжаться.
— Пошла инфа, — деловито пробубнила Ким. — Не то, давай следующий.
Лишь на шестом, последнем, волокне команда поддержки успокоилась и передала девушке сигнал перехода к следующей стадии.
«Если все пойдет как надо, это будет совсем просто», — успокаивала себя Алиса, заливая дыру быстротвердеющей пеной и закрывая место взлома куском подходящей по цвету пленки.
Дойдя быстрой целеустремленной походкой до внутриблокового лифта, она поднялась еще на десять этажей, оказавшись в святая святых корпуса. Алиса успела пройти лишь десять метров от дверей лифта, как надсадно взвыла пожарная сирена, а коридор заполнился испуганно бегущими людьми.

Двадцать восьмая лаборатория Института смежных проблем, как и следует из названия, занималась смежными проблемами. С чем смежными? С войной, разумеется. Лаборатория выискивала из разработок Университета наиболее перспективные с точки зрения военных и передавала контроль за ними в липкие руки специалистов Института.
Именно поэтому лаборатория находилась на территории Университета, а не в сверхзащищенном здании ИСП.
Спокойным твердым шагом Алиса шла по быстро пустеющему коридору к дверям лаборатории. Насколько она могла видеть, оттуда еще никто не выходил.
— Кобра, движение охраны в твоем секторе.
Она и сама уже видела массивные фигуры охранников в конце коридора. План рушился на глазах. Предполагалось, что сотрудники лаборатории покинут здание, как только прозвучит сигнал пожарной тревоги. Ей нужно было всего несколько секунд, чтобы, воспользовавшись эвакуационной суматохой, воткнуть мощный транслятор в один из компьютеров лаборатории и, смешавшись с толпой, покинуть здание.
Но вместо обычной пожарной тревоги этаж был блокирован охраной, тщательно проверявшей документы у каждого выходящего человека.
Через какое-то количество охранников Алиса смогла бы прорваться. Но она не сомневалась, что подобное развитие событий охраной было предусмотрено.
Девушка слегка замедлила ход, судорожно оценивая варианты побега, и чуть не натолкнулась на озирающегося вокруг высокого, полного и слегка сутулого юношу в голубом лабораторном халате.
— Вы не могли бы мне помочь? — Казалось, ему не было никакого дела до царящей вокруг суматохи. Взъерошенные, неухоженные волосы темного цвета, когда-то светло-голубой халат с прожженными дырами и взгляд фанатика, у которого крышу унесло ураганом еще в глубоком детстве.
— Смотря, что надо делать… — Алиса озорно улыбнулась, включив свое обаяние на максимум.
— Я тут разрабатываю новый интерфейсный кокон… — несколько снисходительно пояснил ученый, широко распахнул дверь и приглашающе кивнул.
Они зашли в лабораторию, больше похожую на склад. Везде стояли стеллажи с разными приборами, и только один угол занимал похожий на саркофаг кокон из слегка прозрачного материала.
Алиса прошлась по комнате, вполуха слушая сбивчивые объяснения молодого человека.
— Бюджет, как всегда, урезали, и пришлось сделать комплекс маленьким. На худенького человека. А тут такая суматоха. Я бы и сам залез, но… — Юноша виновато развел руками. — Сидячая работа.
Алиса снова улыбнулась.
— Куда надо залезть? — Она ткнула пальчиком на опутанный проводами кокон. — Сюда?
— Сейчас, сейчас, — засуетился инженер. — Я только подготовлю все. Это быстро.
— Не торопись, — сказала девушка, которой позарез нужно было тянуть время. — У меня еще час до следующей пары.
Пока лаборант, целиком поглощенный возней со своими железками, что-то невнятно бормотал, Алиса успела найти самый мощный компьютер и прилепить к его задней стенке коробочку транслятора. Работающий на тех же принципах, что и одноразовые шарики, он был несравненно мощнее и намного, намного дороже.
— Ты молодец! — прокричала в наушник Ким. — Пошли данные. Через пять минут закончим. Уноси оттуда ноги!
Алиса промолчала. У нее был новый план. Она собиралась дождаться конца эксперимента и попросить молодого человека проводить ее до стоянки, сославшись на недомогание. Заодно и охрана немного расслабится.
— Ну, все. — Слегка напряженный лаборант вынырнул из нагромождения приборов и вдруг осипшим голосом произнес: — Ты не передумала?
Будь Алиса обыкновенной девушкой или девушкой с абсолютно надежными документами, она бы, лишь поглядев в эти безумные глаза, не раздумывая, рванула прочь, унося ноги. Но за дверьми торчала вооруженная охрана, а нарушители периметра ИСП далеко не всегда выживали.
— Будет лучше, если ты снимешь одежду, — виновато сказал молодой человек. — Я отвернусь.
Алиса усмехнулась. Жизнь в полубандитском анклаве из кого угодно выбьет все целомудрие. Тем более что своего тела она совсем не стеснялась. Стройная и подтянутая, если бы не почти полное отсутствие подкожного жира, она могла бы претендовать на работу моделью, но девушка была категорически против дополнительных условий, сопровождавших труд моделей.
Она поставила свой рюкзачок на стул и туда же скинула платье и трусики. Судя по учащенному дыханию, лаборант повернулся и бессовестно пялился на нее, но Алисе на это было наплевать.
Автоматически захлопнувшийся кокон обхватил ее тело мягкими, но прочными захватами. Искаженный полупрозрачным материалом лаборант забегал по лаборатории, оживляя приборы. Но ничего не изменилось.
— Пошел взлом. Если можешь… — последний раз прошептал переговорник и, коротко пискнув, замолк.
Алиса вдруг почувствовала нестерпимый жар, идущий от кончиков пальцев, и короткая вспышка погасила ее сознание.
Подключенный напрямую к компу транслятор легко обошел все защиты и вломился в закрытую зону внутреннего сервера исследовательского корпуса. Там было то, что интересовало группу взлома: программы удаленного контроля компьютеров, новые боевые вирусы и прочие данные, относящиеся к категории секретных и совершенно секретных.
Но, перехватив управление лабораторным компом, даже частично, транслятор нарушил информационный поток, и в кокон пошла совсем другая информация. Не тестовая облегченная версия, а набор боевых программ нейропрограммной модификации человека.
Какая-то часть сознания Алисы еще сопротивлялась мутному информационному потоку. Но, когда гарь от перегревающихся приборов заполнила все помещение лаборатории и сработали системы пожаротушения, наполняя все пространство инертным газом, а потерявший сознание гений рухнул на аппаратный стол, смешав в кучу спаянные кое-как детали, сильный разряд пронзил тело Алисы, лишив ее последних крох воли.
Она пришла в себя от недостатка кислорода. Девушка судорожно билась в прочных зажимах кокона, пытаясь освободиться, вновь понемногу теряя сознание. Но, неожиданно собравшись, целенаправленно рванула вперед и вывалилась наружу, сорвав с петель крышку саркофага.
Комнату уже продуло нормальным воздухом, и покачивающаяся от всего, что произошло, Алиса на подгибающихся ногах подошла к стулу, на котором лежали ее вещи, и, опершись на него руками, перевела дыхание. В голове стучало, словно сердце переместилось в мозги, а в ушах отчего-то звучал какой-то мотивчик в исполнении серебряных колокольчиков. Встряхнув головой, Алиса прогнала дурноту, но колокольчики стали только громче. Несмотря на головокружение и странные галлюцинации, тело словно распирала какая-то сила и энергия. Хотелось, как в детстве, прыгать до неба и совершать всякие глупости.
На секунду задумавшись, она надела комбинезон, подкрутила регулятор, так что одежда плотно обтекла все тело, сменила цвет на черный и ладонью пригладила короткую стрижку светлых волос.
Глянув на себя в полированный бок аппаратного шкафа, она усмехнулась тому, что стала похожа на дорогую шлюху, изображавшую из себя персонаж из шпионских комиксов, и оглянулась. Молодой гений лежал на столе, раскинув руки, словно хотел обнять весь мир. Коротким движением Алиса прижала пальцы к артерии на шее.
— Да, парень. Тебе крупно не повезло, — сказала она задумчиво и, подчиняясь скорее привычке, быстро обшарила труп. Улов был небогат. Мелочь, невнятного вида ключи, браслет коммуникатора. Вот и все. Похоже, у парня не было даже машины. Алиса достала крошечный излучатель и тщательно прошлась по приборам и компьютерам, превращая их в обгоревшие комочки пластика и металла. Выдернула отработавший свое транслятор и так же тщательно убила лабораторный комп.
Все. Больше тут делать нечего.
Она шагнула к двери и неожиданно для себя самой покачнулась. Вот черт. Как не вовремя. Потрясла головой, разгоняя налетевшую дурноту, и решительно толкнула дверь.
Скользнула глазами по безликим стеновым панелям и уперлась глазами в группу полицейских, стоявших у соседней двери.
Они рассматривали друг друга несколько секунд, пока один из полицейских, насмотревшийся боевиков стажер, не выдернул картинным жестом табельный разрядник и, наведя ствол на девушку, прокричал, срываясь в фальцет:
— Лечь на пол, руки за голову!
Стоявший за его спиной низкорослый сержант еще тянул голову, пытаясь понять, кого же там взял на прицел его подопечный, когда силуэт девушки словно размазался.
Под неумолкающий звон в голове Алиса улыбнулась и легко, будто делала это раньше, сделала несколько шагов по полу, разгоняясь и пропуская мимо себя синеватые искры разрядов, потом по стене, потолку и, перевернувшись, словно кошка, оказалась за спинами не успевших ничего понять полисменов. Четыре коротких, словно танцевальных движения — и все они осели мятой черно-серой кучей, как скошенные одной очередью.
А в нее будто бес вселился. Даже не оглянувшись на учиненное бесчинство, она прошла легким шагом мимо лифта и, перескакивая через ступеньки, бесшумно понеслась наверх, все больше и больше отдаваясь странному, похожему на транс состоянию, от которого все мышцы пели, словно натянутая струна.
Спокойная служба в охране располагает к некоторой расслабленности, поэтому дежуривший на верхней площадке охранник даже не успел дернуться к тревожной кнопке, когда черное нечто, пролетая мимо, слегка коснулось его головы ладонью. От этого движения голова с бильярдным стуком врезалась в стену и, оставив на ней кровавую кляксу, поползла вниз, увлекаемая обмякшим телом.
На крыше, где располагалась стоянка, было относительно пусто, если не считать пары десятков флайт-каров и пятерых полицейских спецназовцев в штурмовой броне, державших выход на стоянку под прицелом. О спецназе регионального управления полиции ходили настоящие легенды. Что из них было правдой, а что нет, сказать трудно, но на миллионный город полагалось иметь не больше пятнадцати человек, работавших в три смены.
— Лечь на землю, руки за голову, — прогремел усиленный мегафоном голос.
Но она и не думала сдаваться. Подчиняясь бушевавшему в ее теле пламени, плавно, словно в воде, скользнула к первому офицеру и, выкрутив одним движением из его рук мощный разрядник, прижала ствол к шлему и нажала спусковую клавишу. То, что блюститель порядка не сварился мгновенно в своей скорлупе, было несомненной заслугой разработчиков снаряжения. Но, принимая на себя удар разрядника в упор, металлопластиковая броня спеклась в почти неподвижный саркофаг, в котором еще можно было ползти, но нельзя было даже встать.
Через три секунды объективного времени все спецназовцы напоминали обгорелые головешки, а еще через десять Алиса на кошмарной пародии на средства транспорта под названием «Хенде-Жук» рвала когти к спасительной границе Верхнего и Нижнего города.
Над тем, что с ней произошло и как ей удалось свалить пятерых матерых спецназовцев, она думала вскользь. Может, и правда то, что говорил Седой? И после странной процедуры у того придурковатого компьютерщика к ней вернулась часть памяти?
Это даже здорово, поскольку резко повышает ее шансы дожить до пенсии.
Бросив машину в неприметном переулке, Алиса первым делом связалась с Ким. Получив все полагающиеся в таком случае поздравления, добралась до своей новой квартиры, закрыла окна и двери на контроль и, едва раздевшись, рухнула в постель.
Сон был тяжелым. Словно кто-то неведомый большой совковой лопатой перемешивал мозги. Мелькали лица, имена, длинные строчки каких-то документов и непонятная, будоражащая душу музыка.

Глава 2

Немногие способны видеть что-то другое, а не то, что они хотят увидеть.
Безымянный пациент неврологической клиники, г. Красноярск

Программа «Желание». Медиапул «Альянс» 
— Добрый день, здравствуйте! Сегодня Америка и Европа встречают победителя Великой Лотереи «Желание». Пять лет назад здесь, на этой сцене, мы приветствовали Элеонору Сабах, победительницу прошлого розыгрыша, пожелавшую стать порноактрисой. Компания «Желание» оплатила лучших пластических хирургов и специалистов школы «Олимп», готовящих эскорт-леди, и вот уже два года госпожа Сабах радует нас своим возвышенным искусством. Она даже выпустила новый учебник по сексуальному просвещению, который пользуется огромным спросом среди школьников младших классов. Но сегодня у нее еще один великий праздник. За высокие достижения на ниве культуры и просвещения городской совет Нью-Йорка присвоил ей гражданство категории «С», и это лишнее подтверждение тому факту, что удача всегда привлекает удачу.
Но мы отвлеклись. Итак, встречайте нового победителя! Реджинальд Гани, преподаватель физической культуры в муниципальной школе Мюнхена, Германская директория. Он приобрел талон лотереи «Желание» на благотворительном вечере «Партии любви» и уже выиграл в четвертьфинале ночь с очаровательной Сидни Локк, нашей юной восходящей звездой артсекса. В свои девять лет она уже стала более популярна, чем Иви Ларкон, и по рейтингам вплотную подбирается к Кендре Раско. Теперь нашему герою предстоит самый сложный выбор в его жизни. Желание, которое, возможно, изменит всю его жизнь навсегда, а возможно… Ну не будем забегать вперед. Скажите, Реджинальд, что вы думаете о сегодняшнем дне?
— Это самый лучший день в моей жизни. Он…
— Смотрите, господа, Реджи плачет! Слезы льются из его глаз, но это слезы счастья, потому что это лотерея сбывшихся желаний и здесь нет места разочарованиям! Только сейчас, только здесь, исполнение любых желаний! А теперь я наконец задам тот вопрос, ради которого господин Гани вышел на эту сцену. Скажите же нам свое самое затаенное желание!
— Знаете, я много думал… Я, наверное…
— Не стесняйтесь. Наверное, вам не удастся удивить нас больше, чем преподобный отец Шелдон, пожелавший стать папой римским. Он, кстати, сейчас наблюдает за нашим шоу из своей резиденции в Ватикане и желает вам быть осторожным со своими желаниями, ведь они сейчас обязательно сбудутся.
— Я хочу, чтобы директор нашей школы умер.
— Да, господа. Давно я не слышал подобных слов, но врать не буду: наши психологи предположили такое развитие истории, и сейчас на сцену поднимается сам Черный Доктор, знаменитый наемный убийца, за спиной которого целое кладбище. По понятным причинам его лицо скрыто маской, а голос изменен, но хватит слов, я передаю микрофон Черному Доктору.
— Скажите, Реджинальд, какой смертью должен умереть ваш обидчик? Тихо и мирно, словно уснуть, или грязно и кроваво, словно в «Акульем плавнике».
— Я… я, наверное, хотел бы, чтоб кроваво.
— Отлично, Реджи, Черный Доктор вас понял и покидает нас, чтобы организовать все в прямом эфире. Ученики и соратники великого мастера смерти уже ждут сигнала своего учителя, а операторы донесут до нас все подробности этой, я уверен, кровавой драмы. Но позвольте мне на несколько минут отсрочить приговор несчастному Барри Хинту и показать нашему чемпиону еще кое-что. Смотрите на экран, Реджи. Это одинокий островок в океане. Вилла построена знаменитым дизайнером Лероем Таго и имеет все необходимое для поддержания жизнедеятельности в течение ста лет. Пищевой синтезатор, способный производить любые, даже самые изысканные блюда, огромный бассейн и площадка для флаеров, способная принять больше ста гостей. К этому дому в комплекте прилагаются собственно флаер-лимузин, катер для рыбной ловли и миниатюрная подводная лодка с комплектом водолазного оборудования. Но и это совсем не главное! А что же главное, спросите вы, в доме стоимостью в триста миллионов? А вот что! Совсем рядом, буквально в пятистах метрах от этого острова, находится один из филиалов школы «Олимп», где юные красавицы проходят обучение и практику перед сдачей квалификационных экзаменов на пятую ступень.
— О боже!
— Да, Режди. И только вам выбирать между адом для вашего врага и раем для себя. Сейчас на наших экранах вы можете видеть, как вокруг Барри Хинта уже смыкается кольцо из профессиональных убийц. Настоящие мастера своего дела приготовили для нас настоящую феерию. Сейчас флаер, управляемый Барри, встретится лоб в лоб с грузовиком, везущим бетонные блоки. Но это совсем не конец! Для того чтобы вытащить его из покореженной машины, спасателям придется отрезать ему обе ноги и руку, причем он все это время будет в сознании. А потом, когда его понесут к машине скорой помощи, сверху рухнет вот этот столб и проткнет несчастного насквозь, после чего бензин, которым пропитана его одежда, вспыхнет, словно факел. Последние минуты несчастного директора будут полны воистину феерических ощущений. Вам только нужно будет войти в синюю кабинку и нажать кнопку. Но если вдруг вы решите, что ваше счастье стоит дороже, прошу в белую кабинку. Там вы тоже увидите кнопку, после нажатия на которую чартер отвезет вас в Малибу, где уже ждет скоростной катер и ваш персональный рай.

Совершенно секретно. 
Только для адресата. Копий нет. 
Архивный индекс 22748 V000406 
Проект «Муар». 
Сообщение № 23 
Объект № 5 показал высокие уровни преобразования фактора сигма. Отмечено, что все сотрудники, работавшие с объектом, приобретают то или иное качество фактора сигма, что позволяет сделать вывод о целесообразности запуска тестовой программы «Сигма обучения». Соответствующий прибор, позволяющий проводить первоначальный отбор, уже разработан в лаборатории Центра и готов к серийному выпуску.
Начальник 23-го управления Объединенного разведывательного управления, полковник Демиан

Совершенно секретно. 
Только для адресата. Копий нет. 
Архивный индекс 22748 V000407 
Проект «Муар». 
Сообщение № 26 
Приказываю на опытно-производственной площадке Центра начать массовый выпуск прибора по определению фактора сигма в виде электронных блоков стандарта ISOF 309 и направлять готовые изделия в адрес 943657 Raytheon.
Научно-технический директор ОРУ, генерал-лейтенант Суррей

Министерство обороны Американо-европейского альянса. 
Объединенный комитет начальников штабов АПТО 
Приказ № 5521GLD 
На основании директивы ISF 7022 «Об улучшении медицинского обслуживания частей и соединений армии Американо-европейского альянса», приказываю перевести техническое обслуживание медицинских приборов и техники в Бюро технического регламента компании «Рейтеон». Все вновь поступающие приборы и технику медицинского назначения отправлять для проверки в БТР «Рейтеон» и распределять их по лечебным и профилактическим учреждениям Армии и Флота только после освидетельствования в БТР и опломбирования. На ремонт и обслуживание приборы будут приниматься только с пломбой бюро. Не имеющие такой пломбы или имеющие пломбирование со следами вскрытия или повреждения будут признаны утерянными в ходе халатной эксплуатации и оплачены в пятикратном размере за счет материально ответственных специалистов.
Руководитель Внутренней инспекции Вооруженных сил АПТО, полковник Лонгхорн

Полгода назад. Нижний город, Казань, Россия 

Своей прежней жизни Алиса не помнила. Какие-то невнятные обрывки, мельтешение которых доставляло к тому же сильнейшую головную боль. Впрочем, менее всего она переживала по этому поводу. Жизнь в Нижнем городе, среди банд и беззакония, подчинялась лишь одному правилу. Выживает сильнейший. И первое время она была вынуждена достаточно часто доказывать свое право на жизнь, выбивая пыль, а иногда и жизнь из подонков разного калибра.
С того дня, когда ее бесчувственное тело подобрали на берегу у заброшенных пирсов, где свила себе гнездо одна из многочисленных городских банд, каждый день был днем борьбы за существование. Память о прошлом начисто покинула ее. Чего никак не скажешь о довольно необычном наборе рефлексов и знаний из весьма разнообразных областей.
Из той банды уже некому похвастаться обладанием ее телом. Пришедшая в себя на каком-то диком станке для сексуальных забав, Алиса частично порвала и частично перегрызла путы, убила всех, кого нашла в наскоро обжитом бараке. Сначала голыми руками, а потом найденным ножом. Единственными выжившими были две рабыни, которые после учиненной Алисой расправы остаток дней провели в уютном медицинском учреждении с трехразовой инъекцией успокоительных препаратов.
Денег, найденных у главаря, хватило бы на несколько десятков лет скромной жизни. Но, подчиняясь какому-то выверту подсознания, Алиса покупала самые лучшие вещи, жила не в конуре, как большинство обитателей Низов, а в маленькой, но вполне приличной квартирке самого лучшего в Нижнем городе района.
Сам Нижний город — анклав, сформировавшийся десять лет назад, во времена очередного безвластия, переживал совсем не лучшие времена. Патрули и заставы постепенно охватили весь район плотным кольцом, так что зона относительного безвластия все равно контролировалась государством, что бы по этому поводу ни говорили аналитики местного, низовского разлива. Но, видимо, кому-то наверху было выгодно до поры до времени не обращать пристального внимания на Низы, тем более что контролировать криминал, собравшийся в одном месте, было неизмеримо проще.
Трофейные деньги быстро таяли, но никакой приличной работы Алиса найти так и не смогла. Те предложения, которые ей делали, ориентировались в основном на подтянутую, стройную фигурку Алисы и высокую грудь, а не на деловые или даже бойцовские качества. От тоски она хотела уже пойти в охрану одного из местных мафиози, когда какие-то тихие посиделки в баре обернулись довольно интересной перспективой.
Бар «У Кабана» славился роскошными стриптизершами, изысканной музыкой, дорогим пойлом и очень хорошей, практически «верхней» кухней.
Спиртного Алиса не употребляла, мальчики-девочки ее с некоторых пор не интересовали, а вот чашечку прекрасной арабики из личных запасов самого Кабана она иногда себе позволяла, несмотря на запредельную стоимость в триста рублей за чашку.
Все посетители уже знали на собственном печальном опыте, что холеная сучка, недаром прозванная Королевской Коброй, не подпускает к себе ни баб, ни мужиков, и девушка могла наслаждаться своим любимым напитком в относительном покое.
В тот вечер все было как обычно. На шесте и в клетках зажигали девчонки, мужики пили и пялились на обнаженные округлости, а в темном углу тихо гуляла какая-то компания. Разнеженная пассажами Бенни Гудмена, Алиса как раз подумывала о том, что можно себе позволить еще чашечку, когда в зал с оружием в руках ввалилась подвыпившая толпа. Обернувшись на шум, Алиса разглядела Лысого Цезаря, одного из местных отморозков, в окружении свиты.
Лысого никто не любил. Даже низовские бандиты. Он был туп, как пробка, и отморожен на всю голову. Любимым удовольствием этого придурка было нагрянуть в стрип-клуб и увезти танцовщиц в свою хату, как они говорили, на «субботник».
Судя по тому, что они вообще вошли, кабановские вышибалы сейчас в лучшем случае лежали в отключке, а в худшем — в луже собственной крови.
Алиса как раз размышляла о том, что ее любимый «сокольский» 40-го калибра как на грех остался дома, как в кресло напротив грузно плюхнулся сам Лысый. Осчастливил, так сказать. В мелькающем свете прожекторов увешанный золотыми цепями Лысый блестел, словно новогодняя елка. Но полюбоваться скольжением зайчиков по легендарной плеши Алисе не дали.
Кто-то крепко схватил ее за плечи и, вывернув руки, заставил прогнуться к самому столу.
— Мне говорили, что ты очень крутая сучка…
Стол куда-то делся, как и кресло из-под Алисы, и все поле зрения заполнила волосатая рука, неторопливо расстегивающая ширинку.
— А вот что ты умеешь, еще вопрос.
Алиса на мгновенье обмякла, оседая еще ниже, затем скрутилась, валя стоящего за спиной человека на пол. Тот, выпустив от неожиданности ее руки, уже начал падать вперед, когда девушка встретила «быка» резким ударом в бок, отбрасывая в сторону и одним движением выдергивая тело из лежачего положения. Метнулась, выхватывая из-под полы у Лысого пистолет, и мгновенно, на ощупь определив марку оружия и то, что оно было снято с предохранителя, вбила ствол, ломая золотые зубы бандита, ему в рот. Затем крутанула кресло, так, чтобы тушка бандита перекрывала как можно больший угол между ним и его боевиками, и пригнулась, защищаясь телом от шальной пули.
Все было бы нормально, если б один из охранников Кабана не очнулся вдруг и не открыл пальбу. Не меняя положения, Алиса произвела пять серий по два выстрела, укладывая бандитов. Только после того, как последний из нападавших упал, она поняла, что стреляла сквозь затылок Лысого.
Посетители кабака потихоньку выбирались из-под столов, а к ней, тяжело опираясь на огромное ружье, грузно хромал Кабан собственной персоной.
— Все-таки ты его завалила, — произнес уважительно хозяин заведения, глядя на Алису. — Не волнуйся, — добавил он, глядя на ее расстроенное лицо, — этого козла никто не любил. По уму, его надо было прикончить еще пару лет назад. — Он обернулся и крикнул кому-то: — Убрать здесь. Да поживее. — И снова повернулся к Алисе: — Да не убивайся ты так. Я тебя прикрою. У меня зять в городском совете.
— Да я не по этому уроду переживаю, — со слезами в голосе произнесла Алиса, раздраженно комкая в руках мокрую от крови салфетку. — Ты посмотри, что этот боров с моей новой блузкой сделал. Я же теперь его сраные мозги вовек не отстираю!
— Вот и познакомишься заодно с тетей Риввой, — хохотнул Кабан. — Она эти пятна враз сведет. Треть города к ней ходит.
Занятая разговором с хозяином, девушка не сразу заметила невысокого и скромно одетого молодого человека, тихо стоящего в стороне.
— Тебе чего, Рыжий?
— Уважаемый Кабан, — учтиво произнес Рыжий, — Седой просит мисс Кобру пожаловать к нашему столу.
Алиса перевела взгляд с молодого человека на Кабана, заметила, что хозяин показывает ей украдкой поднятый большой палец, вновь повернулась к приглашающему:
— Если уважаемого Седого не смутит некоторый беспорядок в моей одежде…
Рыжий коротко поклонился.
— Я думаю, что ваш беспорядок, уважаемая, стоит дороже многих тысяч белоснежных блузок.
Компания оказалась пестрой. Маленькая черноглазая девушка, по виду уроженка Таиланда, по прозвищу Ким, сухощавый и подтянутый мужчина неопределенных лет в сером френче, назвавшийся Александром. Собранный, неторопливый, с лицом будто из мореного дерева Север, массивный, словно холодильник, славянин Брок, чуть смугловатая красотка Эвис, явно южных корней, саксонец Рыжий и утонченно-изысканный, одетый, словно лорд, Седой.
Алиса сразу поняла, что это были смотрины. Обстоятельно отвечая на вопросы, поддерживая дружескую пикировку, в свою очередь внимательно смотрела на окружающих. Но как и чем зарабатывала такая странная компания, понять не могла. Алекс, Север и Брок — это, скорее всего, силовое крыло. Учтивый Рыжий, наверное, технический специалист. Седой — организатор, это ясно. Непонятна роль Ким и Эвис. Но для определения характера занятий группы необходимо знать именно их специальности.
Пока за столом царило веселье, Седой аккуратно пересел поближе.
— Ну и что вы о нас думаете, уважаемая? — Седой элегантно откинулся в кресле и, покачивая бокалом в такт гитарным пассажам Джулиана Саса, казалось, совсем не ждал ответа.
— Думаю, вы не бандиты. — Алиса широко улыбнулась. — Слишком демократичная обстановка. В бандах такого не бывает. Там жесткая иерархия и четкий примат старших над младшими.
Седой покивал, видимо, соглашаясь с ее выводами.
— Я, к сожалению, не могу определить род занятий Эвис. Скорее всего, она технический специалист, и думаю, что ваша область напрямую связана с ее полем деятельности.
— Почему не Рыжий?
— Да на нем крупными буквами написано: «электроника», он или ломщик, или слухач и мог с равной вероятностью оказаться в любой бригаде. Если Эвис тоже ломщица, то ваша область — инфра. Если же она «подстилка», то вы потрошите богатеньких клиентов.
— Подумать только! — Седой восхищенно цокнул языком. — С такой головой — и такие рефлексы.
— Ну одно не исключает другое. Ни Алекс, ни Брок, ни Север не похожи на тупых громил. — Алиса учтиво кивнула мужчинам, усиленно делающим вид, что их как раз в эту минуту заинтересовали трясущие попками девушки на сцене.
— Восхищению моему нет предела, — улыбнулся Седой. — Может, скажете, почему мы решили пригласить вас в этот маленький клуб?
— А черт его знает. — Алиса тоже улыбнулась. — Может, для разовой операции? Или взамен выбывшего?
— Считайте себя принятой. — Седой хлопнул по столу рукой, и разговор за столом мгновенно прекратился. — Друзья, разрешите, я представлю вас нашему новому члену команды.
— Алекс. Бывший военный. Силовое крыло. Север — его помощник. Брок — компьютеры. Рыжий — специальная электроника. Ким — оператор связи, Эвис — большая специалистка по совращению порядочных граждан.

Так Алиса попала в команду. Авторитет Седого среди уголовников был настолько высок, что в ее сторону перестали даже посматривать. Инцидент же с Лысым Цезарем был просто забыт, словно ничего не было. Несколько учебно-показательных взломов, которые провела команда специально для Алисы, упрочили ее репутацию совершенно безбашенной девки, которой сам черт не брат.
Но одновременно ей пришлось постигать непростое умение менять облик, бегло говорить на любом из четырех языков с нужным акцентом и изучать системы безопасности. Проникновение — это не лихая атака на объект, а тихое, спокойное просачивание, когда противник замечает твое присутствие после того, как все самое неприятное уже случилось, а в идеале вообще не узнает об этом.
Команда Седого в совершенстве владела этим непростым ремеслом, имея контакты по всему миру и принимая заявки даже из мест, полностью опутанных системами слежения, таких, например, как Альянс или Япония.
Пользуясь новым положением, Алиса пыталась через Инфостраду навести справки о своем прошлом, но все тщетно. Было полное ощущение, что такой человек на Земле просто не рождался.
Тогда Седой ей сказал:
— Ты думаешь, мы не сделали этого раньше, когда собирались предложить тебе работу?.. Ни единого упоминания, словно такой человек даже не рождался никогда. Интерпол обычно сооружает довольно приличную легенду и даже организует какой-то криминал. А тут все чисто, словно поработали пылесосом. Так что, скорее всего, ты бывший оперативник из Внешних Колоний. Тебя за что-то списали и отправили на пенсию, лишив памяти и большей части боевых навыков. Обычная практика среди спецслужб Альянса. Но кто-то, видимо, перестарался или, наоборот, недоделал работу. Поэтому ты лишилась и имплантированной памяти тоже. Впрочем, если хорошо поискать, наверняка где-то концы сойдутся. Но нужен ли тебе, акуле, чистенький и спокойный аквариум? Рано или поздно ты взбесишься, а повторной чистки мозгов точно не перенесешь. И доживать будешь под капельницей, в тихой клинике на далеких островах. Главное для меня, что ты не работаешь на правительство. Остальное — мелочи. Я же прекрасно понимаю, почему ты взяла имя Алиса. Живи в свое удовольствие. Страна Чудес к твоим услугам. Пару-тройку лет в команде, и ты почетный пенсионер Нижнего города. Куча денег и реально чистые документы. Хочешь — живи здесь, хочешь — в Верхнем городе, а хочешь — на одном из плавучих островов вне всякой юрисдикции. Полисмены берут под козырек, а шпана при твоем появлении торопливо переходит на другую сторону дороги…
Алиса очень серьезно обдумала слова Седого и приняла решение плыть пока по течению. Время покажет остальное. Если захочет.
А первое свое серьезное дело Алиса чуть не провалила. Поддавшись эмоциям, вместо того чтобы улыбаться во все тридцать два зуба и изображать из себя нимфоманку, она чуть не оторвала башку прыщавому юнцу, залезшему ей под юбку. К счастью, бурную борьбу эмоций на лице девушки, сопровождавшуюся красными и белыми пятнами, юнец счел проявлением какой-то болезни и быстро отстал.

Казань, Нижний город 

Проснулась она, когда в доме было еще тихо. Нижний город жил в основном ночью и просыпался поздно. Даже муниципальные службы начинали работу с полудня.
Алиса глянула мельком на часы.
5.55.
За пять минут до подъема. Привычка с курсантских времен.
И вылетела из кровати, словно подброшенная катапультой.
КАКИХ-КАКИХ ВРЕМЕН???
И, словно штормовая волна, мягко и неотвратимо, огромный вал, казалось, безвозвратно утраченной памяти ударил в берега.

… — Курсант Рокотова! — Пронзительный голос преподавателя, казалось, просверлит черепную коробку. — Назовите мне основные причины отказа прицельно-навигационного комплекса УПНК-Д.
Девушка, только что дремавшая с открытыми глазами, вскочила и, четко выговаривая слова, выпалила:
— Главной причиной отказа комплекса является полный расход ресурса батарей и элементов самого комплекса, а также возможностей самовосстановления встроенного нанокомплекса.
— Вы забыли еще третью причину, — ядовито произнес преподаватель. — Основной причиной отказа навигационного комплекса, а также любого другого оборудования и вооружения являетесь вы — макрянские бряхи, думающие, что можете служить в армии…

Казань, Верхний город 
Информационно-аналитический центр Центрального Поволжского регионального управления полиции 

В обширном зале службы технического контроля было тихо. Эксперты, работающие в службе, предпочитали музейную тишину и спокойный режим работы. Поэтому драматический шепот Скарабея доносился до самых дальних углов помещения.
— Сема! Ты меня уже достал! Уже три часа ты пялишься на эту запись. Ну что ты там хочешь найти? — Начальник отдела по особо важным делам, полковник В. В. Гриценко, по кличке Скарабей, недовольно поморщился и снова взглянул на экран, на котором отображались какие-то графики и таблицы.
— Уже нашел, — меланхолично произнес Сема Иванцов. Щелкнув курсором на иконке голографического привода, достал дымчато-прозрачную пластинку диска и, не глядя, протянул ее следователю.
— Забирай.
— На словах — не? — язвительно произнес следователь, пряча диск в контейнер.
— Значит, так… — Сема потянулся, довольно потер руки и легко пробежался по клавиатуре. — Согласно распоряжению двести восемь сорок один, на исследование поступила запись с наружных камер наблюдения…
— Короче, Сема! — умоляюще произнес Скарабей.
— Можно и короче. — Сема был сама покладистость. — Для начала личность той, которая убила троих парнишек под вексом и одним небрежным движением распечатала задницу нашего доблестного спецназа. — Пальцы пробежались по висящей в воздухе клавиатуре, и на экране появилась улыбающаяся девушка в форме войск специального назначения России. — Представляю почтеннейшей публике капитана управления специальных операций ГРУ Елену Рокотову. Недавно рассекречена в связи с участием в совместных операциях с европиндосами. Двадцать семь лет, выпускница высшего военно-командного десантного училища имени генерала Маргелова. С отличием, кстати. — Семен поднял указательный палец вверх. — Тут длинный перечень наград, есть даже Андрей Первозванный первой степени. Папа — вице-адмирал, а дедушка — некто Юрий Степанович Рокотов, по прозвищу Дед Мазай, недавно назначенный начальником генерального штаба. Там вообще вся семья такая, что можно музей организовывать.
— Ерунда какая-то. — Гриценко нахмурился. — Зачем капитану УСО, да еще из такой семьи, заниматься взломом сетей? А это не маска?
— Не маска и не ерунда. — Сема, чуть повернув голову, исподлобья посмотрел на начальника. — Пальчики и микроследы сняли и уже обработали в лаборатории. Совпадение — сто процентов. Но не это самое смешное. — Он опять поднял указующий перст в небо. — Самое смешное, что как раз сегодня был сюжет о наших доблестных космопехах на Руссе, где показали нашу героиню в составе батальона спецназа, зачищавшего какой-то местный гадючник. Запрос на имя командующего был отправлен, пришел практически тут же и подтвердил наличие указанной гражданки именно на Руссе в составе отдельного батальона гвардейской бригады сил специального назначения.
— Бред. — Скарабей почему-то вдруг покрылся мурашками, словно под струей холодной воды.
— Бред, конечно. — Эксперт с улыбкой кивнул. — Но это не все. Я тут сделал кое-какие подсчеты… Камера снимает шестьдесят кадров в секунду. Это значит, что чемпион мира по бегу на короткие дистанции будет перемещаться за каждый кадр примерно на семнадцать сантиметров. Что соответствует скорости около тридцати восьми километров в час. А девочка, умывшая наш доблестный спецназ, перемещается за каждый кадр на расстояние около тридцати пяти сантиметров. Ну плюс-минус… Что соответствует скорости около семидесяти шести километров в час, что в свою очередь подтверждается личными видеорегистраторами полицейских на этаже. Заметь. С мгновенным разгоном. Можешь представить, как  у нее двигаются руки? Это на себе испытали наши юные любители векса, которых нашли в подвале. Тут, кстати, тоже сюрприз. Один из мальчишек — единственный сын Владимира Когана. Того самого. Владельца заводов, газет, пароходов.
— И что это значит? — хмуро произнес Скарабей, чувствуя, как из тонкой папочки с делом о взломе университетской сети отчетливо потянуло горелым.
— А значит это, уважаемый Владимир Викентьевич, кусок гуана астрономических размеров. Я полагаю, где-то с Эверест, не меньше. Компренде? — Эксперт сразу посерьезнел. — Поскольку даже подготовленный человек так двигаться не может. Связки и мышцы человека на такую нагрузку не рассчитаны. Уж поверьте мне как бывшему чемпиону Подольска по рукопашному бою.
— Думаешь, армейцы? — с тоской произнес следователь и тяжело присел на краешек стола.
— Не знаю, — медленно произнес Семен, задумчиво глядя в экран. — По моим ощущениям, тут на все «четыре ноля» тянет. Так что запасайтесь горючими, а особенно смазочными материалами в товарных количествах. Потому что, с одной стороны, тебя будут жарить спецы Минобороны, а с другой — Коган, который за своего единственного сыночка готов целую войну устроить.
— Ладно. — Скарабей встал и застегнул папку. — Оформи это как полагается. Будет еще чем обрадовать — звони.
По долгу службы полковнику Гриценко приходилось работать с документами «особой важности», или, как для простоты говорили, «три ноля». Так обычно маркировались совершенно секретные распоряжения руководства страны высшим чинам МВД и иные особо секретные материалы. Документ обычно доставлял курьер в сопровождении вооруженной охраны, и, получив роспись в соответствующем бланке, они дожидались, пока получатель не прочтет документ. На это отводилось около пяти минут, после чего, если не предполагалось какого-либо хранения, бумага, как правило, рассыпалась в порошок.
Но что могло быть еще более секретным, он мог только предполагать. «Ну и ладно, — думал он, размашисто шагая по направлению к приемной генерала. — Пусть забирают это дерьмо в военную контрразведку, а секретов у нас своих хватает выше крыши».
— Леночка, — Скарабей как всегда не утруждал себя уставным протоколом, — Пал Ваныч на месте?
Миловидная секретарша, отложив в сторону пилочку, аккуратно, чтобы не поцарапать идеальную полировку ногтей, прижала клавишу интеркома.
— Пал Ваныч, к вам Скар… гм… полковник Гриценко.
— Запускай, — донесся в ответ скрипучий голос генерала.

— Ну что там у тебя? — спросил генерал, показывая на гостевое кресло у низкого «чайного» столика.
Ни для кого в управлении не было секретом, кто именно займет кабинет заместителя начальника управления по оперативной работе после неизбежной генеральской отставки. Поэтому будущего преемника генерал принимал как равного.
Скарабей, уважая занятость генерала, коротко и четко доложил последнюю информацию по делу, в том числе и результат анализа Иванцова.
Генерал почесал нос, что обычно говорило о задумчивости и некоторой степени неуверенности, затем, пригнувшись поближе к Скарабею, произнес:
— Хочешь слить это в контрразведку?
— Ох… — Следователь поскреб затылок. — Хорошо бы. Тут все один к одному. И институт этот смежных, блин, проблем не нашей епархии, и девка непростая. Да тут еще когановский отпрыск в виде трупа. Боюсь, на нас это просто повиснет куском того самого…
— Хорошо. — Генерал хлопнул ладонью по столу. — Подготовь все, что у тебя есть, а я свяжусь с их руководством.
После ухода Скарабея генерал еще посидел какое-то время в кресле, массируя шею и затылок, потом решительным шагом подошел к рабочему столу и нажал клавишу «вызов» аппарата защищенной связи.
— Оператор? Генштаб, адмирала Рокотова, пожалуйста.

Глава 3

Лучшая форма возвращения — это пролет над памятными местами на большой высоте.
Командир пятой отдельной бомбардировочной дивизии особого назначения, генерал-майор Галиев.

Речь главы Североамериканского директората на праздновании Дня Толерантности. Вашингтон, 2099 год 
Демократия, власть народа. Когда мы говорим эти слова, то подразумеваем не только то состояние внутренней свободы и народовластия, которое является частью истинной западной цивилизации, но и также тот тяжелый путь, который мы прошли, для того чтобы сейчас мы имели то, что у нас есть. Начиная от Александра Македонского, который нес демократию и свободу порабощенным племенам Востока, Наполеона Бонапарта, возглавившего освободительный поход второго Евросоюза против диких орд славян, и великого Адольфа Гитлера, который всем сердцем желал отвести от западного человека нависшую над ним угрозу порабощения, все великие деятели демократии и свободы положили свои жизни на алтарь той веры, которая и сейчас освящает наш трудный и тернистый путь к Великой Правде.
И варварские бомбардировки Дрездена, Герники, Хиросимы и Нагасаки, растоптанные демократии Украины, Финляндии и Афганистана не отвратят нас от этого пути. Русские еще заплатят за свои преступления перед человечеством. И не на суде, а в геенне огненной очистительного похода всего свободного мира! Мы долго терпели их людоедские выходки, их агрессию и развязанные русскими войны. И сейчас, вспоминая жертв многочисленных войн и локальных конфликтов, мы говорим: Россия должна быть уничтожена. Стерта с лица земли вместе со всеми городами и культурными ценностями, так чтобы от них не осталось ни камня, ни воспоминаний.
Мы мирная цивилизация. Мы никогда не начинали войн, но сегодня мы, как и весь западный мир, весь Золотой миллиард, должны в едином порыве встать и смести с лица Земли это уродливое образование под названием Россия.
А тем странам, которые сейчас поддерживают их, я хочу сказать: ждите. Ваше время тоже придет. И тогда вы пожалеете, что встали на пути мирного прогресса.

Совершенно секретно. 
Только для адресата. Копий нет. 
Архивный индекс 227 48 V000492 
Проект «Муар». 
Сообщение № 55 
Сообщаю, что в ходе работы с объектом № 5 произошел инцидент второго уровня. Идентифицированный с помощью сигма-блока, встроенного в электрокардиограф, носитель сигма-фактора оказался военнослужащим российской армии, проходящим курс интенсивной терапии после ранения в ходе совместной операции «Прыжок Тени» в районе Лилогнгве, Малави, Восточная Африка.
Анализ предыдущих попыток полностью активировать объект № 5 показал, что, вероятнее всего, неудачи были связаны с низким коэффициентом сигма у носителей. Носитель Рокотова Елена, личный номер ВС 295573802, показал фактор сигма, превосходящий таковой у всех носителей примерно в пять раз, что соответствует 4850 сигма-единицам.
Так как носитель находился в коме, было принято решение попытаться активировать объект, пока носитель находится в бессознательном состоянии.
С соблюдением протокола № 664 «Об обеспечении перевозок грузов особой ценности» объект был перемещен из Центра в полевой госпиталь 32-й бригады. Под предлогом проверки на новом томографе носителя доставили в лабораторный блок, где уже установили контрольную аппаратуру.
После касания рукой объекта вместо обычной короткой вспышки синего цвета детектор около десяти секунд переливался всеми оттенками синего цвета и в конце, вспыхнув белым свечением на 0,3 секунды, погас, после чего вся электроника в радиусе 3,5 метра полностью выгорела. К счастью, дублирующие устройства записи находились дальше этой границы и не пострадали. Данные биометрического контроля и записи контрольной аппаратуры анализируются специалистами.
Начальник 23-го управления Объединенного разведывательного управления, полковник Демиан

Совершенно секретно. 
Только для адресата. Копий нет. 
Архивный индекс 22748 V000495 
Проект «Муар». 
Сообщение № 56 
Абрахам! Вы там совсем ума лишились в своем центре? Капитан Рокотова — дочь Константина Рокотова, вице-адмирала российского космофлота, командующего вторым оперативным соединением. Родной дядя — Егор Рокотов, генерал-лейтенант сил специального назначения, командир отдельного корпуса ССН и, по моим сведениям, будущий заместитель командира сил специального назначения, не говоря уж о ее дедушке, сейчас не имеющем никакой должности, но по влиянию вполне сопоставимом с их министром обороны.
Если наши уши хоть на микрон высунутся из этой истории, их вместе с нами прибьют гвоздями к самому поганому забору на Среднем Западе, а на задах нарисуют мишень.
Всю информацию сделать анонимной, прямых исполнителей запугать до икоты и молиться, как никогда в жизни.
Научно-технический директор ОРУ, генерал-лейтенант Суррей

Казань, Нижний город 

Пробуждение города и первый шум просыпающегося дома застали Алису сидящей в глубокой медитации. Перебирая по крупинкам открывшиеся ей куски памяти, Алиса искала и не находила главного. Кто и за что ее так подставил. Допуска к особо секретным данным она, помнится, не имела, врагов нажить вроде не успела. Правда, были еще в памяти обширные белые пятна, может, разгадка там? Главное, что прорыв произошел. Теперь нужно только время, чтобы воспоминания восстановились полностью. Своей семьи, если она и была, Алиса не помнила совершенно. Только смутный облик увешанного наградами старика вызывал неясное щемящее чувство.
Прислушалась к себе. Начало одиннадцатого. Можно двигать будить команду и получать деньги.
Она вскочила с кровати и успела сделать несколько шагов к шкафу, как запищал пейджер. Архаичное, но очень популярное в Нижнем городе устройство. Текст был коротким, но весьма информативным: «Ясно, резкий шквалистый ветер, возможен шторм», что означало: «Деньги переведены. На базе полиция. Залегай поглубже».
Ситуация неприятная, но штатная. На этот случай у всех членов команды были запасные лежбища, о которых никто не знал.
Девушка быстро собрала необходимый минимум вещей и по пожарной лестнице спустилась в подземный гараж. Уже через час старая запыленная «Мазда-драгонфлай» привезла ее к когда-то респектабельному, а ныне весьма скромному жилому комплексу, где находилась запасная точка.
Через технический тоннель она пробралась в неприметный закуток и по ржавой железной лесенке поднялась в домовой подвал, откуда через люк попала в свою квартиру.
Алиса организовала себе лежку по всем правилам конспиративного ремесла, хотя и не догадывалась об этом. Небольшая, всего две комнаты, квартира была снята через цепь посредников, подготовлена для длительной автономной эксплуатации и имела несколько вариантов отхода.
Девушка скептически оглядела обшарпанные стены, прошла в ванную и поочередно открыла оба крана.
— Ну хоть вода есть… — произнесла она и, вернувшись в большую комнату, включила телевизор.
Пролистав каналы, остановилась на новостях Нижнего города.
Ничего интересного не было. Опять кого-то убили, опять глава городского совета грозился найти и всячески покарать преступников. Все как всегда.
Она уже собиралась выключить аппарат, как дали сюжет с одной из планет, подготавливаемых для колонизации, и в первых рядах показали капитана Рокотову, она командовала зачисткой колонии особо опасных зверей, которыми была так богата Русса.
Смотря в немного усталое, но довольное лицо командира роты, Алиса чувствовала, как в ней что-то обрывается. И воспоминания штормовой волной захлестнули ее с головой.

Шесть лет назад 

Выпускные экзамены Высшего военно-командного десантного училища Елена сдала в числе лучших. И в этом, не в последнюю очередь, была заслуга дедушки Лены, с малолетства тренировавшего ее так, словно завтра будет война. Внуки у деда тоже были. И немало. Но из какого-то каприза все знания, накопленные за слегка неполные пятьдесят лет службы в силах специального назначения и во внешней разведке, он передал единственной внучке.
И она не подвела деда.
Начав службу в составе миротворческого контингента на границе Сомалилэнда, она была одной из тех, кто принял на себя прорыв бронепехотного батальона к миссии Красного Креста.
Не удалось тогда папуасам устроить кровавую бойню в госпитале, а заодно полакомиться богатыми запасами опиатов, складированных на территории миссии.
Два отделения российских десантников легли почти полностью, но и от батальона мародеров остались лишь воспоминания.
Би-Би-Си тогда показало по всему миру кадры, когда трое оставшихся в живых десантников стояли у флагштока с российским флагом, наблюдая высадку Иностранного Легиона.
Солдаты Легиона, увидев все, что произошло, не стали снимать российский флаг, а вкопали рядом новый флагшток и подняли знамя Французской директории.
Когда Елена вернулась домой из госпиталя, на ней были не только новенькие погоны старшего лейтенанта, но и два ордена: Иоанна Крестителя, пожалованного Патриархией РПЦ за спасение православной миссии, и Орден Чести от президента за все остальное.
Ее тогда вышла встречать вся семья. Право поднимать военный государственный флаг над частным владением было пожаловано деду еще предыдущим президентом. Затем передано его преемником Константину — папе Елены — и Егору — старшему брату отца. Потом этой чести был удостоен и младший брат отца Виктор. Флаг поднимали в дни государственных праздников и по старой семейной традиции, когда в дом возвращался член семьи, награжденный государственными наградами.
В новенькой, необмятой еще форме, она зацепила непослушными руками кольца на знамени к фалу, затем, замирая от восторга, подняла алый флаг на самый верх и четко вскинула руку к обрезу берета.
Они засиделись почти до утра. Дядя Егор рассказывал какие-то уморительные истории, сонная малышня клевала носами, а папа с мамой держались за руки, словно молодожены.
Потом отправили спать детей, и пошли совсем другие разговоры. Это было скорее похоже на обмен мнениями коллег, чем на разговор ближайших родственников. В ту ночь Елена узнала о жизни огромной страны больше, чем за всю предыдущую жизнь.
Уже под утро служебный флайт-кар увез дядю Егора, генерала Рокотова, в столицу, затем вереницей потянулись остальные. Короткий звонок комма, гудение садящейся на лужайку перед домом машины, и личный секретарь-адъютант увозил родственника к неотложным государственным делам. Молодые офицеры, кто персональный транспорт еще не выслужился, разъезжались сами, чмокнув сестру на прощание в щечку.
Последней уехала мама, за которой прибыла совсем молоденькая, наверное, ровесница самой Лены, девушка.
Проводив маму, дед поднялся, слегка поморщившись на громкий перезвон орденов на кителе.
— Ну какие планы? — поинтересовался он, сдвинув кустистые брови. Он почему-то считал, что это придает ему грозный вид. Хотя вся армия после спасения переселенцев на Макре за глаза его иначе чем Дедом Мазаем не называла.
— Знаешь, деда. Пока жарилась там, — Лена мотнула головой в сторону, — все мечтала о том, как буду сидеть в тени с удочкой на берегу Волги…

Днем раньше Москва. Объект 300-А. 
Двенадцатое управление ГРУ ГШ 

Дело о взломе университетской сети подполковник Удаев получил через секретную часть. Собственно, в самом деле, судя по двум строчкам в сводке происшествий, не было ничего секретного, кроме самого объекта взлома. Но секретных данных Университет тоже не имел. Его ролью был лишь сбор информации о перспективных и совершенно открытых работах. Вроде бы.
Но, читая материалы, подполковник все больше убеждался в том, что дело будет сложным и чреватым последствиями для всех причастных. Личность взломщицы установили мгновенно, и была она, эта личность, довольно известной дамой, геройствовавшей во внешних колониях и уже два года как ни одной ногой не ступавшей на Землю. Кроме того, имелась, правда, какая-то невнятная телега относительно скорости подозреваемой в момент попытки ареста. Но подполковник не без основания полагал, что полиция воспользовалась этим предлогом, чтобы не ковыряться в деле самой, особенно учитывая труп Когана-младшего и то, что Коган-старший уже объявил награду в пять миллионов за информацию об убийце.
Так. А кто там у нас автор этого безобразия? Удаев сверился со «Справочником учетных номеров МВД». Номер 2450 принадлежал полковнику Гриценко.
Это было серьезно. Кличка Скарабей у полковника была не зря. Он, словно из ниоткуда, накапывал такую кучу навоза, что подследственные получали максимальные сроки. Но кроме этого Скарабей славился своим невероятным чутьем, о котором слагали легенды по всему министерству. Если Скарабей слил дело в контрразведку, значит, это почти наверняка засада.
Вздохнув, Удаев пошарил по карманам, нашел сигареты и зажигалку, закурил и снова открыл дело на первой странице.
Через полчаса он поднял взгляд на истлевшую до фильтра сигарету, встряхнулся и потянулся к аппарату внутренней связи.
— Паша, зайди на пару минут.
Элегантный, словно Джеймс Бонд, штатный всезнайка, человек с феноменальной памятью и такой же феноменальной элегантностью, Павел Иконников появился, как всегда, в ореоле дорогого аромата.
«Ну не всем же быть донжуанами», — в очередной раз с легким сожалением подумал подполковник и развернул дело так, чтобы Павел мог видеть заключение эксперта по главному фигуранту взлома.
По мере чтения улыбка Павла все больше застывала, пока не превратилась в натужный оскал.
Не присаживаясь, капитан Иконников посмотрел на Удаева, и подполковник прочел в глазах этого прожженного циника жалость.
— Короче так. — Капитан тяжело облокотился на краешек стола. — Я тебе ничего не говорил. — И, дождавшись ответного кивка Удаева, продолжил: — Четырнадцатое управление военной разведки, полковник Сайтов. Вся подобная чертовщина в его епархии.
Уже давно истаял в воздухе аромат Пашиного одеколона, сдавшись перед отечественным табачным дымом, а подполковник все любовался краткой справкой, выданной информационным центром относительно четырнадцатого управления:

«Искомое сочетание не найдено. Попробуйте сформировать запрос по-другому или свяжитесь по тел. 105–222–63–45 с системным администратором».

Удаев еще раз посмотрел на номер. Судя по длине, городской. Но префикс — внутренней правительственной сети.
Еще один запрос.
Как и следовало ожидать, в базе не значится.
Рука сама потянулась к аппарату и набрала номер.
Ответил мужской хорошо поставленный голос.
— Вас слушают.
— Подполковник Удаев, двенадцатое управление, третий отдел.
Короткая пауза.
— Слушаю вас, Марат Асланович.
Это было своеобразным паролем. База данных на сотрудников ГРУ была доступна совсем не многим.
— Я бы хотел получить вашу консультацию относительно проекта «Пандора».
— Вы получили это дело в шестнадцать-тридцать?
— Э… да.
— А в шестнадцать-сорок в вашу канцелярию было доставлено распоряжение генерала Иванько передать все материалы по делу в распоряжение девятого управления. Имела место техническая накладка. Прошу вас передать все документы в вашу секретку…

Казань, Нижний город 

От книги Алису отвлекла неясная возня за окном. Не вставая с дивана, она переключила телевизор на первый канал, где шла лишь одна передача — вид с камер внешнего обзора. Ничего приятного Алиса не увидела. На улице стояли армейские грузовики, и солдаты вовсю обшаривала соседний дом. Тут же палец метнулся на третий. В подвале пока было все тихо. И уже вскакивая с дивана, перед тем как отбросить пульт в сторону, она включила канал городских новостей.
Гневный голос Лидочки Соломатиной, диктора «Город ТВ», на секунду перебил шум из окна.
— …вот уже третий час. Председатель городского совета, Виктор Алексеевич Николаев, выступил с заявлением, в котором осудил произвол властей, учинивших беспрецедентную операцию в Нижнем городе. Он призывает всех жителей не поддаваться на провокации и сохранять спокойствие.
Штурмовой рюкзак со всем необходимым для бегства был давно собран и вместе с одеждой и обувью стоял в углу комнаты. Вероятность того, что ищут именно ее, по мнению Алисы, было небольшой. Но рисковать совсем не хотелось.
Дорогой полихромный бронекомбинезон, высокие ботинки из комплекта снаряжения наземной мобильной пехоты Альянса, «глок-143» с интегрированным глушителем и, конечно же, любимый «сокольский» в поясной кобуре, боеприпасы и универсальная сканер-радиостанция. Пара секунд на проверку содержимого рюкзачка, и черной тенью Алиса скользнула в темный зев трубы.
Спустившись в канализацию, она прислушалась. Шагов вроде не слышно. И со словами: «Береженого Бог бережет», — отковыряла ножом неприметную дверцу и скользнула еще ниже.
Сеть технических тоннелей пронизывала все пространство мегаполиса и имела выходы далеко за городом. Но Алисе нужно было еще ниже. Туда, куда из-за отсутствия пищи не спускаются даже крысы.
Здесь уже даже не воняло. Только стойкий запах плесени и сырости.
Алиса проскочила несколько километров и стала взбираться наверх.
На уровне технических коммуникаций она аккуратно пролезла через неприметный пролом в тоннеле и через заглушенный отрезок вентиляционной трубы просочилась в заброшенное бомбоубежище.
И только там, накрепко задраив массивный стальной люк, позволила себе расслабиться.

Москва. Оперативный отдел девятого управления ГРУ ГШ 

Сидя в удобном «генеральском» кресле за обширным рабочим столом, Виктор Павлович Истомин пытался заниматься тремя делами одновременно. Грызть карандаш, просматривать рапорты о результатах рейда по территории Нижнего города и не материться.
Какой именно идиот придумал эту показуху, полковник, разумеется, знал. Эта политическая шлюха давно портила кровь всему Управлению. То, что шлюха — вопреки логике и здравому смыслу — была мужского пола и носила погоны, ситуации никак не меняло. Полковник Сайтов делал все возможное и невозможное, чтобы после ухода в отставку плавно перетечь в ряды партийных функционеров и потом рассказывать электорату, как надо любить Родину.
Естественно, на Сайтова было собрано обширнейшее досье, способное уничтожить любую карьеру. Но пока не время.
Результаты рейда, как и предполагалось, нулевые. Девчонка растворилась без следа и осадка, а хозяин группы, на которого она работала, всплыл на секунду в поле зрения камер Интерпола на Гавайях, но затем тоже исчез, словно призрак. Остальных членов команды ищут прикомандированные специалисты, но это тоже наверняка глухой номер. Взять инфров такого высокого уровня очень сложно.
Зато слегка прояснилась ситуация с заказчиком взлома. Нужные люди шепнули адресок, и он уже «поет» под запись. И эта часть истории обрастает такими подробностями, что следователь, ведущий дело, уже запросил особые полномочия.
Еще один нюанс заключался в том, что фигурант взлома и убийца трех непростых деток никак не мог совершить инкриминируемое ему деяние, в силу того что имел не просто железобетонное, а прямо-таки бронепластовое алиби. Кроме того, гений, разработавший программу-модификатор, и человек, изготовивший интерфейсный кокон, — одно лицо. И лицо это совершенно непоправимо мертво. Равно как и его компьютер, где хранились данные, а также кокон, созданный в одном экземпляре из совершенно уникальных материалов. Допустившие этот кошмарный прокол уже лишились должностей и погон, а в ближайшее время лишатся свободы на весьма долгое время. Но все это ни на миллиметр не исправит ситуацию, в которую было загнано Управление.
Таким образом, на сегодня имеются несколько рабочих версий. Первая. Все, что произошло, некая спецоперация армейского командования, о которой ему, Истомину, почему-то неизвестно. Вторая: имела место просто цепь случайных событий, и взломщики совершенно не предполагали, на что наткнутся. Сюда укладывается заключение экспертов о естественных причинах смерти ученого и выгоревший интерфейсный кокон. Зато не укладывается невероятная шустрость девушки, чуть не поубивавшей пятерых спецназовцев, и генные пробы на месте зачистки.
Это могла бы объяснить первая версия, которая заключалась в том, что девушка, внедренная в группу хакеров, агент нашей разведки. Но Елена Рокотова была пусть и хорошо подготовленной десантницей, но вовсе не суперагентом, способным голыми руками положить пятерых спецназовцев в тяжелой броне. А кроме того, агентов такого класса, если верить экспертам, просто быть не может. Тогда кто она?
Ну и совсем на закуску перед полковником лежала справка из оперативного управления, где черным по белому значилось привлечение к операции в Нижнем городе двух десятков снайперов. Это значило, что, несмотря на все грозные распоряжения о взятии фигурантки операции «Зазеркалье» живой и невредимой, Сайтов все же решил от нее избавиться. А это в свою очередь означало, что он знает об этом деле чуть больше, чем ему положено, и прижимать не в меру заигравшегося сотрудника нужно уже сейчас, потому как завтра будет поздно.
На этом печальном фоне явление начальника генштаба — адмирала флота Рокотова собственной персоной — с инспекторской проверкой было уже совершенным пустяком. Хотя бы потому, что адмирал был настроен на диалог, и разговор получился вполне полезным для обеих сторон.

Москва, ГРУ ГШ МО. Объект № 300 

Вопреки мнению, бытовавшему в управлении, полковник вовсе не был политической проституткой. Маска лизоблюда и приспособленца надежно скрывала второй слой личности, который, впрочем, тоже был далек от христианских идеалов. Просто Искандер Хамитович хотел власти. И власти, не омраченной никакими ограничениями типа законов или служебных инструкций. Простой абсолютной власти над каждым, на кого упадет его взгляд. Понятно, что это было совершенной фантастикой, но вот проект, над которым трудился он в числе нескольких сотен офицеров и штатских лиц, довольно близко соответствовал его мечтам.
Реставрация монархии и выдвижение на пост императора нужного человека автоматически делали его лицом, приближенным к трону, и наделяли такой властью, о которой сегодня приходилось лишь мечтать.
Проект «Оборотень», над которым работала одна из лабораторий ИСП, представлял собой программно-аппаратный комплекс модификации организма человека, сильно увеличивающей скорость реакции и мышечную силу. У заговорщиков не было времени для организации собственных боевых отрядов, которые смогли бы противостоять силам специальных операций, десантникам и подразделениям ГРУ, за счет мобильности и профессионализма могшим противостоять вооруженному мятежу. Вербовка тоже исключалась, потому что каждый входящий в круг посвященных увеличивал вероятность провала. Оставалось лишь надеяться на то, что ученые наконец смогут улучшить уже отработанную технологию и появится возможность быстро делать из обычного человека супербойца. А кандидатов, находящихся в местах лишения свободы с огромными сроками, хватит на три переворота.
Полковник Сайтов получил дело о взломе университетских компьютеров всего пару часов назад, но даже краткого просмотра материалов хватило, чтобы понять, что покойный гений наконец-то сотворил чудо, а девка, побывавшая в коконе, смогла противостоять пятерым матерым спецназовцам, причем сделала это с легкостью.
Теперь оставалось всего ничего. Зачистить результаты работы лаборатории, уничтожить Елену Рокотову как ненужного свидетеля и повторить исследование в другой лаборатории, благо журналы исследования и копии программного обеспечения автоматически дублировались в удаленном хранилище.

Казань, Нижний город 

Убежище, построенное в незапамятные времена, отличалось спартанским уютом и невероятной прочностью стен. Сюда в свое время Алиса натаскала продуктов и даже организовала скрытое подключение к городской инфосети. Таким образом, она могла следить за происходящими в городе событиями. А события сыпались одно за другим. После поголовных облав и обысков, когда армия рассекла весь город на сектора, продолжал действовать комендантский час. Аэро- и космопорты были взяты под постоянный контроль, что напрямую следовало из резко участившихся случаев задержания контрабандистов. Силы для розыска группы были задействованы просто невероятные. Не проходило и часа, чтобы вездесущий инфонет не сообщал о проводимых в том или ином месте мегаполиса спецоперациях, в том числе о том, что поисковые группы спустились под землю.
Порадовал также Коган-старший, объявивший премию в пять миллионов рублей тому, кто предоставит достоверную информацию о местонахождении преступника, повинного в смерти его сына.
Но самое плохое заключалось не в этом. Армия и полиция, судя по всему, пришли сюда всерьез и надолго, и жить островку безвластия осталось всего ничего. Перетряхнут территорию сверху донизу и установят нормальный общегосударственный порядок, так же как и в бывшей до того вольнице Красноярск Дальний.
Значит, рано или поздно ее все равно найдут. И выкурят на белый свет.
А вот подобного Алиса совсем не планировала. Конечно, путь ухода из города у нее был. Но вот что делать после? Страну все равно не покинуть. А в этой ситуации нужно было рвать когти кардинально, потому что взлом — это еще куда ни шло, но вот убийство трех человек…
Напрягая мозги так, что порой казалось, что из ушей идет дым, Алиса искала подходящий вариант, припоминая все, что слышала о тропинках, ведущих «за бугор».
Как-то, открыв очередную банку консервов, она поморщилась от сильного рыбного запаха, ударившего в нос, и память вдруг выдала ей цепочку ассоциаций. Рыбозавод, рыба, икра, контейнер.
КОНТЕЙНЕР!
Она отставила банку в сторону и начала мерно ходить от стены к стене, припоминая все, что знала об этом.
Городской пищекомбинат получал рыбу с фермы, находящейся в пойме Волги, чуть ниже города. Сама ферма поставляла не только рыбу, но и мальков и даже икринки во все места на Земле и даже во внеземелье. Сам контейнер представлял собой большой металлический ящик с термостатом, системами водоочистки и аэрации. Из-за сложностей перевозки контейнер досматривали только на ферме, потом в присутствии работников таможни запечатывали и отправляли самолетом в ту или иную страну. Это в идеале. А в реальности это был очень удобный способ переправить что-нибудь в нужное место, не привлекая ненужного внимания.
Об этом ей как-то рассказал Алекс, который участвовал в организации данного коридора.
Небольшой респиратор на шесть часов автономного дыхания у нее был. Не бог весть какой, но не на другой же конец Земли повезут столь дорогой товар, как живые икринки? Дело за малым. Добраться до загородной зоны в условиях тотального шмона.
Естественно, обойти подвижные заслоны было довольно простой задачей, но вот стационарные посты, полицейские беспилотники и огромное количество телекамер, распознающих личность не только по лицу, но и по антропометрическим данным, были проблемой куда более серьезной. А то, что всю систему безопасности Нижнего города контролируют армейцы, было ясно как дважды два. И стоит ей хоть на секунду появиться в поле зрения камер, как через минуту весь район оцепят, а сверху, из бронированных флаеров, посыплются крепкие парни из групп захвата.

Алиса развернула коммуникатор и несколько секунд смотрела на дату. Потом решительно начала собираться.
Надев тонкий мембранный комбинезон прямо поверх брони, обуви и штурмового рюкзака, она перебралась в подвал, а уже оттуда проникла в шахту мусоропровода. Мембрана работала, отлично фильтруя не только запахи, которых на дне контейнера было достаточно, но и газы, производимые гниющей в баке органикой.
Строго по графику, в двадцать один-сорок пять, огромный мусоровоз опрокинул контейнер в свое чрево и покатил дальше по адресам. Правда Алисе пришлось пережить несколько неприятных минут, когда водитель решил утрамбовать мусор и ее чуть не раздавило надвигавшимся, словно танк, массивным креслом, но уже через два часа она, выбравшись из зловонной кучи на окраине города, бодрой рысью направилась в сторону реки.
Цеха рыбокомбината, раскинувшегося на площади в несколько квадратных километров, охранялись частной фирмой и, кроме высокого забора и колючей проволоки под напряжением, имели множество камер, датчиков и других систем. Но все это совсем недешевое оборудование не было рассчитано на одного человека, специально подготовленного для проникновения на куда более защищенные территории.
Но, попав внутрь, Алиса оказалась в довольно глупой ситуации. Было совершенно непонятно, какой из четырех огромных, словно авиационные ангары, цехов ей нужен. А обходить все в поисках не представлялось возможным. Завод работал круглосуточно, и даже в полностью автоматизированных цехах людей было достаточно много.
Ниша, где она притаилась, находилась в тени от мощного прожектора, светившего вдоль дороги меж двух цехов. По дороге время от времени проезжали автоматические транспортеры, развозившие какие-то непонятные короба и бутыли.
Когда Алиса уже полностью созрела до захвата информатора и выдвинулась к предположительному центру управления, огромная надпись на воротах цеха остановила ее. Осетровый цех. Алиса несколько раз глубоко вздохнула, переживая собственную глупость, и полезла в рюкзак за присосками.
Окна цеха, расположенные на уровне третьего этажа, никто и не подумал защищать сигнализацией. Проникнув внутрь сквозь прорезанное в стекле отверстие, девушка закрепилась на стене и аккуратно вклеила оба стекла обратно, чтобы ее проникновение как можно дольше оставалось тайной для персонала завода.
То, что ей было нужно, находилось в самом углу помещения. Четыре огромных трехметровых контейнера для перевозки рыбной молоди и икринок. Алиса сбросила рюкзак с плеч и, достав сканирующий процессор, приклеила присоски с датчиками к корпусу замка. Мощный компьютер уже через пять минут подобрал ключ, и замок, щелкнув электрическим приводом, открылся.
Второй и последний мембранный костюм Алиса надела за рекордно короткое время, затем подсоединила дыхательную систему и, приоткрыв крышку, нырнула в самое месиво бурлящей от пузырьков воздуха и серебристых мальков воды.

— Сработка замка во втором цеху. — Дежурный инженер отложил книгу в сторону и, зафиксировав в журнале время, переключил главный экран в режим просмотра систем безопасности.
Помощник дежурного оператора ночной смены в свою очередь недовольно оторвал взгляд от книги с последней серией «Покорения Пандоры» и, остановив воспроизведение, пододвинулся ближе к пульту.
— Так. Терморежим — в норме, циркуляция — тоже. — Он обернулся в сторону дежурного, который скользил глазами по огромному экрану систем безопасности.
— У меня тоже чисто. — Операторы переглянулись. Вылезать из теплой операторской, да еще тащиться в самый дальний угол завода совершенно не хотелось.
Наконец старший смены принял решение, и маленький охранный робот, выскочив из ниши, взмыл под потолок цеха и завис, жужжа моторами, над злополучным контейнером.
— Крышка закрыта… Сам замок сигнализирует о кратковременном отключении питания. — Глядя на контейнер через камеры робота, оператор констатировал то, что и так было видно. — Давай перезапустим систему?
— Давай. — Старший смены еще раз пробежался глазами по охранной схеме. — Проникновения не было, так что это, скорее всего, глюк самого замка.
— А если он в пути того…?
— Плевать. — Инженер небрежно взмахнул рукой. — Через час его заберут, а там хоть трава не расти.
Старший смены не сказал еще одной причины, по которой ему так не хотелось дотрагиваться до контейнера лично. В нем, кроме мальков, был еще и небольшой, но очень ценный груз, который просто обязан был покинуть страну тихо и незаметно.

Упав в бурлящую воду, Алиса сразу наткнулась боком на ящик, которого здесь в принципе быть не могло. То, что это контрабанда, было понятно сразу, а вот что именно там лежало, занимало девушку куда меньше. Гораздо сильнее ее волновал датчик расхода воздуха, который уже начал свой отсчет в один конец.
Машину с контейнерами остановили на самом въезде на территорию аэропорта. Сержант внутренних войск потыкал в замок стволом автомата и задумчиво посмотрел на водителя.
— Открывай.
— Сам открывай. — Водитель насмешливо посмотрел на сержанта. — Думаешь, простому водиле код от контейнера сообщат? Щас. Бегут, трусы теряя. Тебе нужно, ты и ломай. Только там мальков на два ляма юнек, и, если температурный режим поплывет или воздух перестанет поступать, ты до конца своих дней будешь за них рассчитываться.
Сержант посмотрел, как служебно-розыскной пес по кличке Штопор задумчиво прошелся вдоль гудящих и едва слышно шипящих стальных коробок и спокойно спрыгнул на землю, не обнаружив следов пребывания человека.
— Закрывай.
То, что она в воздухе, Алиса поняла, стоило тяжелому грузовому самолету оторваться от взлетной полосы и взмыть вверх. Воду в контейнере бултыхало с приличной силой, и несколько раз девушку мотнуло от стенки до стенки. Алиса еще раз поблагодарила своих учителей, выбивших из организма малейшие следы морской болезни, и, растопырив конечности, закрепилась внутри. Через три часа полета, когда стрелка дыхательного прибора опустилась к красной границе, девушка испытала первые признаки беспокойства. Воздуха оставалось всего на час, а воздушное судно и не думало снижаться. Уменьшить потребление воздуха могло погружение в транс, но в этом случае она могла очнуться лишь тогда, когда воздуха совсем не осталось, или не очнуться совсем. А запасного баллона не было, и выбраться из закрытого контейнера было вовсе не тривиальной задачей.
Алиса судорожно пыталась разрешить проблему, но вариантов было совсем немного. Она дождалась, когда воздуха осталось на тридцать минут, и, подобравшись к трубе, через которую шел воздух в контейнер, аккуратно, чтобы не повредить комбинезон, отогнула трубу и отломала ненужный ей распылитель. Потом, осторожно приоткрыв ротовой клапан, крепко прижалась к трубе губами. Холодная вода сразу потекла под тонкий слой пластика, и тело стало предательски неметь.
Совсем плохо стало тогда, когда вода наконец пропитала ткань возле тела и из-за онемения стало тяжело дышать. Разгоняя кровь волевым усилием, Алиса шевелила руками и ногами, причем ни на секунду не отрываясь от зазубренной пластиковой трубы, по которой шел живительный воздух. Она совсем потеряла счет времени, целиком погрузившись в борьбу за выживание, и не заметила, что самолет начал снижение.
Когда контейнер переместили на грузовик и повезли на тщательно охраняемый склад, она уже почти пришла в себя. Вода, пропитавшая одежду, наконец согрелась и не давала холоду проникнуть глубже. Алиса начала осторожно двигаться, возвращая телу чувствительность, и вдруг замерла, поняв, что ящик уже никуда не двигается, а в его металлический бок ударило что-то тяжелое.

Глава 4

Путешествия — это прекрасная возможность увидеть новые места и познакомиться с интересными людьми.
Джо Счастливчик, наемный убийца Европейского Синдиката

Из отчета директора Европейского директората, Нормана Линдера 
Производственные комплексы Восточноевропейской директории успешно выполнили план по сдаче биомассы на сборные пункты, что позволило увеличить нормы выдачи еды на восемь процентов от того же уровня прошлого года. Отстают от плана производственные комплексы Южноевропейской директории, но, как заверяет руководитель производственного комплекса генерал Цетис, отставание будет ликвидировано до окончания учетного периода.
Общий рост промышленного производства в Европейских директориях составляет почти шесть процентов, что выше, чем даже в Американских директориях…
Таким образом, политика экономической изоляции, которую провозгласили в Евро-Американском Альянсе, доказала свою жизнеспособность и верность. Общий рост с начала кризиса составил более сорока процентов и уничтожил угрозу надвигающегося голода.
Но есть у нас и отдельные нетипичные недостатки, связанные прежде всего с недостаточной сознательностью отдельных граждан. Разрозненные и нескоординированные выступления обманутых граждан Альянса вовремя подавляются частными охранными армиями и государственными подразделениями. Более восьми миллионов мобилизованных судебным порядком работают на месторождениях Исландии и платформах в Арктике, добывая так необходимые Альянсу ресурсы…
В новый две тысячи сотый год мы вступаем более сильными и мобилизованными на решение всех стоящих перед нами задач.
Программа «Магазин дома», телецентр Груммана 
Предлагаемый нами сборник «Пятьсот рецептов изысканных блюд из биомассы» ключевым образом расширит диапазон вашей кухни и сделает семейные приемы пищи не менее изысканными, чем в лучших ресторанах. Книга, ранее доступная лишь гражданам категории «С», теперь доступна и категории «D», а за дополнительную плату всего пять дилар мы включим в пакет доставки брошюру знаменитого повара Лианы Трой «Готовим из остатков».

Совершенно секретно. 
Только для адресата. Копий нет. 
Архивный индекс 227 48 V001520 
Проект «Муар». 
Сообщение № 122 
Сформировать подразделение «Сигма», отобрав из прошедших обучение в Центре наиболее дисциплинированных и мотивированных специалистов, дополнительно обеспечив их лояльность с помощью имплантирования устройства DFL-41.
Установить размер денежного довольствия специалистам подразделения, учитывая имеющиеся звания, коэффициент риска и множительный коэффициент 1,3.
Начать отработку взаимодействия и тактических приемов на полигоне Утикума.
В течение трех месяцев быть готовыми к проведению войсковых учений с привлечением расходных подразделений.
Научно-технический директор ОРУ, генерал-лейтенант Суррей

Совершенно секретно начальнику девятого управления ГРУ Генералу Никонову В. Г. 
Начальника седьмого отдела 
Докладная 
По результатам анализа учений, проведенных на полигоне Утикума (Северные территории Канадской директории Альянса), докладываю.
Проведенными мероприятиями были установлены системы дистанционного контроля и мониторинга на новом полигоне вооруженных сил Альянса, предназначенном для отработки новых систем вооружения.
Контроль осуществляется спецотделом нашего управления на основе аудиовизуального наблюдения и средств цифрового моделирования с применением портативного комплекса дальней разведки «Домовенок».
Долгое время полигон находился в пассивном состоянии, но с февраля сего года прибыло сразу несколько подразделений, начавших интенсивную подготовку к проведению учений и отработке средств и способов нападения, сходных с методиками подразделения «Омега».
В отличие от подразделения «Омега», подразделение Альянса использует узкий спектр излучения, что не позволяет, с одной стороны, создавать формы, непосредственно поражающие личный состав, а с другой — эффективно поражать электронику в радиусе действия.
Следует отметить, что эффективность подразделения противника во много раз превышает возможности «Омеги», а в некоторых ситуациях близка к эффективности специальных систем РЭБ. Также наблюдается значительное количество участвующих военнослужащих, число которых, по предварительным оценкам, превышает четыре сотни человек.
Существование аналитической и приборной группы по данному направлению предполагает наличие методик, позволяющих выявлять и быстро обучать лиц с подходящими способностями и, возможно, как-то повышать их потенциал.
Полковник Шохин

Индонезия, Джакарта, район портовых складов 

Пожилой низкорослый азиат откинул крышку контейнера и аккуратно ткнул коротким багром в воду, стремясь нащупать скрытый там ящик, когда наткнулся на нечто мягкое и довольно большое. Вынырнувшее из мельтешения мальков тело в серебристом одеянии с окровавленной дырой в районе рта он воспринял как водяного призрака и попытался ударить тем же багром, но призрак, неожиданно легко отпрянув в сторону, перехватил остро заточенную железку и ткнул ею в лицо мужчины.
Смерть своего бригадира рабочие, вскрывавшие контейнеры, не видели, но видели, как тело отлетело на несколько метров в сторону и замерло у стены. Еще несколько секунд они смотрели, как из ящика с рыбой выбирается неведомое существо, и осознавали тот факт, что сильнейший среди них уже мертв. Адекватно отреагировали лишь два человека, начавшие вытаскивать пистолеты из кобуры, когда Алиса уже встала во весь рост и шагнула вперед.
Словно смертельный вихрь пронесся по помещению, и оба боевика умерли так же быстро, как и бригадир. Потом работяги с криками заметались внутри помещения и, устроив короткую свалку у дверей, вырвались из ловушки. Но помочь им никто не мог, так как именно в этот момент укрепленную, словно крепость, базу на краю грузового терминала штурмовали боевики конкурирующего клана.
Избавившись от мокрого, пропахшего рыбой комбинезона, Алиса быстро переоделась в сухое и, подхватив с пола оба пистолета, осторожно выглянула на улицу. Меж рядов одинаковых контейнеров уже кипел бой, и она сочла за лучшее просто прикрыть дверь, чтобы не участвовать в чужой драке. Но, вопреки ожиданию, бой разгорался все сильнее, так как в него втягивались все новые и новые силы. Тем временем девушка уже вытащила контрабандный контейнер и, с трудом вскрыв прочный металлический ящик, потянула крышку вверх.
Несколько пистолетов в красивых деревянных коробках явно предназначались для подарка, так как были украшены инкрустацией, четыре короткоствольных автомата уже без всяких украшений и боеприпасы в отдельном отсеке. Насколько она знала, АСУ-9 поставлялись только в спецподразделения России. Мощное и, что важно, бесшумное оружие очень высоко ценилось на черном рынке, и за один такой ствол можно был получить не менее тридцати тысяч юаней или пожизненное.
Самое ценное нашлось в боковом кармане, где сиротливо стоял небольшой ящичек. Стоило Алисе открыть крышку, как по глазам резануло сверкание крупных чуть зеленоватых бриллиантов с планеты Сета, которых было не меньше двух полных горстей. В раздумьях о дальнейших своих шагах, она совершенно автоматически набила магазины патронами и, разместив пистолеты на разгрузке, начала заполнять свободные карманы патронными пачками. Чемоданчик целиком ушел в наспинный карман, и, забросив за спину один АСУ и взяв второй в руки, она осторожно выглянула в щель контейнера.
Бой уже почти затих, и теперь какие-то негры методично обыскивали один контейнер за другим.
«Пора!» — решила Алиса и выскользнула наружу. Здесь влажное горячее дыхание тропиков было просто нестерпимым, и она почти сразу же вспотела, а ткань, отводившая влагу от кожи, начала медленно покрываться мелкими каплями.
Вокруг куда хватало взгляда громоздились ряды однотипных морских контейнеров, и только вдали возвышался серый корпус с рядами небольших окон, а совсем на горизонте, словно обломанная гребенка, вставали шпили небоскребов какого-то города. Туда она и решила прорываться, справедливо полагая, что чем город больше, тем больше в нем уютных тихих норок, одну из которых она сможет занять.
Группа из шести здоровенных негров, одетых, словно с вечеринки, но вооруженных новенькими китайскими репликами двести двадцать восьмого Калашникова, выскочила из-за ближайшего поворота совершенно внезапно. Автомат, словно у него был собственный разум, дернул стволом справа налево, и короткая очередь прошила всю толпу насквозь.
Сделав контроль, Алиса растворилась в полумраке контейнерного терминала, оставив за собой истекающие кровью тела. Чем ближе она подходила к предполагаемому краю склада, тем громче становились звуки работы механизмов. Последние двести метров она уже не шла, а кралась, осторожно поглядывая вокруг.
Площадка перед административным зданием была заполнена суетящимися людьми. Судя по всему, люди, захватившие терминал, не хотели никаких свидетелей и, сгоняя рабочих в компактные группы, уводили их за поворот, где уже гремела канонада выстрелов.
А совсем рядом, буквально в тридцати метрах, стояла примечательная группа из двух десятков чернокожих мужчин, ярко и безвкусно одетых, словно они собирали свои вещи на цыганской помойке, и трех корейцев в строгих костюмах. Они о чем-то спорили на жуткой смеси английского и китайского языков и тыкали руками в сторону контейнерного склада. Этого суржика Алиса не понимала совсем, но тут и без перевода было понятно, что окружившие корейцев мужчины были охранниками или боевиками того, кто стоял напротив и что-то орал, размахивая руками. Седой же, напротив, был предельно спокоен и даже отвечал как-то лениво и с улыбкой посматривал на своего визави слегка свысока, словно учитель на нерадивого ученика. Алиса очень не любила тех, кто расстреливал безоружных, но вокруг было слишком много людей. Все изменилось, когда сбоку выскочили еще двое. В тонких длинных плащах, один с ручным СИГ-500, а другой с «калашом», они начали отстрел боевиков вражеской группировки, не особо заботясь о сохранности своих. Впрочем, с первым же выстрелом свои попадали вниз с такой скоростью, словно репетировали это заранее. Залег и седой, ничуть не заботясь о сохранности костюма, а вот допрашивающие его, мгновенно развернувшись, ударили таким залпом, что двум смельчакам бы не поздоровилось, если бы не вмешалась Алиса.
Короткие, убийственно точные очереди бесшумного оружия мгновенно изменили ситуацию на площадке. Пока одни бандиты разбирались с тем, откуда их убивают, большинство просто перестало существовать. Остатки заперлись в корпусе, куда один из белых плащей забросил мощную гранату.
Алиса, выброшенная, словно пружиной, из своего укрытия, подскочила к седому и проверила пульс.
— Кюдей най, саронь та! — Мужчина отбросил ее руку и привстал, осматриваясь. — Сеуки! — Он махнул рукой куда-то в сторону и рванул с приличной скоростью вперед.
И лишь Алиса, почувствовавшая движение за спиной, со звериной грацией крутанулась, вгоняя несколько пуль в уже привставшего бандита, в руках которого был золоченый пистолет.
Мельком оглянувшийся мужчина одобрительно улыбнулся и, махнув рукой, что-то прокричал своим людям.
К стоянке они подбежали уже вчетвером и, забившись в огромный, бронированный, словно танк, лимузин, взмыли в воздух.
Алиса уже собралась перевести дух, как сидевший за рулем что-то крикнул, показывая рукой вбок и вверх.
Алиса понимающе кивнула. Естественно, вряд ли их так просто отпустили. Она оглянулась и, поняв, что второй боевик из-за ранения ей не помощник, решительно взялась за пулемет, лежавший на коленях у раненого.
— Окно открой!
— Уэ?
— Я говорю, окно открой, черт нерусский! — крикнула Алиса. — Open window!
— No window! — Сидящий за рулем ткнул в потолок и чем-то щелкнул на панели. — Upslot!
Крыша над головой Алисы медленно раскрылась створками, открывая люк, и девушка высунулась наружу. За ними и чуть выше, завывая турбинами, летел небольшой флайбас, из которого постреливали в их сторону. Пока не прицельно, но очереди проходили все ближе и ближе. Следом шла еще одна машина, а совсем далеко, метрах в пятистах, натужно чадил, пытаясь сократить расстояние, тяжелый грузовик.
Прижавшись спиной к краю люка, она взяла цевье ручника на ладонь и дала короткую пристрелочную очередь, а затем, оценив динамику оружия, еще двумя очередями выкрошила стекло пилотской кабины и того, кто находился в ней. Флайбас сразу же рухнул вниз. Догнавший их спортивный мобиль тоже получил очередь в корпус, после чего, кувыркаясь и дымя, полетел к земле, а грузовик, решив не искушать судьбу, отвалил в сторону.
— Кто вы? — на вполне приличном английском спросил седой, одобрительно глядя на свою спасительницу.
— Беглец, — спокойно ответила Алиса, глядя корейцу в глаза. — Если вы довезете меня до города, я буду считать, что мы в расчете.
— Вы собрались гулять по Джакарте в таком виде? — Мафиозный босс с улыбкой посмотрел на разгрузку Алисы, из которой топорщились рукояти пистолетов.
— До первого магазина. — Алиса спокойно пожала плечами. — Сомневаюсь, что на окраине будут вызывать полицию по такому пустяку, как странная одежда клиента.
— А деньги у вас есть?
— Я обеспеченный беглец. — Алиса кивнула. — На первое время хватит, а там подумаю.
— Если будет нужна помощь, звоните. — Седой достал из нагрудного кармана карточку и протянул ее девушке.
— И Квон. Экспорт-импорт. — Она спрятала карточку в карман разгрузки и благодарно кивнула. — Не могу обещать, господин Квон, но, если что, непременно.
— Давай на Кейбонг-байвенг, — коротко бросил Квон водителю и еще раз с удивлением посмотрел на свою спасительницу.
Девушка, русская, языка местного не знает. Такая странная комбинация совсем не похожа ни на Интерпол, ни на евроамериканские спецслужбы. Вот нападение на терминал — это, скорее всего, с амерской подачи. Да и не нужно евроамериканцам спасать шкуру главы конкурирующей с ними корейской преступной организации.
Массивная машина на несколько секунд притормозила возле магазина и, высадив пассажирку, полетела дальше. А девушка, ничуть не смущаясь своего вида, пинком раскрыла дверь магазина одежды.
— Одежду на мой размер и сумку, быстро! — крикнула она по-английски и остановилась в центре зала. Под ее взглядом продавщицы, покрывшиеся холодной испариной, начали быстро двигаться.
— Это, это, вот это… — Алиса командовала заполнением одной из сумок, тем временем складывая оружие во вторую. Потом, подхватив одежду и пистолет с кобурой, скрылась в примерочной.
Для такого рода покупок предназначалась одна из разовых кредиток, на которой была совсем небольшая сумма. Уже переодевшись, девушка мазнула карточкой по считывателю и бросила ее перед кассиром.
— Остаток наличными.
— Да, госпожа. — Кассирша кивнула и отсчитала совсем тоненькую пачку купюр.
Когда она ушла, старшая продавщица выдохнула и, достав из кармана платок, вытерла лоб.
— Ты не позвонишь в полицию? — удивленно спросила кассир.
— Нет. — Девушка, пережившая уже не одно ограбление, покачала головой. — Ты видела, какая машина ее высадила? Нам с тобой на нее никогда не заработать, даже если продадимся на органы вместе со всей семьей. Так что для здоровья лучше молчать. Она ведь заплатила? А что там у нее с собой — не наше дело. Может, это вовсе не оружие, а детские игрушки?

Ничего этого Алиса уже не слышала. Она забросила тяжелую сумку на плечо и быстрым шагом дошла до перекрестка. Свободное такси пришлось ждать всего пару минут, и неповоротливый колесный экипаж уже через полчаса остановился у недорогого, но очень приличного отеля «Батавия Аппартменс». Рассчитавшись еще одной кредиткой за неделю проживания, Алиса поднялась в номер, заблокировала дверь, скинула прямо в прихожей одежду и сразу прошла в душ, а выйдя из душа, рухнула в постель, мгновенно провалившись в глубокий сон.

Глава местного отделения корейской мафии (кындаль) сидел в рабочем кабинете, больше похожем на сад, и просматривал собранную его помощниками информацию. В целом уже было понятно, что Блэк Бразерс, давно подмятые ЦРУ, потеряли груз, который по ошибке пришел в принадлежавший кындаль терминал. Его люди приняли контейнер за тот, в котором из островной лаборатории поступал порошок, и вскрыли его. Судя по воспоминаниям выживших, девка убила бригадира и двух боевиков, чтобы уже через пять минут очень удачно прибыть к последнему акту. У его лесных воинов шансов на спасение своего босса было немного, но неожиданная и действенная поддержка с фланга привела к тому, что почтенный Квон не лежал на дне океана в бочке с цементом, а сидел в своем уютном офисе под охраной срочно вызванных с родины специалистов.
Версию, что девочку ему подвели, он сразу отбросил как малореальную. Скорее всего, тут была просто случайность, каких он немало повидал за свою жизнь.
— Токки! — Молодой помощник вошел в помещение и коротко поклонился. — Документы по этой девочке пришли?
— Очень немного. — На стол перед главой корейской преступной группы легла тоненькая папочка. — Объявлен международный розыск. Но нам удалось еще кое-что узнать. За ней десять взломов и, по слухам, трупы там, в России.
— Не похожа она на инфру, не находишь?
— Она не инфра, господин. — Помощник снова поклонился. — Она скрипачка и, возможно, флейтистка. Играла всегда соло, а то, что попала в команду инфров, так, судя по всему, могла и в харды податься. Видимо, бывший офицер спецслужб или что-то в этом духе.
— Как думаешь, она появится?
— Нет, господин. — Токки положил еще один листок перед боссом. — Вчера она продала четыре бриллианта в шесть карат и переехала в Pullman Jakarta Central Park.  Сняла люкс.
— А кому продала камни?
— Торговцу на Дуа Абдад.
— Прямо так и продала?
— Если бы не Гоппи, мы бы ее пропустили, господин. Она изменила внешность и даже походку. Потом пошла в казино, обменяла все на фишки и, проиграв какую-то мелочь, забрала деньги назад.
— Красиво. — Квон чуть склонил голову, признавая эффективность маневра по замене денег. — Так, значит, она увела бриллианты, принадлежавшие черным? — Он неожиданно расхохотался. — Ее ведут наши люди?
— Постоянно. — Токки кивнул. — Но она, похоже, нас засекла.
— Как же так? — Босс удивленно поднял брови.
— Люди еще неопытны, — виновато заметил помощник. — Если бы дело было в трущобах, а так мы совсем не в своей зоне.
— Устрой мне встречу. — Квон решительно встал. — И постарайтесь, чтобы без случайностей.

Этот ресторан с видом на океанское побережье сразу понравился Алисе. Спокойная, чуть расслабленная атмосфера, улыбчивые официанты и роскошное меню с блюдами всех стран мира. Она как раз доедала печеное вепрево колено, когда знакомый голос отвлек ее от кулинарных изысков.
— Госпожа… — Молодой улыбчивый кореец в белом костюме с рукой на перевязи учтиво поклонился. — Мой босс хотел бы в этот прекрасный день разделить с вами обед.
— Конечно. — Девушка вытерла кончики пальцев салфеткой и с улыбкой кивнула на стул напротив. — Хорошим людям мы всегда рады.
Квон, одетый в безупречный серый костюм, белоснежную рубашку и коричневые полуботинки, вежливо кивнул Алисе, словно старой знакомой, и присел на отодвинутый слугой стул.
— Как вам Джакарта, мисс Кобра?
— Прекрасно, господин И Квон. — Она кивнула и лукаво улыбнулась. — Но что привело столь уважаемого деятеля кындаль в этот скромный уголок? Неужели желание пообщаться со скромной беглянкой?
— Все же менталитет западных людей сильно отличается от нашего. — Седой, притворно нахмурившись, покачал головой. — Я думал, что мы сначала познакомимся поближе. Я расскажу вам о своей семье, а вы мне — о детских привязанностях. Потом мы вместе посетим оперу и, отужинав блюдами корейской и русской кухни, перейдем к делам…
— Ну, судя по тому, что вы знаете мое имя, вы уже обо мне многое узнали. — Алиса, которая на третий день связалась с инфострадой, уже имела счастье ознакомиться с трудовым путем главы корейской преступной группировки. — Могу сказать, что и ваша личность для меня уже не тайна за семью печатями, так что знакомство состоялось. А так как я ненавижу оперу, балет, музеи и гольф, мы, наверное, уже можем переходить к делам… полковник Квон?
Квон рассмеялся и поставил стакан на стол.
— Браво! Вы действительно смогли меня удивить. — Он вытер рот салфеткой. — Что ж, к делу, так к делу. Я знаю, что вы не очень нуждаетесь в деньгах, но не все в этом мире меряется на юани. — Он внимательно посмотрел на девушку, но, ничего не увидев на бесстрастном лице, продолжил: — Мне нужно встретить одного очень важного для меня человека в аэропорту и доставить его в комплекс Бата. Живым и невредимым. Кроме меня, принять этого человека не может никто, даже если он подойдет к вам якобы от меня.
— Ожидаются скачки? — Алиса улыбнулась.
— Еще какие. — Квон кивнул и рассмеялся. — Мы, а потом и вы, крепко наступили на хвост «Черному братству», и они захотят взять реванш. А для нас терять такого специалиста — хуже чем потерять лицо.
Алиса задумалась на несколько секунд, а потом решительно кивнула.
— Берусь. Только мне понадобится кое-что из специального снаряжения.
— Вы даже не называете цену за работу?
— Зачем? — Алиса с улыбкой пожала плечами. — Вы получите своего человека, я нескучный день, и все будут довольны.
— А паролем для вас…
— Пусть будет что-то нежное и доброе. — Алиса мечтательно улыбнулась. — Например, Королевская Кобра.
— Хорошо. — Седой, чуть не поперхнувшись, отставил стакан в сторону и жестом подозвал помощника. — Токки, доставишь этой леди все, что она попросит, в необходимые сроки.

Мощный шестиместный «форд», похожий больше на броневик, чем на легковой флаер, мягко притерся к краю посадочной площадки. Алиса, одетая в облегающий комби черного цвета, не торопясь открыла тяжелую дверцу лимузина, вышла и, забросив движением головы длинные черные волосы за спину, надела очки, которые тут же потемнели. Немного косметики и умелые руки визажиста превратили ее в китаянку с большой примесью африканской крови.
Место для стоянки было выбрано неслучайно, и люди Квона еще за неделю заняли его, освободив только в момент подлета Алисы. Отсюда не только был виден терминал прибытия, но и открывалась прямая взлетная полоса в коридор для летающих машин.
Сжимая в руках небольшую черную дамскую сумочку, Алиса прошла в терминал, и сразу же в поле зрения появилось расписание прилета. Рейс из Токио уже совершил посадку, и пассажиры проходили таможенный контроль, впрочем, довольно формальный.
— Мисс Ти? — Молодой человек в плаще модного в этом сезоне полувоенного покроя остановился напротив. — Но мне сказали, что вы заболели.
— Не так серьезно, чтобы не исполнить это маленькое приятное поручение, мистер Джексон. — Алиса кивнула. — Ее очки уже выдали идентификационную информацию, пароль был верным, и она не сомневалась, что это именно тот, кто ей был нужен. — Это весь ваш багаж? — Она кивнула на небольшой саквояж в руках у мужчины.
— Как говорил мой старик, в дорогу нужно взять лишь три вещи. — Мужчина усмехнулся. — Деньги, деньги и еще раз деньги.
— Пойдемте. — Она кивнула и, пропустив мужчину чуть вперед, пошла за ним. — Сейчас налево. — Они вышли из здания терминала и не торопясь пошли к стоянке. — Ваш старик путешествовал по обжитым местам, мистер Джексон. — Алиса с дистанционного пульта открыла обе двери и, дождавшись, пока мужчина займет свое место, села сама. — Пристегнитесь, пожалуйста. — Она протянула руку назад и достала два шлема. — И наденьте вот это.
— О! — Мужчина весело осмотрел бронешлем и без разговоров надвинул его на голову. — Чувствую, поездка будет интересной. — Он включил питание шлема и опустил стекло. — А вы не похожи на телохранителя, мисс Ти.
— Конечно. — Алиса, заметив разрыв между машинами, рывком бросила свой «форд» в небо. — Я нечто противоположное. — На радаре кругового обзора были видны все подвижные объекты, а Маском-навигатор уже строил предполагаемый маршрут к точке назначения. — Но просьбу господина Квона я все же решила выполнить, тем более что он не похож на человека, который долго ходит в должниках.
Суматошно маневрирующий «Субару Интерцептор» она заметила давно, но, пока между ними было несколько машин, это было неактуально. Теперь их разделяла всего одна машина, и водитель, судя по рыскающим движениям, готовился к рывку.
Система предупреждения об атаке взвыла дурным голосом, но Алиса уже давила на гашетку спаренной автоматической пушки, сделавшей из суперкара огненный шар.
Теперь, зная, что цель вооружена, враги некоторое время будут осторожнее, но недолго.
Алиса усмехнулась и, точно просчитав нужный момент, бросила машину вниз, в лабиринты производственных комплексов. Колеса с негромким гулом встали на место, и, поднимая тучи брызг, машина рванула по узким проходам между зданиями складов.

— Шеф, она нырнула вниз! Мы потеряли ее! — Говоривший в микрофон мужчина в бронежилете и тяжелом шлеме бросил взгляд вниз. — Нет, наши машины не могут ездить! Мы же взяли самые скоростные тачки, а они без колес! — Он хмуро слушал гневную речь своего начальника и молча показал водителю, чтобы тот еще снизился. — Да, я уже вызвал наземные группы, надеюсь зажать ее в старых складах.

— Их гонят к старым складам. — Мужчина неопределенных лет в баджу белого цвета с серебряной вышивкой поднял голову и внимательно посмотрел на своего гостя. — Я думаю, мистер Смит, мы заблокируем их там и возьмем без лишних проблем. Местные власти очень плохо относятся к стрельбе в черте города, а особенно к разрушению зданий. Наши потери в случае крупных операций могут достигать восьмизначных цифр.
— Вы получили достаточно. — Чернокожий мужчина с чуть вытянутыми, почти европейскими чертами лица усмехнулся. — «Черное братство» никого не забывает. Ни друзей, ни врагов.
Руководитель индонезийского филиала крупнейшей бандитской организации на Земле не врал. Братство действительно пыталось достать своих противников, невзирая на потери. Но в этой истории была еще одна правда. В братстве было более десяти миллионов членов, и очень немногие из них были профессионалами. Пушечного мяса у черных было полно, а вот специалистов не хватало. И даже учебные лагеря в безжизненной пустыне и в эквадорских трущобах положения не спасали, потому что лишь государство, и небедное, могло себе позволить отобрать из тысячи одного, а потом потратить на его обучение пять-шесть лет, превращая в эффективную боевую единицу. Пока «Черное братство» брало массой, когда на место одного убитого тут же вставало трое новых бойцов. И это было эффективно даже в Южной Америке, где работали знаменитые бразильские коммандос. А вот в Юго-Восточной Азии все было немного по-другому. Никому не известный пожилой владелец ломбарда мог при случае положить два десятка братьев и скрыться, вместо того чтобы платить дань. И тому, кто носил безликую фамилию Смит, было все равно, что дедушка до того, как перейти в службу внешней разведки китайского генштаба, двадцать лет топтал сапоги во всяких интересных и очень опасных местах. А уж завалить пару десятков непрофессионалов для него и вовсе не было подвигом, а являлось совершенно рядовым эпизодом в карьере.
И вот теперь для самой ответственной части операции Смит задействовал наемников, которые должны были загнать для него дичь. С остальным справятся подъехавшие «Черные братья», тем более что последний пароход привез почти четыре тысячи новых членов и сорок тонн оружия.
Теперь отметки на экране стояли так густо, что, казалось, на стекле устроилась целая сотня светящихся мух. Алиса влетела в здание склада и остановила машину.
— Теперь? — Мистер Джексон поднял стекло шлема и вопросительно посмотрел на Алису.
— Теперь подождем немного и снова поедем.
Алиса нажала несколько кнопок, и из передней панели выдвинулся небольшой сенсорный экран.
— Как их тут нагнали. — Она покачала головой. — Машин сто, наверное, будет.
Вместо ответа мужчина достал с заднего сиденья свой чемоданчик и, открыв крышку, стал собирать штурмовую винтовку.
— А, бросьте. — Алиса, усмехнувшись, махнула рукой. — Баловство все это. Только застрелиться.
— А что не баловство?
— А вот это. — Она нажала несколько пиктограмм, и изнутри склада полезли автоматические турели с крупнокалиберными пулеметами.
Грохот очередей заставил дрожать каркас склада, а отметок целей явно поубавилось.
— О, таран подогнали. — Девушка взглянула на другой экран, где к воротам приближалась крупноразмерная цель, и нажала еще на одну кнопку.
Не доезжая до ворот, грузовик, получивший в борт противотанковую ракету, перевернулся и вспыхнул чадящим пламенем.
— Кстати, как же совет вашего старика насчет денег? — Она, улыбнувшись, посмотрела на своего пассажира.
— Он не забирался в джунгли так глубоко, как я, мисс Ти.
Алиса рассмеялась.
— Пожалуй. Интересно, что они еще придумают? А то я тут наготовила сюрпризов на танковый взвод. Жалко будет, если не все используем. — Она активировала стаю крошечных летающих дронов и вывела изображение прямо на лобовое стекло флаера. — О, мясо пожаловало, — прокомментировала она прибытие трех тентованных грузовиков, из которых стали выпрыгивать вооруженные люди и выгружать штурмовых роботов. — Дальше неинтересно. — Она отключила проекцию и, нажав пару кнопок, замерла, глядя прямо в центр склада.
Сначала Джексон даже подумал, что она задумалась о чем-то, но потом, проследив до места, куда был устремлен ее взгляд, увидел, что огромный кусок пола медленно поднимается вверх, открывая пологий спуск.
Мягко тронувшись, машина скользнула вниз, а гидравлический подъемник опустил плиту на место.
В свете фар было видно, что машина двигается по огромному тоннелю.
— Аварийный водовод, — коротко пояснила девушка, разгоняя машину до двухсот километров в час. — Выскочим почти на месте.
— А если дождь?
— Тогда нам будет довольно плохо. — Девушка улыбнулась. — Но зато недолго. Потому как размажет нас по стенам водовода, как масло по хлебу. И даже хоронить будет нечего. — Она улыбнулась и лихо подмигнула пассажиру. — Но, кстати, мы тут не одни. — Она коснулась нескольких иконок на экране, и картинка показала несколько скоростных ховербайков, влетающих в дыру прохода. — Быстро они нас обнаружили, однако. Да не хватайтесь вы за ствол. Все пока под контролем. — Она потянула какой-то рычаг и наклонилась к экрану. — Нормально. Сейчас через каждые сто метров машина будет сбрасывать мины, которые наши чернокожие друзья трудолюбиво соберут.
Машину вдруг тряхнуло взрывной волной.
— Вот и первый. В общем, ребята скучать не будут. — Алиса улыбнулась и через секунду, резко рванув штурвал на себя, выдернула машину на поверхность через огромный сливной люк, и сразу же, словно дожидаясь этого момента, тяжелая решетка поползла по направляющим, закрывая дыру.

Дувер Хафадо гнал свой мощный байк по водоводу, жалея лишь о том, что никто из друзей, оставшихся в Харгейса, не видит его, такого крутого, за рулем настоящей гангстерской тачки. Старший брат Дувера Абант погиб, когда они решили потрясти миссию Красного Креста, но из всего батальона выжило лишь пятеро. И вот теперь Дувер, получивший благодаря взятке хорошее место в «Черном братстве», несся на байке, преследуя цель, за которую обещали немыслимые деньги — целых пятьдесят тысяч юаней.
Мины, которые оставил беглец, уже собрали его не слишком удачливые братья, а он смотрел до рези в глазах вперед, надеясь, что увидит опасность первым. Свет, пробивающийся через отверстие сверху, он заметил издалека и, включив вертикальную тягу, уже собирался выскользнуть на поверхность, как мощная решетка из тяжелых двутавровых балок прервала его путь. Лишь голове, оторванной от тела, удалось взлететь вверх, но глаза уже не увидели, как тает вдали точка машины, уходившей от погони.
Алиса оторвалась от преследователей буквально на тридцать секунд, но этого времени ей хватило, чтобы, спикировав отвесно, остановиться в темном переулке.
— А что сейчас? — Ее пассажир оглянулся и посмотрел на девушку.
— Меняем транспорт.
Не снимая бронешлема, Алиса вышла из машины, дождалась, пока пассажир выйдет, и пошла вперед, где было припарковано несколько разнокалиберных мобилей.
Мерседес «Перигрин-7100» серого цвета лишь коротко мигнул фарами, когда она нажала кнопку на брелке, и, натужно гудя электрическими приводами, раскрыл тяжелые двери. Алиса чуть подергала привода, проверяя маневровые роторы, и уверенно подняла бронированную машину в воздух.
Еще через пару минут машина уже влилась в плотный поток транспорта и заняла место за точной копией только что брошенного ими лимузина.
Преследователи, как и полагала Алиса, не замедлили появиться, но, ворвавшись в поток с ходу, атаковали не мерседес, а шедшую впереди машину. Сразу же активизировалась охрана лимузина, оказавшаяся не только многочисленной и профессиональной, но и хорошо вооруженной.
Дождавшись, пока бой разгорится, она нажала клавишу на приборной панели, включая радиоподавитель, и нырнула к земле.

— Они приняли ту машину за нас? — Джозеф удивленно повернулся к Алисе. — И кто там был?
— Глава местного отделения «Триады». — Алиса расхохоталась. — Теперь «Черным братьям» точно будет чем заняться.
— Жестко, — прокомментировал Джозеф. — А почему они за нами не пошли, когда мы отвалили?
— На вас жучок. — Алиса усмехнулась. — Поэтому они нас и не теряли. А когда они сцепились с «Триадой», я включила подавитель радиодиапазона. Теперь они нас потеряли окончательно, хотя я и не исключаю, что будут ждать где-то возле точки назначения.
Через десять минут возле служебного входа в жилой комплекс Бата остановился крошечный грузовичок с тюком белья в низком широком кузове. Водитель — пожилая женщина-метиска — с трудом перевалила тюк на тележку и, не обращая внимания на охрану, стала толкать ее к грузовому лифту, который двигался только на нижние этажи. Посторонившись, боевики кындаль пропустили работницу и через минуту забыли о ней, словно ее и не было никогда. А женщина, доставив свой груз до лифта, опустилась на минус третий этаж и, пройдя всего сорок метров, дотолкала свой груз до другого служебного лифта, который шел уже на восемнадцатый этаж комплекса, где располагалась промежуточная техническая служба. Там, не обращая никакого внимания на других работниц, она переместилась в крошечную комнатку и через десять минут вышла оттуда уже в одежде горничной, сменив не только профессию, но и возраст. Теперь она выглядела как двадцатилетняя девушка-китаянка с тонкими, стройными ногами и провокационно выпирающей попкой.
Двигая перед собой металлический ящик на колесах, в котором обычно лежали всякие принадлежности для уборки комнат, девушка поднялась на служебном лифте до пятидесятого этажа и через минуту остановилась у апартаментов, охраняемых десятком вооруженных до зубов боевиков. Легкий аромат модных в этом сезоне духов с запахом пороховой гари и нежно-розовые щечки горничной не могли ввести в заблуждение охранников, и люди машинально потянулись к оружию.
— Господин Квон заказывал специальную уборку. — Девушка обворожительно улыбнулась и со значением поправила пропуск, приколотый на груди.
— Как доложить? — хмуро спросил ее пожилой кореец невысокого роста, которому заранее сообщили о том, что могут быть необычные посетители.
— Королевская Кобра, — произнесла горничная с мягкой улыбкой, и сразу вспотевший охранник прижал кнопку переговорного устройства.
— Здесь Королевская Кобра. — Он выслушал ответ и качнул головой. — Проходите.
Алиса вошла в комнату и, лишь оглянувшись и убедившись, что полковник Квон здесь, в равном ритме стукнула три раза по ящику. Тот сразу открылся, и, с трудом разогнувшись, Джозеф, сжимая короткоствольный автомат, вылез наружу.
— Надеюсь, ваша поездка была приятной? — Полковник кивнул гостю, которого его помощники усадили в глубокое кресло и поднесли чашку ароматного чая.
— Она совершенно точно была незабываемой. — Тот, кто называл себя Джозефом, широко улыбнулся. — Мисс Ти была поистине обворожительна и… очень богата на различного рода сюрпризы.
— Да, — с улыбкой подтвердил глава кындаль. — Она и вправду очень многогранная личность. К сожалению, у нас в данный момент идут некоторые кадровые перестановки, так что пришлось воспользоваться специалистом со стороны, но справилась она неплохо.
— Особенно если учесть, что сейчас разгорается настоящая война между «Черными братьями» и «Триадой». — Джозеф рассмеялся. — Как сказала мисс Ти, этим парням будет чем заняться.

А сама мисс Ти, уже переодевшись в ярко-голубое парео и прикрыв голову огромной желтой шляпой, не торопясь вышла из жилого комплекса и, сев в небольшой «фольксваген-жук», вырулила на улицу. Ее ждали крошечная вилла на островах и двухнедельный ничем не замутненный отпуск, который она дала самой себе, перед тем как начать разбираться со своими делами.
Квон выкупил у нее все бриллианты по вполне приличной цене и, добавив за работу пять миллионов юаней, подсказал это уютное местечко, находившееся в зоне отчуждения китайской военной базы. Так что незваных посетителей или, упаси бог, всяких мстителей можно было не опасаться. Сама Алиса не очень высоко оценивала боевые качества армии Китая, но все познается в сравнении. Воевать в южной части азиатско-тихоокеанского региона с ней было просто некому.

Но «Черному братству» было совсем не до того, кто увел у них из-под носа лучшего специалиста по взлому сейфов и защищенных помещений. «Триада», позиции которой были как никогда прочны, не собиралась прощать покушение на своего главу, по каким причинам оно бы ни произошло.
Сотни и тысячи бойцов «Триады» по всей Юго-Восточной Азии частым гребнем прошлись по территории, зачищая в ноль всех, кто имел хоть какое-то отношение к «Черным братьям». Буквально за пару дней более десяти тысяч бандитов переселились на тот свет, а бойня все не стихала. Их взрывали и травили ядами, словно тараканов, и расстреливали, будто диких зверей, пока не вмешалась Объединенная разведка Альянса, вышедшая непосредственно на разведку КНР, и вежливо попросила прекратить бойню.
Пусть не сразу, но через какое-то время маховик войны удалось все же остановить, но позициям «Братства» был нанесен такой ущерб, что на восстановление прежнего положения потребуются многие годы.

Глава 5

Переходя на новый уровень бытия, необходимо не только сменить образ и способ мышления, но и, возможно, пересмотреть стратегические цели. Если все это невозможно, постарайтесь хотя бы надеть новый галстук.
Петров Павел Николаевич.
Водитель такси, город Одесса.

Новости дня подробно, аналитическая программа «Телескоп», агентство «Новости» 
Продолжающиеся второй день бои в Конго выявили весьма высокий боевой уровень Освободительной Армии Центральной Африки, которая лишь недавно заявила о себе как о значительной силе в регионе. Войска НОАК противостоят не полуголым повстанцам, а прекрасно вооруженной и подготовленной армии, способной на проведение стратегических операций.
Армия Китая, которая осуществляет охрану производственных и сельскохозяйственных комплексов, находящихся в так называемой Зеленой зоне Африки, пытается навязать повстанцам позиционные бои. Ситуация осложняется тем, что в регионе практически негде применять тяжелую технику, так как вся зона — это пространство, занятое сплошными зарослями, болотами и множеством мелких рек. В такой ситуации бессильны даже авиация и артиллерия, так что пока все боевые действия сводятся к противостоянию мелких боевых групп.
Но все изменится, стоит повстанцам выйти на осушенные и очищенные от леса земли, где на них обрушится вся мощь армии Китая.
Многочисленные террористические акты в странах Юго-Восточной Азии, а также стычки с правоохранительными органами говорят о том, что в регионе активно идет передел зон и сфер влияния между криминальными группировками. Самая многочисленная группа, «Черное братство», недавно потерпела сокрушительное поражение от «Триады», бойцы которой буквально вырезали основную часть боевиков «Братства». Этим мгновенно воспользовались корейская преступная группировка (кындаль) и находящаяся под крылом разведки Китая Исламская Народная Армия, упрочившие свои позиции.
Далее в программе.
Оценка рынка чипов виртуальной реальности в связи с рядом запретительных мер, принятых на территории Евразийского союза. Комментарий нашего обозревателя Кима Сергеева.
Перспективы атомных электростанций. Нужно ли списывать старичков в утиль? На вопросы отвечает академик РАН Зелинский.
Прямой эфир с финала Пустотного триатлона. Сборная Второго флота против Сборной центрального учебно-испытательного центра и показательные бои в невесомости между инструкторами флота и бойцами разведывательно-диверсионных подразделений флота.

Совершенно секретно. 
Только для адресата. 
Копий шесть. Экземпляр первый. 
Архивный индекс 22748 V000406 
Проект «Муар». 
Сообщение № 228 
В связи с требованиями обеспечения секретности приказываю.
На базе исследовательского центра «Дженерал Кемикл» № 9 организовать исследование объекта № 5 и все необходимые работы.
Перевезти персонал и аппаратуру в ИЦ-9, задействовав средства ОРУ.
Начальник 23-го управления Объединенного разведывательного управления, полковник Демиан

Совершенно секретно Начальнику девятого управления ГРУ Генералу Никонову В. Г. 
Начальника седьмого отдела 
Рапорт 
Сообщаю, что в ходе разведывательного рейда крейсера «Ангара» был зафиксирован сбой контрольной и наблюдательной аппаратуры неустановленного характера. Питание на приборы подавалось в штатном режиме, автотест систем проходил нормально, но информация с удаленных буев приходила в искаженном виде либо вообще не доходила. Сбой продолжался 10 минут 32 секунды, после чего работа аппаратуры пришла в норму.
Аналитическая служба полагает, что сбой был вызван направленным воздействием омега-поля со стороны исследовательского корабля «Дженерал Кемикл», находившегося в ста тысячах километров от «Ангары».
Подполковник Шохин

Москва 

Малый семейный совет семьи Рокотовых собрался в небольшой комнате серверного узла Главного управления военных технологий, потому что наличие там подслушивающих устройств исключалось полностью и категорически. Начальник генерального штаба, адмирал космофлота Дмитрий Рокотов, семидесятилетний мужчина в расцвете сил, положил на стол небольшую папку с краткой выжимкой из дела и внимательно посмотрел на сыновей.
Константин Дмитриевич Рокотов — вице-адмирал космофлота, командующий вторым оперативным соединением — выглядел уставшим, но блеска в глазах не потерял. Его брат Егор — генерал-лейтенант сил специального назначения, командир отдельного корпуса ССН, такой же, как все Рокотовы, подтянутый и крепкий, — коротко кивнул и обернулся на Валентина — младшего из братьев, занимавшего должность начальника аналитического управления Министерства обороны.
— Давай сначала ты. Не будем нарушать традицию.
Валентин кивнул.
— Все материалы проверок подтверждают не только генную идентичность обеих Елен, но и их поведенческие модели, так что тут мы не сможем определить, кто из них настоящая, а кто подделка. Но, как мне кажется, это и не важно. Потому что главное в этой ситуации, чтобы никому из них не была внедрена враждебная программа-закладка. Ту, которая в войсках, мы проверили особо тщательно, и по результатам ментосканирования могу сказать, что там, конечно, не немецкий орднунг, но и закладок нет. Елену, которая сейчас в бегах, мы, естественно, так проверить не можем, но скажу, что внедрять в нее что-то совершенно глупо, потому что она как раз и является главным подозреваемым. Кроме того, я считаю, что, чем бы ни была порождена вторая Лена, она остается моей племянницей. Кроме того, важно провести полное медико-биологическое исследование второй Лены и выяснить имеющиеся между ними различия, что может вывести нас на технологию копирования. Сомневаюсь, что это клонирование и перенос сознания, поскольку есть некоторые фундаментальные вещи, которые таким образом не объехать. Таким образом, я считаю, что перед нами сейчас стоит задача не определить настоящую, а как можно быстрее вычислить, кто все это устроил и зачем. Само снятие копии произошло, скорее всего, в госпитале в Африке. Там проводили совместную операцию с Альянсом, когда Елена попала под отраженный удар лучевой пушки. Провалялась в их госпитале две недели, а за такое время могли многое успеть. Теперь, конечно, такое уже невозможно, но что сделано — то сделано. Непонятно лишь, кто и зачем.
— А вот по этому вопросу у меня есть некоторое продвижение. — Генерал посмотрел на собравшихся и продолжил: — Полковник Сайтов, который отдал приказ об уничтожении Лены-второй, начал давать показания, и по цепочке мы вышли на некую «Дженерал Кемикс» — Всеобщую химическую корпорацию, объединившую «Дюпон», БАСФ, «Доу кемикл», ИНЕОС и других. Общая стоимость активов около ста двадцати триллионов юаней, что сравнимо со стоимостью средней страны верхнего уровня типа Швеции. Их исследовательский центр, расположенный на Сете, по официальным данным занимается технологиями биопластиков, а на самом деле, по нашей информации, там проводятся исследования работы мозга и даже эксперименты в области бактериологического оружия.
— Вообще, что ли, охренели? — Рокотов-старший чуть приподнял брови. — Пример Найроби никого не научил?
— Слишком велик приз. — Генерал пожал плечами. — Держать все человечество за горло — это же такое искушение. Но есть еще один интересный момент. Если новейшие нейротомографы еще как-то вписываются в специфику работы биоцентра, то вот закупка горнопроходческих лазеров — нашей, кстати, разработки — вообще ни в какую. А им только приводы поменять, и готовы боевые турели. Дальность, правда, небольшая, но вполне достаточная для работы в замкнутых помещениях.
— Полагаешь, химичат с биороботами? — внешне спокойно поинтересовался адмирал.
— Да уж не алмазы добывают, — невесело усмехнулся Егор. — Там еще много чего в концепцию зверинца укладывается без щелей. Так что предлагаю уронить сверху пару спецзарядов и забыть об этом месте навсегда.
— Когда я разговаривал об этом деле с президентом, он, конечно, дал мне такое право — стереть этот гадючник начисто, но, думаю, там не все так просто. — Рокотов-старший покачал головой. — Таким образом, мы, конечно, уничтожим и научников, и наработанные материалы, но кто помешает этим химикам воссоздать все на новом месте и с другими людьми? Денег-то у них как у дурака фантиков. Наймут себе еще мяса. Самое главное, мы не узнаем границы этой технологии и не поймем, насколько она угрожает всем нам.
— Ну, папа, если у тебя карт-бланш от нашего верховного, то можно устроить там спецоперацию. — Генерал Рокотов сразу сделал стойку. — Подогнать парней, и пусть разворошат там все до материковой платформы.
— А если эти засранцы пустят какую-нибудь хитрую заразу? — Контр-адмирал покачал головой. — Универсальной вакцины наработали всего пять доз. Маловато на полноценное подразделение.
— Нет. — Адмирал решительно хлопнул ладонью по колену. — Сделаем по-другому. Никаких шумных акций и скачек. Тихо и скромно. А уж если что-то найдут, тогда можно и цирк с конями.

Индонезия, залив Телук Парайя, полоса отчуждения военной базы № 131 Народно-освободительной армии Китая 

Поскольку полеты без блока «свой-чужой» армейского образца в этой зоне были несовместимы с жизнью, приходилось передвигаться исключительно на колесах. Небольшая спортивная машина по гладкой, словно доска, дороге быстро домчала Алису до территории, которую контролировала НОАК. Пройдя через три пропускных пункта, она наконец въехала на территорию небольшого владения, числившегося, как она полагала, за разведкой Китайской республики и предназначавшегося для безопасных встреч на относительно нейтральной территории.
Сама вилла, похожая на небольшую крепость, была совершенно безлюдна, но нашпигована таким количеством бытовой техники, что прислуга была просто не нужна. А еще здесь был свой пляж, бассейн в доме и на улице и много других приятных вещей вроде спальни на крыше под потолком из стекла с управляемой прозрачностью.
Алиса купалась, загорала и всячески сибаритствовала, наслаждаясь тем, что до нее, как она считала, никому нет никакого дела.
Через два дня нанятый ей специалист по поиску информации наконец переслал все, что ему удалось обнаружить, и она потратила четыре часа, разбираясь в осколках и обломках, которые тот счел соответствующими условиям поиска.
Выходило, что единственным возможным претендентом на роль главного подозреваемого оказалась Всеобщая химическая корпорация, объединившая в себе десяток крупнейших концернов и располагавшая пятью крупными исследовательскими центрами по всей Земле и даже во внеземелье.
Но так как почти все они находились на территории крупных государств, нечего было и думать, что хоть один из них находится вне поля зрения соответствующих спецслужб. А там, где начинались сторонние посвященные, там начинались утечки информации, так что обо всех из них имелись достаточно обширные сведения как о направлении работ, так и о списочном составе персонала. И лишь один исследовательский комплекс, на Сете, в зоне международной юрисдикции. Небольшой зеленый остров в безбрежном океане песков и скал, имеющий к тому же разветвленную систему пещер естественного происхождения, был отличным кандидатом на тайную лабораторию, где могли проводить эксперименты по дублированию людей. К материалам прилагалась довольно подробная карта окрестностей в радиусе четырехсот километров. К удивлению Алисы, там оказался не только город, но и маленький космопорт, обслуживающий расположенные рядом горнодобывающие комплексы.
Сборы были недолгими. Покидав вещи в две небольшие сумки, Алиса села в свой автомобиль, замерев на несколько секунд, кивнула самой себе и решительно нажала на педаль тяги, бросая машину вперед.
«Конкорд-2» домчал ее в Джакарте до аэропорта Шарля де Голля, чуть больше чем за четыре часа, и единственным неудобством был молодой человек по соседству, пытавшийся ее развлекать разговорами, и немецкая семья из двух мужей, четырех жен и их пяти детей, что никак не желали сидеть тихо.
После реконструкции, проведенной в 2085 году, сильно разросшийся аэропорт стал принимать не только воздушные суда, но и аэрокосмические челноки, доставлявшие грузы и людей на орбиту. Пройдя паспортный контроль, мисс Луа Сукарнопутри неторопливо прошла мимо беседовавших о чем-то полицейских, спустилась на этаж ниже и ловко, словно делала это не впервые, нырнула в неприметную дверь технического коридора. Здесь не было камер, а те, которые устанавливали, специально нанятый человек старательно ломал, так что системе «Шейп», объединявшей все камеры европейского континента и обрабатывавшей их на нескольких суперкомпьютерах, было не видно, как молодая интересная индонезийка быстро превращается в немку средних лет с невзрачным лицом и остатками былой роскоши в виде чуть расплывшейся, но все еще приличной фигуры. Загримированная Алиса доехала до одного из жилых кварталов Парижа, где, сделав для безопасности пару петель, проследоала к вокзалу «Монпарнас», и через час скоростной поезд TGV привез ее в Берн, в Швейцарию. Там, в маленьком уютном пансионате в горах, уже ждал человек, найденный через Инфостраду, он брался обеспечить ее проникновение на любой объект, не принадлежащий вооруженным силам пяти крупнейших государств мира.

Швейцарская директория Альянса. Берн 

Высокого светловолосого мужчину в строгом сером костюме и с букетиком бледно-желтых альпийских роз она заметила издалека.
— Гюнтер. — Стройная смуглокожая женщина с восточным разрезом глаз, подошедшая к столику, широко улыбнулась. — Давно ждешь? — Она присела, прижимая сумочку к груди, и обернулась, ища глазами официанта.
— Я уже заказал, милая. — Мужчина улыбнулся в ответ. — Кебаб, как ты любишь, и немного светлого баварского.
— О, спасибо. — Алиса внутренне содрогнулась от того, что придется есть этот дурацкий кебаб, да еще запивать его пивом, но расцвела в улыбке и наконец-то поставила сумочку на стул рядом.
Парочка поворковала еще какое-то время, поглощая еду, и лишь через час, сев в прокатную машину, отправилась в отель на берегу озера.
Там, в тишине, прерываемой лишь пением птиц, шелестом ветра и негромким гудением глушащего устройства, и состоялся разговор, который мог бы заинтересовать многих.
— Вот карта. — Алиса положила на кровать перед собой планшет. — Там не только общие очертания, но и точки выхода их серверов в городскую сеть. Сам городок принадлежит «Галактис Майнинг», а значит, там полная анархия и Дикий Запад. Можно, конечно, работать с орбиты, но я не представляю, сколько может стоить наем корабля такого класса.
— Карта, — задумчиво произнес тот, кто просил называть себя Гюнтером и стал водить пальцами по планшету, меняя масштаб и выделяя интересовавшие его куски. — Сколько всего будет силовиков?
— Я пойду одна. — Алиса мотнула головой. — Можно, конечно, организовать что-то вроде отвлечения, но не было бы хуже. Один человек, как мне кажется, имеет больше шансов.
— Если, конечно, он профессионал высокого уровня и полный отморозок. — Гюнтер кивнул, не отрываясь глазами от карты. — Сам взлом займет тем меньше времени, чем ближе к их центральному серверу ты воткнешь транслятор. Кроме того, если это будет подземелье, то придется как-то обеспечить прохождение сигнала.
— Пойду вот с этим. — Алиса достала из сумочки шарик размером с кулак ребенка и показала его Гюнтеру.
— Гиперволновой транслятор. — Перейдя на русский, он добавил: — Модель «Паук». — Ты понимаешь, что, если тебя возьмут вот с этим, тебе точно конец?
— А то если меня свинтят на территории комплекса, пожурят и отправят домой? — произнесла Алиса тоже по-русски и рассмеялась. — И сними наконец свою маску, Седой. Она уже возле глаз отслаиваться начала.

Французская директория Альянса. Париж, 5-й округ. Центральный узел системы ISMC «Шейп», старший оператор Ахмад Робинсон 

— Сэр, мы потеряли ее. — Ахмад откинулся в кресле и пробежал глазами по основному экрану, где отображался процесс поиска и фильтрации косвенных данных. Он не хотел говорить приехавшему из самого Лондона, что интересовавший его объект был подхвачен на выходе из аэропорта совершенно случайно, так как система не смогла опознать женщину европейской внешности, появившуюся в здании аэровокзала из ниоткуда. Система интеллектуального контроля движения, переведенная в «тревожный» режим, сразу подала сигнал, и женщину взяли на контроль и вели до самого района Одеон, где и потеряли.
Ахмад очень хорошо помнил волну террористических актов, прокатившуюся по всей континентальной Европе в прошлом году, и его не нужно было уговаривать. Работал он на совесть. Но все было тщетно. Ни параметры фигуры, походки или анализ речевых формант не показывал никаких зацепок. Человек зашел в многоквартирный дом и словно растворился. Можно было, конечно, поставить на контроль всех, кто выходил из дома в течение трех-четырех часов, но даже суперкомпьютеры, обладавшие фантастической производительностью в десять зетафлопс, не могли сотворить чудо. Тем более что агент могла запросто спуститься в подземелье, снова поменять внешность и выйти в другом квартале через технический коридор, соединявшей все подземные сооружения Парижа.
— Черт! Надо было брать эту сучку в аэропорту, — устало ругнулся офицер и задумался, глядя на основной экран.
Ахмад, который видел своими глазами, как зажатый под мостом боевик террористической организации «Черный сентябрь» положил не менее двадцати копов, пока его не пристрелил снайпер, имел на этот счет свое мнение, но конечно же благоразумно промолчал.

Алиса с Седым договорились обо всех аспектах будущей операции и покинули уютный отель, разойдясь в разные стороны, для того чтобы встретиться через неделю на территории одного частного космопорта в Юго-Восточной Азии. Небольшой корабль, бывший когда-то фрегатом противоракетной обороны ЕАА, недавно был модернизирован на частной верфи и вполне мог претендовать на почетное звание корабля в расцвете сил. Аренда такого транспортного средства стоила Алисе недешево, но Седой сумел убедить ее в необходимости данного шага. Вся команда инфров так и останется на борту, пока она будет находиться на планете. От помощи силовиков она отказалась принципиально, полагая, что те будут только мешать, а вот от предложенного им снаряжения была в полном восторге. Новенький бронекомбинезон с мембранной системой очистки воздуха, встроенным экзоскелетом и батареями на пять суток автономности плюс ручное оружие российского образца и даже совсем редкая на черном рынке сверхкомпактная тактическая мина.
Но двигало ей вовсе не желание получить информацию. Конечно, если все получится, то будет очень даже неплохо. После взлома вся информация должна была уйти на адрес Генштаба Министерства обороны России. Но Алисе прежде всего хотелось рассчитаться с теми, кто устроил ей этот кровавый цирк с дублированием тела и последующими событиями. При этом конечно же не вмешивая в это дело семью и собственную страну. При этом мысль, что она, возможно, погибнет, не доставляла ей никакого дискомфорта, а наоборот, добавляла здоровой спортивной злости и желания напоследок хлопнуть дверью погромче.

Высаживалась она на грузовом челноке, который, пройдя в окно между спутниками, снизился на минимальную высоту и пошел между скалами на бреющем полете. Через двести километров Алиса дернула спусковой рычаг, и контейнер со снаряжением провалился вниз. Проконтролировав визуально, что парашюты вышли, Алиса десантировалась следом.
Проводив взглядом уходящий вдаль катер, чуть подработала маневровыми гравитронами, скорректировав траекторию снижения так, чтобы опуститься как можно ближе к контейнеру.
Спружинив на недовольно скрипнувшем песке, сорвала дыхательную маску и глубоко вдохнула запах нового мира. Вихрь незнакомых ароматов чуть вскружил голову, но, резко встряхнувшись, она словно сбросила морок и поспешила к стоявшему неподалеку грузу.
Стандартный сорокафутовый контейнер раскрылся, как только Алиса нажала кнопку электронного ключа. Негромко хлопнувшие пиропатроны отстрелили крепеж боковой створки, и девушка заглянула в пахнущий маслом и металлом полумрак.
Во весь размер контейнера располагалась трехосная шестиколесная «багги» на компактном реакторе с запасом хода десять тысяч километров. Но ей столько и не нужно. До поселка старателей всего двести километров, а до исследовательского центра еще триста. А оттуда ее или подберут наемники, или она останется в этой каменистой пустыне навсегда.

Все оборудование и снаряжение уже было заботливо упаковано в багажные отсеки машины, и ей осталось лишь надеть разгрузку, поставить оружие на боевой взвод и опустить забрало шлема.
Мягко тронувшись с места, Алиса вывернула руль и бодро покатила по каньону, дно которого устилал крупный кварцевый песок желтого цвета. Уже через пару километров от его сверкания заболели глаза, и пришлось включить светофильтры. «Багги» отлично держал дорогу, и совсем скоро она разогналась почти до ста пятидесяти километров в час, не забывая поглядывать на карту, которую сделали с орбиты перед самой ее высадкой. Над планетой уже крутилось около полусотни навигационных спутников, так что приемник на стандартной частоте давал координаты с вполне достаточной точностью.
Через полтора часа она проскочила мимо громады горно-металлургического комплекса, успевшего загадить территорию на пару километров вокруг, и въехала в поселок.
Сборные щитовые дома стояли по размеченным улицам, а на главной площади уже заканчивалось строительство каменного строения, видимо, будущей мэрии. А напротив находился центр общественной жизни поселка — кабак с пристроенным рядом публичным домом.
Приткнув «багги» к обочине, Алиса вышла из машины и, размяв ноги, решила зайти в салун промочить горло.

Высокую стройную девушку в обтягивающем бронекомбинезоне заметили сразу и, нисколько не смущаясь видом разгрузки и оружия, которым она была увешана, проявили интерес, который выразился в свисте и соответствующих высказываниях.
Алису же это не трогало совершенно. Подойдя к стойке, она спросила большой стакан апельсинового сока со льдом и задумчиво огляделась. Интерьер а-ля Дикий Запад и вполне аутентичные рожи местной публики не впечатляли совершенно. Возможно, какому-нибудь ценителю старины это и понравилось бы, но она была совершенно не из таких, а всем интерьерам предпочитала хай-тек.
— И что это за краля забралась так далеко от папиков и кадиллаков?
Присевший на стул рядом с ней мужчина был огромен, словно медведь гризли, и от него пахло каким-то терпким травяным ароматом, что сразу понравилось Алисе.
— Дела, — коротко ответила она и улыбнулась.
— А может, ну его, дела. — Мужчина улыбнулся в ответ. — А я покажу тут такие места, клянусь, что ты и во сне такое не увидишь. — Его огромная ладонь раскрылась, и на ней сверкнул отшлифованными гранями крупный желтый бриллиант, сверкавший, словно маленькое солнышко.
— Я всякое видала. — Алиса усмехнулась. — А такое ты видал? — Она достала обойму и, выщелкнув патрон, резким движением закрутила его, словно волчок, на стойке. Стоя на пуле, патрон, вращавшийся с большой скоростью, выглядел так, словно законы гравитации на него не действовали. — Это раз. — Она, не прекращая улыбаться, резко ударила сверху с такой силой, что патрон взорвался с резким хлопком. — Это два. — Она разжала пальцы и на ладони показала смятый развалившийся патрон и пулю. — А это три. — Обернувшись к бармену, она виновато улыбнулась: — Сколько с меня за испорченную стойку?
— Стойка — фигня. — Сутулый жилистый бармен пораженно махнул рукой с зажатым в ней полотенцем. — Сколько с меня за представление?
— Ты это… — Здоровяк задумчиво почесал в затылке. — Если чо нужно будет, найди меня. Влада тут все знают.
— Добро. — Алиса щелчком отправила в сторону бармена серебряную монетку и, не дожидаясь сдачи, пошла к выходу.
— Думаешь, в Чертову дыру собралась? — Бармен проводил Алису взглядом и посмотрел в окно на стоявший рядом «багги».
— А куда же еще? — Влад пожал широченными плечами. — Нет у нас в округе ничего интересного, кроме нашего рудника да Чертовой дыры.
— Чего же не предупредил?
— А смысл? — Влад качнул головой. — Ты ее глаза видел? Такая ни за что не повернет, даже если нужно будет вломиться в преисподнюю. Но я тебе так скажу, если кто и наведет там шороху и отомстит за наших ребят, так только такой вот человек, как эта бешеная девка.

Вокруг «багги» уже собралась толпа любопытных, что, впрочем, и неудивительно: машина была довольно редкой и в новостях еще не успела примелькаться.
Не обращая внимания на людей, Алиса забралась внутрь и, предупреждающе мигнув фарами, двинулась вперед.
Солнце уже висело над горизонтом, и дорогу расчертили резкие желто-красные тени. Машину ощутимо потряхивало на крупных камнях, но лепестковые покрышки и длинноходовая подвеска успешно гасили все колебания, так что путешествие было довольно комфортным.
Остановившись в паре километров от границы охраняемой зоны, Алиса отстегнула один из грузовых контейнеров и, взобравшись на ближайшую скалу, посмотрела вперед.
Ничем не примечательные сооружения купольного типа в количестве шести штук стояли, разбросанные вокруг естественного оазиса, с небольшим озером и островками тропической зелени. Видимо, персонал центра использовал это место как парк, потому что были видны фонари и скамейки вдоль мощеных дорожек.
Чуть поодаль располагалась скала, от которой начинался гигантский горный массив, заполнявший весь горизонт. Там и была система пещер, в которой, по информации вездесущей Инфострады, велись основные работы биоцентра.
Глядя на место, о котором она ранее даже не слышала, Алиса убеждалась в правильности принятого решения. Окруженное по периметру минными полями, двумя рядами забора с колючей проволокой и башенками турельных пулеметов, место ничем не напоминало исследовательский центр, а было похоже на военную базу. Даже взлетно-посадочная полоса для орбитальных ботов была оборудована по военному стандарту АПТО.
Осмотрев все еще раз, она начала устанавливать оборудование.
Когда последний блок был подключен, а антенна раскрыта, сразу же прошел сигнал с орбиты и сканирование охранной сети.
Алиса слезла со скалы и, найдя на ощупь флягу, сделала большой глоток, присела на подножку «багги» и прикрыла глаза.
Негромко пикнула радиостанция и голосом Ким произнесла:
— Сканирование завершено. Стыки, типы систем и контрольные точки сброшены на тактическую карту. До шторма двадцать семь минут. Поторопись, подруга.
— Принято.
Алиса кивнула больше самой себе и, закатив «багги» под скальный навес, накрыла его специальной тканью, делавшей транспортное средство похожим на кусок скалы, которых вокруг было великое множество. Тяжелый рюкзак со спецснаряжением удобно лег на плечи, и, шелестя приводами экзоскелета, она бодро потрусила вперед.
Шторм — мощная солнечная буря, регулярно случавшаяся в этой системе, — был одной из причин, по которой корабль неделю провисел в дрейфе, дожидаясь удачного стечения обстоятельств. В такое время не действовала эфирная связь, за исключением особо мощных направленных передатчиков и гиперволновой связи, а охранные системы, пусть и защищенные всеми мыслимыми способами, постоянно давали сбои.
К периметру она подошла, когда буря уже разыгралась вовсю, а от металлических столбов, на которых была натянута сигнальная сетка, заметно искрило. Кроме того, поднялась и вполне обычная песчаная буря, так что видимость сократилась до нескольких метров.
Дав короткий импульс на пояс-антиграв, Алиса, чуть не унесенная в сторону неожиданным порывом ветра, перемахнула через забор и преодолела полосу нажимных датчиков, оказавшись во внутреннем пространстве, между двумя оградами.
Охрана здесь стояла более сложная, поэтому ей пришлось повозиться, чтобы тревога поднялась как можно позже.
Вход в главный корпус ее не интересовал, так же как и в хозяйственный блок. Идти она решила через главный энергоузел, тем более что там было несколько неотложных дел.
Дверь в реакторный зал, как и ожидалось, внушала уважение своей монументальностью. Ультразвуковой датчик что-то пискнул про металл толщиной более тридцати сантиметров и испуганно затих, тоже, видимо, впечатленный.
Но Алисе было не до восторгов. Едва стоя на ногах от резких порывов ветра, она проверила заодно петли и стену рядом и удовлетворенно хмыкнула. Рюкзак сильно полегчал, когда десяток зарядов направленного взрыва описали почти точный круг на стене. Еще два десятка мин меньшей мощности были разбросаны вокруг, на тот совсем не гипотетический случай, если противодиверсионная группа решит пойти за ней следом.
Укрывшись за чуть выступающим тамбуром входного шлюза, она нажала кнопку взрывателя, и здание сильно тряхнуло. Фонтан из бетона и остатков арматуры брызнул в разные стороны, а Алиса уже лезла в отверстие, за которым, как и предполагалось, была комната, где переодевался личный состав охраны и дежурная смена операторов.
Сейчас в помещении был некоторый беспорядок. Осторожно ступая по смятым, словно жестяные банки, шкафчикам и разбросанным вещам, она бросила взгляд на дверь, за которой, как она полагала, был технический коридор, заканчивавшийся операторской. Вряд ли инженеры компании будут вносить изменения в типовой проект энергоузла, уже хорошо зарекомендовавшего себя на многих планетах.
Аккуратно насадив на ствол надкалиберную гранату, переключила автомат в режим холостого выстрела и, упершись спиной в стену, чтобы не унесло отдачей, нажала на спуск.
Тандемный боеприпас, разделившись в воздухе, сначала пробил дверь, а потом влетевшая в коридор осколочная часть взорвалась, превратив солдат заслона в истекающее кровью мясо.
Еще один заряд на дверь, и сорванный с петель стальной лист падает на пол.
Кто-то еще стонал, пытаясь заткнуть рваные раны, но Алиса уже шла вперед, осматривая пространство перед собой поверх прицельной планки.
Все двери, ведущие в коридор, она заклинивала с помощью небольших термитных зарядов, обеспечивая себе спокойный тыл, а вход в операторскую взломала простым вышибным зарядом.
Два оператора, лежавшие под столами, лишь смотрели круглыми от ужаса глазами на Алису, начисто игнорируя все попытки наладить конструктивный диалог, включая массаж ребер сапогом и стрельбу в потолок.
Наконец с помощью подручных средств ей удалось преодолеть отчуждение и замкнутость сотрудников компании, и те, зажимая ладонями кровоточащие раны, начали остановку реактора. На прощание Алиса прошлась длинной очередью по пультам и приборам и, бросив на пол перед операторами перевязочный пакет, вышла.
Из энергоузла в главный корпус вел небольшой тоннель, по которому и был проложен кабель. Буря разыгралась уже всерьез, и даже в узком подземном проходе гулял ветер, несущий тонкую, словно пудра, пыль.

Дежурный оператор систем безопасности уже оповестил о вторжении и своего начальника, и, как того требовала инструкция, руководителя Центра — профессора Нигла. Сейчас оба начальника, стоя за спиной оператора, ругались вполголоса, перекладывая ответственность друг на друга.
Дело в том, что, по требованиям секретности, весь персонал был сокращен до минимума, а охрана осуществлялась в основном роботами и стационарными турелями. Но отчего-то никто не предположил, что злоумышленник первым делом уничтожит основной энергоузел, да еще и пойдет в шторм, когда большинство внешних систем просто не работает.
Наконец начальник СБ продавил авторитетом свое решение, и к тоннелю, соединявшему реакторный купол и основное здание, начали подтягиваться охранники и несколько тяжелых боевых роботов, а остальные, кому повезло не напороться на мину и не потерять конечности при попытке прорыва в реакторную, начали занимать позиции на лестнице, ведущей в лабораторный комплекс.

— Движение охраны впереди, — коротко прошелестел голос в наушнике, и Алиса остановилась, чтобы достать из рюкзака пенал, а из пенала — еще одну реактивную гранату, на этот раз с двумя черными кольцами, что означало осколочную боевую часть безо всяких изысков, типа бронебойной головки.
Сильно лягнув в плечо, граната унеслась вперед и взорвалась с такой силой, что часть осколков, отрикошетив от стен, влетела в коридор и с визгом пролетела у Алисы над головой.
Рывком преодолев последний десяток метров, она вбросила в комнату крошечного дрона с видеокамерой, но там все было уже тихо за исключением горящих роботов, шкворчавших, словно сало на сковородке, и неаппетитно дымивших горелой изоляцией.
Следуя программе, дрон сразу же полетел в сторону перекошенной взрывом двери и, продолжая транслировать картинку и свои координаты, двинулся по коридору. Алиса запустила еще два десятка дронов, и карта, выглядевшая, словно размытое пятно, стала быстро заполняться информацией. Крошечные, размером всего с горошинку, летающие роботы легко пролезали во все щели и даже при отсутствии связи могли, собрав информацию, вернуться к той точке, откуда связь была возможна.
Опираясь на данные анализа тактического компьютера, она пробила взрывчаткой одну из стен и оказалась в лабораторном блоке, минуя все заслоны и противоштурмовые установки.
Первая же лаборатория, которую посетила Алиса, была пуста, хотя кресло еще хранило тепло человеческого тела, а оборудование работало. Шарик транслятора прилепился к задней стенке компьютера и сразу же начал проращивать усики контактов, перехватывая управление.
— Есть контакт! — Оператор подтвердил голосом то, что Алиса и так видела на лицевом стекле-экране. Информация пошла на орбиту, где ее уже будут анализировать и по возможности дешифровать, а отдельные люди, воспользовавшись открытым каналом, будут пытаться взломать общую систему безопасности центра.
Еще в двух лабораториях Алиса посадила трансляторы на лабораторные компьютеры и вдруг остановилась.
— Ну я и дура!
— Ты чего? — Оператор на орбите, казалось, взволновалась не на шутку.
— Да люди только что ушли, а дроны никого не засекли. Значит, где-то есть путь аварийной эвакуации. Типа черного хода.
— Логично. — Ким помедлила. — Только что это тебе дает?
— Да хочу я пообщаться с кем-нибудь, а попадаются одни солдафоны. — Разговаривая, Алиса внимательно осматривала помещение и видела для аварийной эвакуации только один путь, который, правда, заканчивался такой же стеновой панелью.

Расположенные зигзагом заряды негромко хлопнули, и смятую взрывом стальную пластину буквально вбило в расположенный за стеной коридор.
Пройдя полутемным проходом, она натолкнулась на отсекающую перегородку, которая не сработала, заклинив на направляющих, и, протиснувшись в оставленную щель, попала в небольшую комнату, откуда была одна-единственная дверь.
Прочностью дверь не отличалась, так как это была просто герметичная заслонка. Одного заряда хватило, чтобы дверь распахнулась, и, прижавшись щекой к прикладу, Алиса шагнула вперед, чтобы тут же остановиться, натолкнувшись на расширенные от ужаса глаза полутора десятков человек в лабораторных халатах.
— Ну, привет, пробирки. — Алиса чуть опустила ствол, продолжая внимательно контролировать людей. — Объявляется конкурс на самого умного и словоохотливого. Победитель получает приз — долгую и счастливую жизнь. Проигравшие — длинную и болезненную смерть. Начнем с тебя. — Она кивнула полноватому мужчине с залысинами, стоявшему в первом ряду. — Имя, должность, чем занимаешься.
Она забросила автомат за спину и вытащила пистолет.
— Да я сейчас…
Шорох — «сорок четвертый» деликатно клацнул затвором, и мужчина, получивший пулю в ногу, открыл рот, собираясь заорать от боли, когда ствол вошел ему в рот.
— Еще звук без команды, и твои коллеги будут проклинать тебя за запачканную мозгами и кровью одежду. — Это понятно?
Захлебнувшийся собственным криком мужчина всем видом выразил согласие и готовность к сотрудничеству, чуть заметно кивнув.
— Итак, продолжаем разговор. — Алиса недовольно поморщилась, слушая всхлипы человека, который пытался наложить жгут на ногу, и ткнула в следующего. — Теперь ты. Давай сюда поближе и шепотом, слышишь? Шепотом расскажешь, кто здесь и чем занимается.
— Вон те трое, где длинный и две лаборантки, — лаборатория высоких энергий. Они занимаются всей высокочастотной частью эксперимента…
Мужчина в распахнутом на груди халате, из-под которого была видна несвежая клетчатая рубаха, чуть привстав на носки, нашептывал на ухо Алисе все, что знал. И знал он немало, потому что ей повезло допросить первым простого разнорабочего, который разносил по кабинетам материалы, убирал мусор и вообще был вхож практически везде.
— А вот та рыжая и двое мужиков, Алекс и Сэм слева, они командуют всей вычислительной частью. Датчики там и прочее. Они ведут все расчеты и прочее. А вот те трое лысых, они как бы научные руководители, но сами ничего не решают. Профессора и такое прочее, но их никто не слушает. Слушают лишь профессора Сирина. Он у нас главный. Но его здесь нет. Он, наверное, на втором уровне в бункере безопасности.
— А как думаешь, чем они тут вообще занимались? — Алиса с интересом посмотрела на мужчину.
Несмотря на крошечную должность, тот оказался совсем не дураком и, несмотря на ограниченный лексикон, плохо выраженную мимику и другие признаки слабо развитого интеллекта, явно был не тем, за кого себя выдавал.
— Я думаю, они машину времени строят. Профессор Нигл здесь всем командует. — Лаборант сделал вид, что задумался, и переступил с ноги на ногу, чуть отодвинувшись от Алисы, медленно разворачиваясь и двигая рукой куда-то за спину, но, в принципе готовая и к такому повороту событий, она коротко ткнула пистолетным стволом в подбородок, и мужчина без звука стек на пол.
— И что тут у нас? — Она коленом перевернула тело на живот и, рванув халат, увидела небольшой «Глок-210» во внутренней поясной кобуре. — Алиса достала ствол и подняла голову, глядя на ученых. — Двадцать пять патронов в обойме, плюс запасная. Видимо, штатный ликвидатор. Хватило бы на всех. Ну так расскажет мне кто-нибудь правду, или придется пытать всех по очереди?
— Расскажет, — прозвучал голос из-за дверей. — Разрядите свои мины и пропустите меня. Я руководитель этого объекта.
— Профессор Нигл? — громко произнесла Алиса и хмыкнула. — Оставьте все металлические предметы и проходите. Мины реагируют только на вооруженного человека.
Через минуту в комнату вошел пожилой, но еще вполне крепкий мужчина в сером костюме классического кроя и коричневых мягких туфлях. Недовольно посмотрев на раненого, он перевел взгляд на виновницу переполоха.
— Отпустите моих людей, и я отвечу на все ваши вопросы.
— Благодетель. — Алиса фыркнула, словно кошка. — Нальешь мне в уши отработанной смазки, и, пока я буду выковыривать ее, твои костоломы попробуют меня прижучить. — Нет, так дело не пойдет. Хочу экскурсию по вашему заведению и непременно в сопровождении начальника службы безопасности.
— Боюсь, он не согласится. — Профессор покачал головой.
— Даже когда увидит это? — Алиса с ухмылкой протянула руку за спину и вытащила из специального кармана в рюкзаке серый металлический цилиндр длиной тридцать сантиметров и около пятнадцати сантиметров толщиной. — Тактический заряд. В тротиловом эквиваленте — три килотонны. Это, конечно, немного, но вполне достаточно, чтобы здесь, на объекте, не выжили даже микробы.
— Но вы же сами погибнете? — Мгновенно вспотевший профессор куда-то растерял весь свой лоск и вальяжность и смотрел, не отрываясь, на заряд, машинально пытаясь нащупать платок в кармане брюк.
— Да я с удовольствием всех вас в ад отправлю, а если чудом каким воскресну, то еще раз уничтожу это место, чтобы и памяти о вас не осталось. — Алиса рассмеялась странным каркающим голосом, и впечатленный до самой селезенки профессор с ужасом, переходящим в тихую панику, увидел холодное безумие, плескавшееся в глазах этой странной девушки.
— Мистер Джеймсон? — произнес Нигл, не отрывая прикипевшего взгляда от Алисы, и через несколько секунд в комнате нарисовался еще один персонаж.
Мужчина лет сорока на вид, высокий, костистый, с длинными, словно у гориллы, руками и мягкой походкой борца. Серо-голубой камуфляж на нем выглядел так же естественно, как пятна на гепарде, а тяжелый взгляд черных глаз не предвещал ничего хорошего.
— Покажите, пожалуйста, верхний торец устройства, мисс. — Мужчина кивнул, увидев маркировку и огонек взведенного детонатора, мигающий в ритме биения сердца Алисы.
— Пойдемте. — Он шагнул вперед и кивнул, приглашая вслед за собой. — Вы получите свои ответы, но не гарантирую, что они вам понравятся.

Сначала они долго шли по коридору, едва освещенному лампами аварийного света, а потом попали в небольшой тамбур, откуда, опустившись на лифте на несколько уровней, прошли в высокий зал естественного происхождения. Только сейчас, оценив масштаб комплекса, Алиса поняла, как ей повезло прижать профессора, потому что бродить в одиночку по такому сооружению можно было очень долго. Но более всего девушку смущало то, как легко ее провели в святая святых Центра. Поэтому она демонстративно перевела взрыватель на мине в особый режим и, не глядя на потеющего от страха начальника безопасности, принялась рассматривать помещение.
Потолок пещеры из-за тусклых фонарей терялся в полумраке, но центральная площадка с невысоким постаментом была неплохо освещена.
— И что тут у вас?
— А у нас, — профессор насмешливо выделил слово «нас», — мисс, артефакт чужой цивилизации. Можете подойти. Он в углублении платформы.
Сев на своего любимого «конька», профессор вещал, словно с кафедры, и явно нравился самому себе.
— Просто плитка из неизвестного науке материала, который и металл, и керамика, и сложнейшее устройство одновременно. Мы как-то попытались просканировать его с помощью рентгеновского аппарата, так устройство мгновенно стало непрозрачным, видимо, защитившись таким образом от излучения.
— И что же делает такое замечательное устройство? — Алиса подошла ближе и, чуть наклонившись, посмотрела на серый прямоугольник артефакта, лежавший в углублении внешне монолитной стальной плиты. Небольшой, размером с лист формата А4, с глубокой матовой поверхностью и едва видимой строчкой мелких углублений слева, вдоль длинной стороны. С боков платформы находились выемки, видимо, под пальцы, чтобы можно было извлечь его из гнезда.
— Я уверен, что мы пока не знаем и сотой части его возможностей, — продолжал вещать профессор Нигл. — Сначала мы предполагали, что он фиксирует сигма-поле человека, потом установили, что в некоторых случаях артефакт пробуждает это поле, усиливая его иногда в несколько раз, а вот в случае с вами произошло нечто совсем невероятное. Собственное сигма-поле у вас довольно большое. Можно сказать, даже аномально сильное. Но, как мы надеялись, вы не смогли активировать артефакт полностью, а произошло лишь небольшое световое шоу, чем собственно все и закончилось.
— Не совсем. — Девушка рассмеялась, но в глазах ее светилось пламя. — Одна осталась в палате госпиталя, а вторая, накачанная до бровей наркотой, переместилась довольно далеко и как есть попала в цепкие лапы одной банды. Жаль, что вас там не было, профессор. — Она подошла ближе и, ухватив твердыми, словно деревяшки, пальцами за отвороты пиджака, чуть приподняла мужчину над полом. — Они такие затейники.
— Но мы и предполагать не могли…
— Да о чем вы вообще думали, когда решились лезть своими липкими пальцами в инопланетное устройство! — Алиса почти орала, глядя в лицо стремительно бледнеющего Нигла. — А если бы оттуда повалили разные инопланетные твари? Макранский тигр разрывает десантника в боевом экзоскелете одним движением, а их там сотни тысяч, если не миллионы особей. Тот же красный шипострел способен метнуть иглу на пятьдесят метров, а иглы эти пробивают миллиметровый лист стали и пропитаны ядом, от которого нет спасения. Вы этого хотели? Идиоты, прости господи! Откуда такие придурки только берутся! — Алиса наконец поставила профессора на ноги и в полном расстройстве присела на постамент.
— Мы не придурки! — визгливо крикнул профессор и гордо поднял голову, затем зачем-то посмотрел на начальника СБ. — Ученые двигают человечество вперед и прокладывают новые пути познания.
— А десантники расхлебывают результаты. — Алиса кивнула и на секунду потеряла Джеймсона из виду, что позволило тому сделать шаг в сторону пульта управления и нажать несколько кнопок.
Сразу же Алису охватило неяркое сияние, словно укутав бледно-фиолетовым прозрачным одеялом. Она попыталась вскинуть оружие, но тело, словно зажатое в тиски, отказывалось повиноваться. Глядя на лихорадочную суету профессора у приборов, она понимала, что ничего хорошего после того, что она здесь устроила, ей ждать не приходится, и прилагала все силы, чтобы сдвинуться хоть чуть-чуть, но все было тщетно. К тому же по телу уже начали пробегать сполохи, словно она находилась под высоким напряжением.
— Медленно идет! — Джеймсон недовольно покачал головой. — Аккумуляторы еще не набрали энергии на прыжок. Еще секунд тридцать.
— Можем не удержать. — Профессор покачал головой, не отрывая взгляд от приборной панели. — Поле фиксации на пределе. Эта чертова девка сильна, словно чемпион по реслингу.
Услышав последнюю реплику, Алиса собралась и, отсчитав в голове двадцать секунд, рванулась изо всех сил, выпрямляя ноги и изгибая спину, чтобы перекатиться за постамент, но сил хватило только на то, чтобы, взломав поле фиксации, упасть на спину.
— Включай! — раненым буйволом заревел профессор, видя, что рука Алисы легла на артефакт и пальцы сжались так, что край серебристой плиты уже приподнялся из углубления.
Голубое сияние на мгновение окутало платформу, и, когда оно погасло, там уже не было ничего.
— Странно. — Джеймсон покачал головой и коснулся пальцами нескольких пиктограмм. — У меня падения на накопителях не произошло. За счет чего же она тогда перенеслась? — Он поднял взгляд на профессора, но тот почему-то стоял с выпученными глазами и тонкой струйкой слюны, стекающей по подбородку.
— Что с вами, Нигл?
— Мэ-э-э… — Профессор протянул руку, и, проследив взглядом направление, начальник безопасности увидел цилиндр тактического заряда, который выпал из рук Алисы в тот момент, когда она опрокинулась на спину.
— Вот дерьмо!
Не получая сигнала отмены взрыва, электроника отсчитала положенные десять секунд, и яркая вспышка поглотила весь исследовательский центр, а потом выплеснулась наружу фонтаном камней и раскаленных газов, похоронивших наземные сооружения и даже взлетную полосу.

Глава 6

Лучший туризм — это вторжение.
Исполнительный директор восточного филиала «Blackwater», полковник в отставке Тим Ринеган

Программа «Мир путешествий», 11 марта 2099 года 
Известный с давних пор термин «внеземелье» лишь относительно недавно обрел свое истинное наполнение. Более десятка разведанных миров и около тридцати в состоянии исследуемых — вот настоящее внеземелье, о котором так долго мечтало человечество. И хотя жизнь почти на всех планетах была найдена, но собратьев по разуму мы так и не встретили. Поклонники теорий заговора всех мастей рассуждают об артефактах иных цивилизаций, вывозимых в закрытых контейнерах, оживились разговоры о таинственных организациях, закрывающих для человечества передовые знания, но достоверно ничего не известно.
А тем временем продолжается экспансия человечества, правда, не такая бурная, как предполагалось в книгах писателей-фантастов и футурологов. Связано это прежде всего с тем, что стоимость корабля с гипердвигателем и эксплуатационные расходы фантастически велики, а стало быть, такой корабль по карману лишь развитым государствам, крупным корпорациям и сверхбогатым людям, которые и на Земле устроены неплохо. Но все же рудная индустрия, производство экологически вредных компонентов и биологические центры потихоньку устремляются во внеземелье. Уже известны крупные металлургические и химико-технологические кластеры ряда ведущих корпораций и несколько десятков проектов, предполагающих развитие производства на только что освоенных планетах. Процесс освоения подстегивается тем, что на других планетах обнаружено много новых минералов с уникальными свойствами и биологических структур, обещающих переворот в современной науке.
Туристические агентства предлагают богатый выбор путешествий по открытым мирам. Здесь и обзорные экскурсии с посещениями мест отдыха, и сафари на экзотических животных, и даже участие в военных операциях по зачистке колонизируемых планет.

Москва, Кремль 

— Присаживайтесь, Дмитрий Николаевич. — Глава государства, высокий, подтянутый мужчина средних лет, кивнул на кресло напротив рабочего стола и, отложив бумаги, которые держал в руках, прижал пальцем пиктограмму вызова адъютанта. — Петр Игнатьич, распорядитесь, пожалуйста, насчет чая. — Он перевел взгляд на адмирала. — Или все-таки чего покрепче?
— Нет, Николай Сергеевич. — Рокотов качнул головой и улыбнулся. — Лучше чаю.
Кивнув адъютанту, президент перевел взгляд на начальника генштаба и, заметив в его руках папку с документами, произнес:
— Докладывайте.
— Некоторое время назад наши разведывательные органы заметили суету вокруг Ливерморской лаборатории и резкое увеличение штата, причем энергопотребление выросло незначительно. Проведенными мероприятиями было выяснено, что американцы начали исследования омега-феномена, который называют у себя «сигма», а степень владения, соответственно, «сигма-фактором». На сегодня ими подготовлено около пяти тысяч операторов второго-третьего уровней, пятьсот операторов четвертого и около пятидесяти пятого уровня, что уже представляет определенную опасность, так как на этом уровне возможно управление погодными явлениями в режиме реального времени и нанесение по средствам связи мощных ударов, сравнимых с единичной установкой РЭБ Пелена. Кроме того, стало известно о ведущейся работе по подготовке плана нападения на Россию с применением сигма-операторов. Предполагается, что, заброшенные заранее на нашу территорию, они выведут из строя системы ВКО и командные пункты, а также крупные энергоузлы. План находится в стадии подготовки и согласования, но конечная дата нанесения удара назначена на первое мая 2101 года. Связано это с тем, что сейчас идет накопление и обучение сигма-операторов, и командование Альянса надеется довести их суммарное количество до десяти тысяч человек, включая двести операторов шестого уровня.
— А откуда у них такие технологии, выяснили? — хмуро поинтересовался президент.
— Выяснили. — Адмирал кивнул. — При проведении инженерных работ на планете Сета был вскрыт объект инопланетного происхождения, предположительно могильник или убежище. Несмотря на то что все участники той операции были зачищены, нашим специалистам удалось восстановить картину происшедшего. В руки спецкомиссии Министерства обороны Альянса попало пять артефактов, из которых три представляют собой пластинки с текстом, один артефакт предмет сложной формы — возможно, художественное изделие. Еще один — пластина из серого материала квадратной формы, двадцать на двадцать сантиметров, толщиной шесть сантиметров, с шестью контактами на нижней плоскости. Экспериментальным путем было выяснено, что при касании пластины рукой у человека активизируются биоэнергетические возможности. Таким образом, они получили возможность инициализировать большое количество потенциальных сигма-операторов и начать их обучение. Тут они двигаются путем проб и ошибок, иногда фатальных для операторов, но все пробы и эксперименты документируются, так что они продвигаются довольно быстро. Причем, в отличие от нас, они имеют возможность сразу инициировать операторов как специалистов в определенной области, в качестве каковой они выбрали уничтожение электроники и подавление радиосигналов. Специальность, конечно, очень узкая, но, учитывая количество электроники на поле боя, довольно удачная. Фактически все прицельно-навигационные и коммуникационные комплексы, а также тактические сети будут подавлены в одностороннем порядке, что сразу дает им значительное преимущество.
— А что произошло с капитаном Рокотовой, выяснили?
— Предположительно. — Адмирал вздохнул. — Аналитики полагают, что все дело в нештатном срабатывании этого артефакта. Елена-вторая, кстати, она себя сейчас называет Алисой, оказалась в зоне анклава Казань Нижняя и через какое-то время прибилась к группе инфров. После взлома университетской сети бежала в Юго-Восточную Азию и сейчас находится в Джакарте. Таким образом, теперь у нас две Елены, что уже сейчас создает определенные трудности.
— Какие еще трудности? — Президент поднял брови. — Выпишите ей документы на любое имя, или вообще пусть будут два человека с одинаковыми именами и фамилиями, но разными номерами соцстрахования и армейского учета. И в первую очередь она не ваша внучка, а офицер нашей армии, который попал в эту ситуацию, в том числе и по нашей вине. А будете тянуть, я сам решу эту, как вы говорите, проблему. — Николай Сергеевич хлопнул ладонью по столу, словно отсекая все возможные споры на эту тему. — Самое щекотливое в этой ситуации то, что для нее придется фактически продублировать все награды, полученные до разделения. А там, кстати, и Иоанн Креститель от нашей Православной церкви. Так что разговор с патриархом на эту тему будет непростым. Лучше расскажите, что мы предпринимаем в связи со всеми этими сигма-омегами?
— Через агента Рози была получена некоторая техническая документация по проекту и принципы работы аппаратуры, которая могла фиксировать этот сигма-фактор. Соответствующая техника нами уже производится мелкими сериями и поступает в центры диспансеризации для первоначального отбора кандидатов, но у нас нет возможностей по инициации сигма-феномена, которые есть у Альянса, и пока идет накопление данных. Хотя с некоторыми особо выдающимися личностями уже работают специалисты сорок третьего учебного центра, где дислоцировано подразделение «Омега». На сегодняшний день у нас есть тридцать четыре оператора второго уровня, шестнадцать — третьего, и три оператора четвертого, хотя кадровый резерв превышает сто тысяч человек. Сейчас наши специалисты пытаются провести инициацию шестерых потенциальных операторов третьего уровня, и есть один, которому предрекают пятый. Специалисты говорят, что с ростом количества инициированных будет происходить ускорение процесса, а после достижения некоторой планки оно пойдет в самоподдерживающемся режиме, но полагаю до этого еще далеко. В качестве мер противодействия мы сейчас оснащаем все стратегические объекты датчиками омега-поля и налаживаем выпуск тридцатисемимиллиметровых орудий с высокой начальной скоростью снаряда. Своеобразные снайперские пушки. Снаряд может поражать цель на дистанции более пяти километров с разбросом не более двадцати сантиметров.
— Это как?
— Очень мощный заряд и ствол повышенной точности, — пояснил адмирал. — Готовили разработку к установке на космические корабли, но флот предпочел разгонные пушки из-за дешевизны снаряда. Там ведь у них вообще железные шарики. Стреляй — не хочу. Еще устанавливаем мишенные мины на всех точках потенциального появления диверсантов и усиливаем паспортно-пограничный контроль. Группы пограничников усилены нашими специалистами по противодиверсионной борьбе, а приграничные гарнизоны получили новые пакеты с действиями в особый период. Список дополнительных мероприятий изложен в меморандуме. — Адмирал вытащил из сафьяновой папки несколько листов бумаги и положил перед главой государства. — Кроме того, мне необходимо ваше разрешение для изъятия с ЦХБТ и складов госрезерва техники и оборудования по этому списку. — На стол ложится новый документ. — Здесь ламповые радиостанции и проводные телефоны.
— Занятно. — Президент пробежал глазами список. — Неужели у нас и такое есть?
— Вы не поверите, товарищ верховный главнокомандующий! — Адмирал усмехнулся. — Даже японских винтовок Арисака со времен Первой мировой несколько тысяч штук лежит. Новеньких, в смазке. Закрома Родины, они такие.

Бельгийская директория, Брюссель 

Директор департамента безопасности Норман Линдер выступал перед советом директоров Американо-европейского Альянса уже почти полтора часа, но усталости не было. Всему виной был небывалый эмоциональный подъем, который он испытывал в этот момент. Ощущение историчности события охватывало его целиком, заставляя глаза предательски увлажняться, но голос оставался таким же твердым.
Сегодня он представляет всей западной цивилизации решение вопроса, который стоял перед ней всю ее историю. И не было вопроса важнее, чем этот. Сколько крови было пролито, сколько величайших умов Запада бились над этой проблемой, но решение сумели выковать лишь ученые в конце двадцать первого века, и в век двадцать второй это грязное пятно на зеркале цивилизации под названием Россия будет наконец стерто и с лица земли, и из памяти потомков.
— …Несмотря на катастрофу, которая практически уничтожила исследовательский центр Латмор, полученные технологии позволяют нам уверенно прогнозировать успешное завершение операции «Пронзающая сталь». На сегодня подготовлено более пяти тысяч сигма-операторов первого уровня, три тысячи — второго, пятьсот — третьего и сто — четвертого. На пятом — предельном для человека уровне — всего двадцать операторов, но еще десять человек готовы перейти с четвертого на пятый. Кроме того, есть резерв из трех тысяч инициированных, но необученных сигма-операторов, проходящих первоначальный отбор, и около десяти тысяч потенциальных операторов. Войсковые учения, проведенные на полигонах Утикума (Канадская директория) и Редстоун (Североамериканская директория), показали высокую эффективность разработанных тактических схем и методик подавления военной активности в условиях городской встройки и на открытых пространствах. В ходе учений операторы первого уровня уверенно поражали электронику боевых машин на дистанции два километра и снижали точность автоматического наведения авиационных систем на дистанции десять километров, что позволяет использовать операторов первого уровня в качестве непосредственного прикрытия войск от авиаударов. Также в зоне действия сигма-операторов отключаются индивидуальные прицельно-навигационные комплексы, что полностью исключает прицельный огонь со стороны вражеских сил. Операторы второго уровня показали увеличенную по сравнению с первым уровнем дальность, на тридцать-сорок процентов, и высокую избирательность воздействия, что позволяет включать их в состав подразделений второй линии, обеспечивающих огневое прикрытие и не входящих в боевое соприкосновение с силами противника. Сигма-операторов третьего уровня наиболее эффективно использовать в качестве усиления средств РЭБ и РИБ, тактического звена, для разрушения линий связи противника и подавления их средств радиоэлектронной борьбы. Также их можно использовать для проведения диверсионных операций с целью выведения из строя крупных войсковых центров связи и средств радио- и телекоммуникаций. Четвертый уровень предполагается использовать для подавления электронных средств на максимальной дистанции в период первоначального развертывания войсковых соединений Альянса и подавления узлов связи, находящихся глубоко в тылу. Специалистов пятого уровня предполагается задействовать в качестве оперативного резерва и для уничтожения спутниковой группировки противника. Таким образом, противник, не имея электронных средств наведения и связи, будет лишен средств организованного сопротивления и уничтожен в короткие сроки. Объединенным комитетом начальников штабов подготовлен план под кодовым названием «Пронзающая сталь», предполагающий форсированное уничтожение вооруженных сил России и подавление выступлений повстанцев. Длительность операции — тридцать суток с момента начала. Длительность подготовительных мероприятий, включая развертывание подразделений «Сигма», — два месяца. Общая стоимость военной части операции — восемь триллионов талеров, включая затраты на утилизацию военной техники и биологического материала…
Когда доклад был окончен, глава Чешской директории Войцех Дупек вопросительно поднял голову на докладчика.
— Простите, директор Линдер… — Он помолчал, словно подбирая слова, а потом решительно вскинул голову. — Вы даете стопроцентную гарантию успеха операции?
— Что именно вас беспокоит, директор Дупек? — С улыбкой перехватил вопрос глава Североамериканского директората Питер Форд.
— Беспокоит? Ну, наверное, можно сказать и так… — Войцех невесело улыбнулся и кивнул. — Меня беспокоит то, что в результате всех войн полигоном для сражающихся армий становилась именно Восточная Европа.
— Вам не о чем волноваться. — Директор Североамериканского директората мягко улыбнулся. — Планы по сбору сельхозпродукции и поставке рабочих ресурсов будут скорректированы в соответствии с ситуацией. Никто не будет заставлять вас делать невозможное.
— Нет, меня не беспокоят планы закупок. — Дупек печально покачал головой. — Меня беспокоит то, что следующий план будут верстать не в Брюсселе или Париже, а в Москве.
— Абсолютно исключено. — Линдер покачал головой. — Уничтожение электроники парализует их армию и сведет практически в каменный век. Солдат, не имеющий перед собой карты, связи с беспилотниками и без помощи тактического компьютера… Это даже не смешно.

Планета Россь. База отдельного десантно-штурмового батальона сто второй гвардейской бригады сил специального назначения. 
Форт Трех Ветров 

Короткая вспышка перед глазами, и хоровод фосфенов на несколько секунд лишил Алису зрения, а когда она наконец проморгалась, то обнаружила, что в руках у нее крепко зажата та самая пластина-артефакт, а она сама стоит перед входом в стандартный жилой купол, какие возводили инженерные подразделения российской армии везде, где возникала необходимость в дешевом и качественном жилье.
Машинально она сбросила лямки рюкзака, спрятала в него пластину артефакта, а воспоминания, срывая все заслоны, хлынули бурным потоком. Через мгновения она узнала и место, где жила пару дней перед командировкой и последующим ранением, и даже вспомнила имя своего командира. Здесь, на Росси, сначала были найдены богатейшие запасы полезных ископаемых, а потом уже огромная, почти двухсотмиллионная популяция животных, сильно напоминающих земных муравьев, которые для начала просто сгрызли две геологические партии и уничтожили поселок со всеми обитателями.
Животные, которых иначе, чем муравьи, никто не называл, имели нормальную дыхательную систему и прочие нехарактерные для насекомых органы, быстро двигались на земле и под землей, строили настоящие подземные города и даже имели свое сельское хозяйство, где разводили пищевых насекомых и выращивали грибы.
Полутораметровые создания отличались бесстрашием, редкостной живучестью и мощными жвалами, что вместе с шипами на ногах и умением плеваться едкой жидкостью делало их неприятным противником, особенно в ближнем бою. В силу того, что они стали доминирующим на планете видом, все остальные крупные животные практически вывелись, а мелкие перебрались на деревья, где существовала хотя бы относительная безопасность.
Возможно, люди и мураши могли как-то ужиться на планете, но, только завидев человека, твари сразу кидались в бой. Странное сообщество социальных животных управлялось самками, которых некоторые ученые полагали условно-разумными. Во всяком случае их атаки иногда поражали координацией отрядов и изощренностью.
Базу на горном плато от внезапных визитов из-под земли защищал не только трехсотметровый слой гранитного монолита, но и десять метров бетона с множеством датчиков.
Слитный гул винтокрылых машин заставил ее обернуться, и Алиса успела увидеть, как пять тяжелых штурмодесантных ботов, вздымая волны пыли, оторвались от взлетной площадки, сразу встали на курс и быстро скрылись из виду.
— Рокотова! Ты почему не со своей ротой? — Подскочивший начальник штаба, майор Кирин, с выпученными глазами смотрел на нее и, не в силах сказать еще хоть слово, беззвучно хлопал ртом. Наконец, справившись с собой, скорчил злую гримасу, мотнул головой в сторону плаца. — Бери одиннадцатую и давай на северный участок. И что это за хрень на тебе надета?!! Ладно, потом поговорим. Бегом давай, у нас, похоже, опять массовый накат.
Словно под гипнозом, Алиса машинально вскинула руку к височному замку бронестекла.
— Есть! — И не оборачиваясь, порысила по направлению к солдатским казармам, узнавая знакомые места и подмечая происшедшие с момента разделения изменения.
Одиннадцатая рота из-за некомплекта офицеров вечно была без командира и управлялась старшиной, правда, из опытных старослужащих. Командирами взводов тоже были сержанты, и, наверное, излишним было бы говорить, что в «два кола» списывали всех неудобных, неконтактных и излишне агрессивных военнослужащих.
— Старшина!
Невысокий коренастый мужчина в два шага подскочил ближе и четко вскинул руку в приветствии.
— Товарищ капитан. Одиннадцатая рота по тревоге построена. Заместитель командира роты старшина Корнилов.
Алиса кивнула и, козырнув в ответ, обвела взглядом строй.
— Приказом начальника штаба полка я назначена временным командиром роты. Нам отведен северный фас периметра. Командуйте, старшина.
— Рота, смирно! Вольно! Бегом, марш. Правое плечо вперед.
Довольно приличным строем рота порысила в сторону северного сектора обороны, а неугомонный старшина пристроился за левым плечом Алисы.
— Товарищ капитан, а это у вас что за снаряжение такое интересное?
— Да сборная солянка. Шлем наш, комбез альянсовский с автономкой на пять суток, а разгрузка юасовская.
В это время радиостанция закончила сканирование диапазона и выдала две сети, к которым можно было подключиться без специального шифроблока. Проверив оба диапазона, Алиса промаркировала один как ротный, а другой как общекомандный и вывела индикаторы на лицевую пластину шлема.
И сразу же на шлеме полупрозрачным ореолом появилась карта с тактическими отметками.
Первая рота была, как всегда, на самом опасном южном фасе. Их подпирали вторая и третья, а четвертая с пятой располагались на западе. Там, на памяти Алисы, тоже был крупный прорыв или, точнее, попытка прорыва. Восток закрывала шестая и седьмая роты, а север, который был наиболее безопасным из-за отвесного двухсотметрового обрыва, закрывала одиннадцатая. Восьмая рота была подразделением технических средств поддержки, девятая — инженерно-саперной, а десятая — бронетанковой с отдельным авиационным взводом. Штурмодесантные катера на всякий случай отправились поддержать огнем удаленный форпост, а батальону придется выдержать очередной удар «блуждающей орды», более трех миллионов особей, которые вполне могли своими трупами завалить всю базу.
На северном фасе, как и везде, высилась шестиметровая бетонная стена с галереей поверху и орудийно-огнеметными башенками через каждые десять метров. Кроме этого, в центре крепости находился еще один рубеж обороны, где располагались артиллеристы со стотридцатимиллиметровыми пушками и четырьмя стационарными установками залпового огня с автоматическим заряжением.
На южном направлении уже начали бухать мины, прореживая нападающих, а север все так же был чист. Алиса встала к стереотрубе и, дав максимальное увеличение, посмотрела на противоположную стену ущелья, до которой было не меньше восьмисот метров. Несколько особей стояли на обрыве и как будто смотрели на форт, шевеля своими усиками.
Алиса скинула с плеча винтовку и, прижав приклад к плечу, оперлась на край стены.
— Не достать, — со вздохом произнес старшина. — На такой дистанции нужно как минимум двенадцать мэмэ.
Не отвечая, она сдвинула ползунок трансфокатора упора, подвела маркер прицела к голове одного из мурашей и мягко утопила спусковую клавишу. Отдача жестко ударила в плечевую пластину, и удлиненная тяжелая пуля, попав между огромными фасеточными глазами, разнесла мураша в клочья. Второй лишь успел дернуться, когда вторая пуля оторвала ему голову.
Только сейчас старшина увидел, что автомат, который был внешне похож на четыреста пятый «Калашников», на самом деле и массивнее, и длиннее. Да и просто имел совсем другой калибр.
— Интересный агрегат, товарищ капитан.
— Четыреста двадцать восьмой «калаш». — Алиса с улыбкой протянула автомат. — Для охоты на особенно крупную дичь в условиях городской застройки. Одиннадцать и семь, безгильзовые. Ствол с переменным калибром, типа Герлих. В магазине — сорок пять штук. Есть сдвоенный магазин на триста, но он тяжелый, зараза, да и ствол греется не по-детски.
— Ого. — Старшина взвесил на руках оружие. — Сильно не побегаешь.
— Жить захочешь, птичкой полетишь. — Алиса пожала плечами и, забросив автомат за спину, опять приникла к прибору наблюдения.
— Это точно. — Заместитель командира роты покачал головой и отошел в сторону.
Несмотря на то что в батальоне было чуть меньше тысячи человек, солдаты всех офицеров знали в лицо, и на каждого было собрано своеобразное досье. Чего любит, чего не любит и так далее. Елена Рокотова, несмотря на папу-адмирала и дедушку-начальника генштаба, служила честно и в солдатском табеле о рангах котировалась довольно высоко, сразу после комбата, начальника разведки и зампотеха, у которого даже разбитые в хлам железки оживали, словно по волшебству.
Капитан Рокотова была одной из полусотни женщин, служивших в батальоне, и единственной на должности командира роты, так что внимание к ней было всегда повышенное. Подполковник Макарова, длинноногая, пепельноволосая красавица сорока лет, командовавшая медчастью, была не в счет, так как, несмотря на грозный вид и звучный голос, ее никто не боялся и про себя иначе как Мама Зоя не называл.
Рокотова, напротив, даже среди отморозков разведроты считалась образцом безбашенности, и комбат считал дни до того момента, когда ее наконец повысят и бумажная работа хоть немного заставит Елену сидеть на месте, а не быть затычкой в каждом рейде. При этом он категорически не желал отпускать грамотного и надежного офицера из батальона, надеясь, что она займет место начальника разведки вместо уходящего в академию майора Лунина.
«Интересно, зачем ее кинули на тихий участок? — Старшина еще раз прошелся взглядом по стройной фигурке капитана, которую не портил даже мешковатый комбез. Следы недавнего боя на нем читались весьма отчетливо, да и пороховой гарью несло изрядно. — Возможно, комбат таким образом давал возможность ей отдохнуть после какого-то секретного задания?»

От размышлений о хитросплетениях службы старшину отвлек голос капитана.
— Разведку в воздух!
— Есть. — Он кивнул операторам, и два небольших самолетика, похожих на игрушки, сорвались с катапульт и начали быстро набирать высоту. Операторы уже развернули экраны и, разделив сектора наблюдения, вели свои машины каким-то сложным маршрутом.
— Есть засечка цели, — внезапно отозвался первый оператор, и, словно эхо, тут же отозвался другой:
— Есть засечка множественных целей.
— Артиллерия! — Алиса обернулась на командира штабного отделения, также бывшего штатным корректировщиком, но тот, не обращая внимания, уже общался с дивизионом.
Над головой протяжно ахнуло, и горизонт затянуло облаками разрывов.
— Кучненько пошли, — прокомментировала Алиса, проконтролировав накрытие передовых отрядов орды. — Сержант, давай отбой пушкарям. Подождем, пока подойдут хоть на пару километров, а там, глядишь, и центр с маткой выкосим.
— Есть, отбой. — Сержант кивнул, не отрывая взгляда от артиллерийского планшета, на котором высвечивалась информация от беспилотников, спутников и собственных камер форта и синтезировалась компьютерами штаба в картину поля боя.
— Что на южном?
— Полная орда. Дистанция — три восемьсот. С запада пока чисто, на востоке малочисленные группы.
Алиса оторвалась от стереотрубы и шагнула к операторам аэроразведки.
— А ну, дай-ка вид на базу.
Даже не разворачивая сам аппарат, оператор сдвинул объектив, и на экране показалась стена крепости и уходящая вниз стена ущелья. Что-то в этой картине не нравилось Рокотовой, но что — она не понимала.
— Ближе!
Оператор сдвинул ползунок трансфокатора до упора, и на экране поплыла каменная стена, исчерканная трещинами и крошечными зелеными кустами, которые смогли вырасти на намытых дождями островках земли.
— Стоп. — Алиса придвинулась ближе к экрану, словно это могло как-то помочь сделать картинку лучше. — Это что? Палец в толстой перчатке уткнулся в дорожку чуть сероватого цвета, идущую сверху вниз.
— Не разглядеть. Далеко.
— Так подгони аппарат ближе!
Через несколько минут разведчик, подлетевший к стене на минимально безопасное расстояние, уже выдал более четкую картинку, и стало видно, что по стене ущелья словно прозрачным лаком прочерчены полосы, которые поднимаются на бетон крепости.
— Старшина! Давай какую-нибудь палку или еще чего. — Алиса ткнула пальцем в экран. — Вот здесь, между пятой и шестой башней, в трех метрах от пятой полоса шириной полметра. Нужно ковырнуть чем-то, но не лезть руками.
— Понял. — Старшина испарился и появился буквально через полминуты с обломком пластмассового патронного ящика в руках.
— Какая-то клейкая хрень. — Он протянул обломок Алисе. — Густая очень. Еле кусок оторвал.
— Ясно. — Она кивнула и включила общекомандный. — Север-один — Гнездо.
— Здесь, — коротко отозвался начальник штаба.
— Обнаружены пять клеевых полос, идущих от среза стены до самого низа ущелья. Полагаю, дорожки для штурма.
— Твою мать! — Начальник штаба, как всегда, не утруждал себя соблюдением протокола. — Щас буду.
Через несколько минут Кирин в сопровождении начальника разведки и пары десантников внимательно рассматривал клейкую массу и даже потыкал в нее анализатором, который, как и следовало ожидать, выдал четыре желтых минуса, что означало возможную безвредность и сложность анализа. Потом он долго рассматривал записи, сделанные с разведчика, и, бросив на прощание сакраментальное «Смотреть в оба!», отбыл обратно.
— Пошла орда на юге. — Сержант-оператор вывел на планшет картинку со спутника и укрупнил соответствующий фрагмент, на котором было видно, как серо-коричневую массу еще на дальних подступах выкашивают артиллеристы, а все, что прорывается, попадает под огонь стационарных установок со стены.
— Да, слышу. — Алиса чуть поморщилась, так как даже активное шумоподавление не избавляло от акустического удара по телу от бьющих почти без перерыва артустановок. — Ты давай лучше наш квадрат паси, а то, чует мое сердце, день сегодня ни хрена томным не будет. — Потом повернулась в сторону операторов разведывательных дронов и добавила: — Мониторинг стены в реальном времени посменно. Чтобы ни на минуту не прерывать картинку.
— Принял. — Старший группы операторов начал заводить свой аппарат на посадку, а второй самолетик начал наворачивать круги, удерживая в поле зрения камеры всю северную часть крепости.
— Товарищ капитан, полезли! — Второй оператор укрупнил участок, и стало видно, как хлынувшая в ущелье орда, разделившись на пять ручейков, начала быстро взбираться на стену и как раз в этот момент из-за ближайшей скалы к крепости двинулась целая туча летающих особей.
Они, конечно, были значительно слабее, чем ползающие, но, нападая сверху, представляли собой значительную опасность. А самое главное, что солдаты, сбившись в круг и отбиваясь от летающих тварей, лишались всякой возможности отбить атаку тех, кто сейчас взбирался по стене.
— Вызываем подмогу? — нейтральным тоном поинтересовался заместитель.
— Какая, на хрен, подмога? — удивилась Алиса. — Мы спецназ или поссать вышли? Разделиться на пятерки, трое прикрывают с воздуха, двое лупят вниз! Старшина, давай бойцов на склад и притащи пару бочек бензина, бочку напалма и десяток ведер. Бегом!
Короткая суета, и, мгновенно организовавшись по группам, люди замерли на стене.
— Группам воздушного прикрытия открывать огонь на дистанции уверенного поражения, наземникам — по готовности.
И сразу же гулко забухали гранатометы, посылая в гущу врагов осколочные «сюрпризы».
Алиса еще раз оглянулась на стаю, которая уже подлетела на пятьсот метров, и, сняв рюкзак, достала пенал с ракетами. Осталось их всего две штуки, но зато с термобарической головной частью.
Пыхнув разгонным двигателем, ракета унеслась вверх, и через секунду взрыватель, переключенный в зенитный режим, получил сигнал, и объемный взрыв буквально разметал облако летающих тварей. Они попытались собраться вновь, но второй взрыв поставил точку в этой попытке. До стены долетела лишь пара десятков, которые были уничтожены плотным автоматным огнем.
— Товарищ капитан! — Старшина вывернулся откуда-то сбоку и качнул головой в сторону грузовой тележки. — Доставлено.
— Так. — Алиса перегнулась через парапет стены и посмотрела вниз, где уже все было черно от муравьев. — Напалм ведрами лить на дорожки. Быстро, но аккуратно. Бензин поставить на галерею. Как закончите с напалмом, сбрасывайте бочки вниз и сразу же поджигайте трассерами.
Без особой суеты, но быстро солдаты и сержанты начали зачерпывать ведрами густую жидкость и лить на стену, в то время как их товарищи отстреливали самых наглых и шустрых муравьев, взбирающихся по проторенной дорожке.
— Бойся! — Старшина высунулся за край, и, когда обе бочки рухнули вниз, взметнув облако бензина, выстрелил из ракетницы и мгновенно залег.
Взрыв смеси четырехсот литров бензина с воздухом ударил, словно молот. Над краем стены на какое-то мгновение показалось несколько десятков искореженных особей и снова упало вниз.
— Хорошо горит, а, старшина? — Алиса посмотрела вниз, отметив, что все пять клеевых дорожек уже весело полыхают, пузырясь и треща, словно вязанка хвороста.
— Север-один — Гнезду.
— Докладывайте.
— Уничтожено около полумиллиона особей. Дорожки, по которым они собирались подниматься, уничтожены напалмом. Воздушная атака отбита.

Начальник штаба отключил связь и весело посмотрел на командира батальона.
— Северный фас отбил массированную атаку.
— А кого ты туда поставил? — Полковник Ванченко, не отрывая взгляд от тактического планшета размером метр на полтора, протянул руку за спину, достав флягу, одним движением свинтил крышку и сделал несколько глотков.
— Так Рокотова, — поморщился майор, — опоздала, видать, вместе с взводом на погрузку.
— Как опоздала? — Брови у командира полезли вверх. Шаг в сторону, и он склонился над выносным пультом батальонного узла связи.
— Гнездо-один — Горке.
— Горка-один на связи, — прозвучал молодой женский голос.
— Доклад.
— Форпост номер четыре атакован примерно тремя сотнями тысяч особей. Атака отбита собственными силами до нашего подхода. Ведем разведку в поисках матки. Остаток по топливу — четыре часа.
— Хорошо. Докладывайте об изменениях без команды. — Командир батальона медленно перевел взгляд на начальника штаба. — Так кто там у тебя командует?
Вместо ответа майор набрал код подразделения и, не отключая громкую связь, нажал клавишу вызова.
— Север-один, ответьте Гнезду.
— Север-один слушает. — Голос точно такой же, как и прозвучавший ранее, и который отцы-командиры спутать ни с кем не могли. Просто потому что женщин-командиров рот у них больше не было.
— Как обстановка?
— В зоне визуального контакта еще одна летающая стая. На основании визуальной оценки дистанции, плотности и угловых размеров численность оценивается в пятьсот тысяч особей. Координаты ведутся в реальном времени. Зенитные ракеты готовы.
— А как первую отбила?
— Завалялись тут случайно пара энэрвэшек, товарищ майор.
— Где ж стянула? У нас вроде такого на складе не водилось.
— Украла — это когда попалась, товарищ майор.
Начальник штаба отключил связь.
— Это точно Ленка. Мне эта наглая девка и на пенсии сниться будет.
— Да и я лично провождал третью роту на погрузку. — Полковник задумчиво потер шею. — И у кого из нас шиза? — Он перевел взгляд на начальника разведки.
Майор Лунин пожал широченными, словно у штангиста, плечами.
— На погрузке не был, но ту, которая на севере, видел, как вас, товарищ полковник. — Он помолчал. — Елена она, конечно, та самая. Только двигается странно.
Кирин хотел что-то сказать, но полковник жестом заставил его промолчать.
— Мы же с ней спаррингуемся постоянно. И на последней тренировке она довольно прилично потянула ногу. Не хромает, конечно, но еще пару часов назад, когда я ее видел, ногу берегла. Это, кстати, одна из причин, почему ее не хотели назначать в десантную группу. А эта, которая на северном, и опирается на ногу, словно ничего не было, и двигается так, ну я не знаю. Будто течет. Боюсь, я с ней не справлюсь в рукопашке. И еще. Бронекомбез на ней альянсовский. Усиленная модель. Такой на черном рынке под триста штук юаней, и, как вы сами понимаете, в магазине его хрен купишь. Ствол — четыреста двадцать восьмой «калаш», которых у нас на базе никогда не водилось. Не наш размерчик. Плюс шлем.
— А что со шлемом-то не так. Наш вроде?
— Наш-то он наш, только вот не совсем. — Майор Лунин хмыкнул. — Это серия «Д-сто». Для разведывательно-штурмовых подразделений армейской разведки. Дороже нашего примерно в пять раз. Другая электроника, более мощная броня и встроенный противогаз. Там сбоку еще замки под крепеж дополнительного бронещитка и антенна выдвижная. Если связи нет, то может выдвинуться еще сантиметров на пятьдесят. Иногда спасает ситуацию по связи.
— Непонятно. — Комбат задумчиво сцепил пальцы и щелкнул костяшками. — Для спецоперации — криво, для провокации — борзо. Тем более внучка Деда Мазая.
— А что он сам по этому поводу думает? — Начальник разведки испытующе посмотрел на командира, а тот в ответ лишь усмехнулся.
— Хорошая идея, Саша. С одной стороны, конечно, не по чину, но и ситуация из ряда вон. Так что попробуем?
Увидев утвердительные кивки офицеров, набрал короткий код на коммуникаторе.
— Тропа-шесть. Оператор двести восьмого узла, лейтенант Тропарев.
Полковник, молча усмехнувшись совпадению фамилии лейтенанта-связиста и системы связи, произнес:
— Узел девять.
— Переключаю.
И сразу же другой голос:
— Эхо-три, оператор капитан Лацис.
— Полковник Ванченко, двести восьмой узел.
— Слушаю вас, товарищ полковник, — ответил капитан.
— Особая необходимость. Прошу связь с начальником генерального штаба, адмиралом Рокотовым.
— Минуту, — сказал капитан, и на некоторое время воцарилась тишина, прерываемая лишь негромкими щелчками. — Соединяю.
— Адмирал Рокотов.
— Товарищ адмирал флота, докладывает командир отдельного батальона сто второй гвардейской бригады полковник Ванченко. У… гм… — Полковник вздохнул, словно перед прыжком, и выпалил: — У нас тут две Елены Рокотовых.
Молчал адмирал недолго.
— Кто знает?
— Так вышло, что многие.
— Так, полковник. Легендируй это дело как хочешь, но чтобы до прибытия спецгруппы все было чинно-благородно, словно на детском утреннике. И никаких камер и изоляций, ясно?
— А которая из них, ну это…
— А они обе настоящие, понимаешь? Обе. — Адмирал стал что-то быстро набирать на своем коммуникаторе, и через тридцать секунд принтер в штабе батальона, пискнув, выдал лист приказа о временном прикомандировании капитана первого управления ГРУ Алисы Константиновны Рокотовой к двести первому отдельному батальону третьей гвардейской бригады. — Это тебе официальное прикрытие, но, если что, имей в виду, что есть приказ о назначении Алисы Рокотовой в управление научно-технической разведки СВР и все соответствующие документы, включая наградной лист. Все это пересылаю отдельным архивом, который довести до Елены, под роспись. Документы вручить ей, не распечатывая и не читая. После росписи закрыть своим личным кодом и переслать обратно.
— Так точно, товарищ адмирал флота. — Полковник кивнул.

Дмитрий Николаевич Рокотов отключил коммуникатор и несколько секунд сидел, просто глядя в потолок. Адъютант, майор Игнатов, не нуждался в дополнительных указаниях, и на ближайшей площадке уже готовились к приему орбитального челнока, а пока единственный в серии скоростной крейсер «Алмаз» уже получил шифрограмму с приказом принять челнок и отправляться на Россь.

Соображал полковник быстро, как и подобало кадровому офицеру. Не успел коммуникатор пропиликать отбой связи, как первые наметки уже сошлись в голове без щелей.
— Так, Саша. Дуй на северный участок, забирай под себя «два кола», а эту… вторую срочно гони в штаб. Будем, значит, легенду строить, пока народ не очухался и чего ненужного не придумал. — Взгляд полковника медленно, словно пушка большого калибра, переместился на майора. — А ты чего сидишь? У нас, между прочим, зима, война и тараканы. Так что давай принимай командование, пока я тут буду бумаги чистить и логи выправлять. Мне нужно минут десять.
— Хоть двадцать. — Начштаба спокойно посмотрел на планшет. — Сейчас мураши получили по соплям и с полчасика будут утираться и накапливать тушки для новой атаки. А как ты ее легализуешь?
— Комиссия вчера была, помнишь, мутняки из управления полевого снабжения? Так я им экипаж на одну единицу сейчас увеличу да расход по кислороду и продуктам подниму до пяти человек. И у нас пропишу вставшего на довольствие человечка. А что не показывалась, так это как бы сестра-близнец из внешней разведки. И у них там бяда-бяда, и ее к нам засунули для вящей безопасности. Ну кто же ее лучше прикроет, чем бригада спецназа? Я правильно рассуждаю? — Пальцы полковника, словно у пианиста, мелькали по клавиатуре, вписывая и изменяя цифры штабных документов. — А тут у нас, понимаешь, заварушка. И, конечно, она как офицер не могла остаться в стороне и, как всегда Рокотовы, на передовой. Сюда впишется и ее нештатная амуниция, и оружие, а также то, что она конечно же не знает всех в лицо.
— Товарищ полковник, Елена Рокотова по вашему приказанию…
— Садись. — Не отрываясь от штабного компьютера, Ванченко кивнул Алисе на стул рядом с собой. — Теперь ты Алиса Рокотова — сестра-близнец Елены. Служишь во внешней разведке. Прибыла вместе с комиссией УПС и тихо затаилась у меня в куполе. Никого в лицо не знаешь, по-аглицки и еще каковски говоришь лучше, чем по-русски, и вообще наших порядков немного чураешься, но быстро адаптируешься. Здесь ты потому, что тебя разыскивает вся разведка Альянса.
Алиса покачала головой.
— И вас, товарищ полковник, не смущает, что я взялась на вашей базе вот так из ниоткуда?
На что комбат лишь улыбнулся.
— Мистика, конечно, но больше, чем моя внучка, меня смутить уже невозможно. А смущает меня лишь тот факт, что еще одной Рокотовой батальон может просто не перенести. Тут такие битвы были, пока твоя гм… сестра не выбрала себе мужика.
— Егор… — Глаза Алисы на мгновение затуманились. — Как он?
— С тяжелым, на Святителе Николае, — буркнул комбат. — Врачи обещали через пару месяцев вернуть живого и здорового. Полез к тараканам в гости, да еле ноги унес. Но гостинца оставил им знатного. Так рвануло, что на Синегорском плато мурашей уже неделю не видели и не слышали.
— Разрешили наконец спецбоеприпасы?
— Да, потихоньку. — Полковник кивнул. — Ты там как, на стене, справляешься?
— Да вроде. — Алиса пожала плечами. — Только вот штуку одну хотела пристроить.
— Да здесь и оставь. — Полковник кивнул на угол кабинета. — Потом заберете к себе в комнату.
Алиса, открыв рюкзак, стала перегружать патроны и гранаты к себе в разгрузку, а пластину телепорта, чтобы не мешала, положила на пол.
— А это еще что за штуковина? — Полковник пригнулся, чтобы рассмотреть предмет получше.
Алиса широко улыбнулась.
— А это то, за что меня разыскивает вся разведка Альянса и за что всю нашу базу могут просто стереть в пыль, не считаясь с потерями.

Глава 7

Что может быть интереснее новых, еще не исследованных форм жизни?
Юрик Варданян, мясник центрального рынка Могилева

Программа «Вестник Баварии», медиацентр «Европа» 
Сегодня неофициальный День эвтаназии, который тем не менее празднуют во всех директориях Альянса. В этот день десять лет назад был принят закон о свободной эвтаназии лиц старше пятидесяти лет с передачей трети их социальных накоплений наследникам и о принудительной эвтаназии всех младенцев, не соответствующих медицинским нормам, утвержденным директорией.
Как следствие, за десять лет общество значительно оздоровилось. Детская смертность и количество детских заболеваний, а значит, и расходов на их лечение резко снизились и достигли самых низких значений за все время существования Альянса. Снижение количества пенсионных выплат также оздоровило экономику, выведя Альянс на передовые позиции в рейтингах экономического развития.
Но у этого закона был еще один важный аспект, часто остающийся в тени наших достижений. Доступная эвтаназия есть право каждого человека свободно распоряжаться своей жизнью, что составляет неотъемлемую часть прав и свобод демократического государства. И только по-настоящему демократические страны могут позволить своим гражданам уходить из жизни, тогда как тоталитарные режимы просто насильно заставляют стариков жить, усиливая как их мучения, так и страдания родных и близких.
Всех выбравших добровольный уход из жизни ждут праздничные обеды и проводы, в которых принимают участие добровольные организации граждан.
Тот порыв единения, который охватывает наше общество, ценен именно всеобщим участием. Клуб «Фиалка», как и многие другие центры досуга, в этом году приготовил для добровольцев целую программу, в которую, кроме традиционной «Ночи любви», входит концерт, подготовленный силами сотрудников клуба, а также праздничный обед, спонсируемый сетью пивоварен «Бизония». Билеты на клубный вечер можно приобрести в центрах раздачи продуктовых талонов.

Россия, Москва 

Егор Николаевич Свиридов еще раз внимательно посмотрел на себя в зеркало. Подтянутая спортивная фигура, гладкое, почти без морщин лицо, обрамленное каштановыми волосами, отличный костюм, сидевший без единой складки, и скромная розетка ордена Андрея Первозванного в петлице. Всего пятьдесят лет, а какая замечательная биография. И учеба в крупнейшем европейском университете — Сорбонне, и служба в крупнейшем евроазиатском концерне «Газпром», и даже победы в чемпионатах по теннису. Не у каждого российского политика была такая яркая и, что самое главное, предельно прозрачная биография. Он не участвовал ни в каких сомнительных политических акциях, не занимался личной коммерческой деятельностью и даже дистанцировался от групповых интересов, позиционировав себя как третейского арбитра и человека, не обязанного никому из тех, кто управлял или думал, что управлял, российским политическим олимпом. И все это лишь для того, чтобы в решающий момент поставить на карту все.
Вот уже пять лет, как преданные лично ему люди занимались тем, что готовили ни много нимало, а государственный переворот. Без армии и силовиков, без крови и особых репрессий, а лишь силами подконтрольного парламента и сотни-другой боевиков. Блицкриг в два хода. Принятие закона о восстановлении монархии и выборы первого императора. Правда, для обеспечения каждого хода трудились явно или косвенно тысячи людей и были задействованы громадные суммы, но что значат деньги, когда на кону управление Серединной Землей? И пусть открыты десятки новых планет, и мир уже не так зависит от ресурсов Земли, но все так же власть над человечеством не может быть полной без контроля над Россией.
Премьер бросил последний взгляд в зеркало и, лишь убедившись в том, что все идеально, шагнул к дверям, за которыми собрались ожидавшие его журналисты.
Егор Николаевич прекрасно помнил сказанную кем-то шутку о том, кто может быть более продажным, чем журналист. Ответ: два журналиста. Но при этом премьер вовсе не ненавидел представителей прессы, а относился к ним скорее как к фоновым неприятностям, таким как, например, дождь или вот, как сейчас, арест одного из руководителей целого направления — полковника Сайтова. Неприятно, но не смертельно, а при должной ловкости и капельке удачи даже работает на общее дело.

Россь. Форт Трех Ветров 

Алиса вернулась на стену как раз в то время, когда воздушная орда сделала еще одну попытку прорыва. Зенитчики вовремя уничтожили основную группу, но более трех десятков особей прорвались на стены.
Бойцы не зевали, и на прорвавшихся насекомых обрушился вал стали и свинца. Алиса стояла в центре и внимательно контролировала ситуацию. Как только где-то намечалась опасность прорыва, сразу в дело вступал ее монструозный автомат, и хлесткие точные очереди буквально рвали в клочья очередную летающую тварь. Как назло, закончился очередной магазин, и спикировавшую отвесно особь она просто не успела подстрелить. Тяжелая туша клацнула в воздухе зубами в попытке ухватить врага за голову, но Алиса успела сдвинуться в сторону и, мгновенным движением сменив магазин, с некоторым запозданием поняла, что, стреляя в тварь, запросто покрошит и своих, так как тяжелые пули прошивали врагов насквозь.
Упав на бетон, особь извернулась и снова щелкнула зубами в опасной близости от ноги Рокотовой, но автомат уже был заброшен за спину, а тяжелый тесак с хрустом врубился в голову, щедро плеснув зеленоватой жижей на бетон.
Оттерев клинок от едкой жидкости, Алиса вернула его в ножны. К этому времени налет уже был отбит, солдаты быстро собирали останки и по специальному желобу сбрасывали обратно в пропасть.
— Парни, не расслабляться! Праздник в самом разгаре! — Капитан, окинув взглядом роту, присела на ступеньку лесенки, ведущей на стену, и стала набивать патронами магазины.
— Черт. Еще один такой штурм — и придется брать стандартную колотушку.
— Может, дать команду до складов пробежаться? — Старшина, неведомо каким ветром оказавшийся рядом, кивнул головой на купола, занимаемые службой снабжения. — Такие же вроде я видел где-то на складе.
— А дадут? — с сомнением произнесла Алиса.
— Как спросить, товарищ капитан. — Старшина насмешливо хмыкнул.
— Если достанешь, с меня пара альянсовских спецназовских трехсуточных пайка.
— Вкусно?
— Вкуснее, чем наш, но химии побольше. — Она усмехнулась. — Самое главное, понт-то какой!
— Разрешите метнуться?
— Давай, — хмыкнула Алиса, уже закончившая к этому времени потрошить пачки с патронами и укладывать их в магазины. Проверила ход затвора и, убедившись, что все в порядке, пошла вдоль стены, контролируя личный состав.
Несмотря на тяжелый бой и большое количество раненых, которых уже забрали в санчасть, убитых пока не было, и бойцы, которыми, как правило, затыкали наиболее спокойные и безопасные места, даже внешне подтянулись, глаза заблестели, повсюду были слышны шутки и взрывы смеха, словно кто-то стер с людей наросший на них слой пыли.
— Товарищ капитан, разрешите обратиться! — Сержант невысокого роста, но с плечами широченными, словно скамейка, лихо и слегка картинно откозырял. — Сержант Остапенко.
— Разрешаю. — Алиса с едва заметной улыбкой отметила, и насколько тщательно был подогнан бронекомбез на нестандартную фигуру бойца, и разгрузку, забитую пулеметными дисками.
— А вас к нам надолго?
— Это вам, товарищ сержант, у комбата нужно спросить. — Алиса усмехнулась. Но до окончания фестиваля — точно. — Она помолчала. — Что, воевать понравилось?
— Да. — Сержант посмотрел прямо в глаза. — Мы же для этого и пришли в войска.
— Это понятно. — Алиса кивнула. — Только вот война — это не только стоять с пулеметом наперевес и с удалыми матерками расстреливать лезущих тварей. Это и логистика, и планирование, и в первую очередь дисциплина. Вот скажите мне, сержант, кто победит в схватке: два десятка профессиональных стрелков-гражданских или спаянное дисциплиной армейское подразделение такой же численности? Молчите? Наверное, вспоминаете, за что вас запихнули в одиннадцатую роту, которая вообще-то подразделение хозяйственного обеспечения и боевые функции несет только в случае всеобщего праздника, как вот, например, сейчас. — Она уже повернулась, чтобы пойти дальше, как остановилась и сказала: — А вообще мне понравилось, как ты стоял. Половину участка закрыл как минимум.
Алиса кивнула на прощание и подошла к группе солдат, занимающихся переборкой станкового гранатомета. Бойцы вяло переругивались и пытались выковырять сегмент снарядной ленты, зажатый между затвором и направляющими.
Увидев командира, они замолчали и тоскливо переглянулись, понимая, что простым внушением не отделаются. Довести сверхнадежный агрегат до такого состояния было непросто, но русскому солдату и такое по плечу.
— Да… — Алиса, отодвинув одного из бойцов в сторону, заглянула внутрь механизма. — А если водички плеснуть, то и трава, наверное, вырастет? — задумчиво произнесла она. — Забыли на стене во время шторма?
— Так точно, — обреченно кивнул светловолосый солдат. — Там же грязь с неба, почитай, потоком льется. Потом при чистке его как-то пропустили, и вот…
— А шомпол где? — Алиса оглянулась в поисках ремкомплекта и увидела, как другой боец, по виду уроженец Кавказа, подал толстый стальной стержень с ручкой.
— Пробовали, товарищ капитан. Стоит, словно приваренный.
— Ну и я попробую.
Она вставила шомпол в ствол и резким ударом выбила затвор так, что исковерканный кусок ленты вылетел из механизма, словно пуля.
— А через пять минут я иду обратно и удивляюсь, что он блестит, как новый.
— Так точно! — Бойцы, с трудом оторвавшие взгляд от искореженного стального стержня, свернувшегося в спираль, мгновенно подскочили, вытянулись по стойке смирно, еще не веря, что все обошлось, но нет, капитан, уже уходя, повернулась и бросила:
— Старшине потом доложитесь и получите за это художество.

В целом состояние матчасти и личного состава Алисой было оценено как удовлетворительное, что было очень неплохо, учитывая, что в подобные подразделения ссылали лишь залетчиков и совсем уж трудновоспитуемых бойцов-срочников, уволить которых можно было только через трибунал.
Тем временем муравьи, накопившись для очередной атаки, снова полезли, но уже не так активно. Дважды по заявке Алисы артиллеристы прореживали орду, но лишь когда очередной разрыв накрыл матку, окруженную самцами-осеменителями, атака захлебнулась.
Алиса гоняла солдат на стене, когда получила приказ явиться к командиру батальона и, уже подходя к штабному куполу, увидела, как на посадку заходит звено штурмодесантных ботов.
— Садись. — Полковник кивнул на стул и положил перед ней личный жетон и офицерский коммуникатор. — Представитель генштаба уже вылетел и будет в течение десяти-пятнадцати суток. Пока мы его ждем, ты, как прикомандированный военнослужащий, будешь у нас офицером по особым поручениям…
— Товарищ полковник, — Алиса вскинулась. — Разрешите принять одиннадцатую роту?
— Дело, конечно, хорошее. — Ванченко задумчиво покрутил в сильных пальцах карандаш. — Ладно. Пусть будет одиннадцатая. Ты по документации как?
— Что-то помню… — Она пожала плечами.
— Да и твоя э… сестра тоже не очень это дело жалует. Ладно. Я там своим штабным скажу, чтобы все, что от тебя идет, проверяли.
В коридоре послышался звук шагов, и дверь кабинета распахнулась.
— Товарищ полковник, капитан Рокотова…
Алиса медленно, словно боясь, что та, другая, сейчас развеется, будто наваждение, повернулась и уперлась взглядом в совершенно круглые и огромные, словно блюдца, глаза своего двойника.
— Ну, привет… сестра.

Глава 8

Ожидание неизбежного кошмара добавит новых красок даже в самую скучную жизнь!
Нгоми Беата, командир расстрельного взвода, Мбабане, Свазиленд

Медиапортал «Горизонт». Блог «Заметки прохожего». 
Из статьи «В светлое завтра» 
…Для страны с такими глубокими историческими корнями и великой историей единственная естественная форма государственного устройства — конституционная монархия. Монархия, при которой государь ответствен лишь перед народом и является не только гарантом прав и свобод, а еще и воплощением верховной справедливости для всех своих подданных. И только император сможет обеспечить концентрацию усилий общества на важнейших, прорывных направлениях общественного и государственного развития.
Но в ситуации, когда так многое зависит от воли и устремлений одного человека, ключевым становится механизм выбора. Лишь тот, кто не запятнал себя коррупционными связями и кровавыми акциями по подавлению свобод, может по праву надеть на себя корону Российской империи и взойти на трон с тысячелетней историей.
Я сейчас специально не называю фамилий претендентов, но отмечу лишь, что действующему президенту Батову на престоле делать нечего…
…прошу всех людей, для которых важно будущее страны, выйти 12 декабря на улицы и площади своих городов для мирной поддержки инициативы парламента о восстановлении монархии. Только вместе мы преодолеем косность государственного аппарата и примкнувшего к нему президента и сметем этих временщиков с лица истории многострадальной России.

Эль-Касар, Испанская директория Альянса 

Директор объединенного департамента безопасности Альянса никогда не складывал все яйца в одну корзину и не рассчитывал только на армию в таком сложном и затратном деле, как война. Кроме собственно армии и подразделений «Сигма» был еще один важнейший фактор, о котором кроме него из высшего руководства знали всего трое: директоры Североамериканской, Центральноевропейской и Ближнеазиатской директорий.
Группа военных, депутатов и крупных промышленников, возглавляемая премьер-министром, собралась установить в России новый порядок, для чего предполагалось пропустить на ее территорию крупные войсковые контингенты Альянса. Заговорщики отчего-то решили, что им будет дозволено самостоятельно выбрать политический строй в новой России, но Норман не спешил их разочаровывать. Они должны сделать главное — блокировать хотя бы на час-полтора систему ВКО, и тогда ракетный удар сделает свое дело, уничтожив радары и пусковые установки. Потом настанет время транспортных самолетов, несущих в себе подразделения первой волны, задача которых — окончательно вывести из строя все системы связи и умереть, потому что держать внутри системы более десяти тысяч магов, каждый из которых и так балансирует на грани помешательства, Альянсу нет никакой необходимости.
А дальше всем займутся частные армии корпораций, которые уже разделили всю территорию бывшей России на зоны влияния, производственные территории и даже резервации для тех, кого предполагалось держать в качестве трудового резерва.
Руководитель заговора и не представлял себе, что его место в будущем дележе прибылей от грабежа огромной страны просто не предусмотрено планом. Несколько специально внедренных в ближайшее окружение людей в любой момент готовы избавить Альянс от этой проблемы.
Норман Линдер еще раз просмотрел свои документы и вздохнул. Доклад перед Председателем Совета Александром Хантом — это не лапшу директорату вешать. Тут достаточно лишь подозрения в нелояльности. С некоторых пор нелояльность была объявлена психической болезнью, и всех, кто тем или иным образом мешал существующему порядку вещей, принимало Главное Управление Лечебных Ассоциаций и Групп, откуда пациент выходил улыбчивым, толерантным и готовым к любой работе овощем. Всего пара инъекций чисто, быстро и без лишней жестокости возвращали обществу человека, а производственному циклу работника.
Норман поежился при одной мысли о попадании в клинику. Променять роскошный дворец с готовыми на все юными служанками на конуру жилого комплекса и баланду из продуктового минимума очень не хотелось.
Усилием воли он вернул себя к работе и открыл новый документ. Наконец через час все документы были собраны в красочную презентацию. Директор Линдер нажал медную кнопку звонка, и тут же в кабинет вошла молчаливая служанка, ходившая, как и все работницы в доме, в одном переднике и чулках.
— Э…
— Фанни, господин. — Служанка поклонилась.
— Фанни. Я еду в город. Буду поздно вечером.
— Хорошо, господин. — Служанка поклонилась еще раз и вышла, сверкнув обнаженными частями тела.
Невольно мысли Нормана метнулись к упругим ягодицам, но он снова себя одернул и, встав из-за стола, придирчиво осмотрел себя в зеркале. Мундир сидел идеально, короткий ежик волос обрамлял немного усталое, но предельно собранное лицо государственного деятеля, а серые глаза смотрели твердо и уверенно.
Решив, что выглядит достойно, директор Линдер широким шагом пошел вниз, где уже стоял лимузин, готовый отвезти его в резиденцию председателя.

Планета Россь. Форт Трех Ветров 

— Охренеть не встать. — Елена возбужденно наматывала круги по своей комнате. — И как ты потом?
— Да через рыбозавод. — Алиса усмехнулась. — Он поставляет мальков и икринки в Юго-Восточную Азию, а я в этот контейнер и попала.
Вся полуторагодовая эпопея новоявленной сестры уместилась в короткий десятиминутный рассказ, и теперь Лена уточняла отдельные моменты.
— А почему сразу не связалась? — Она наконец остановилась и села напротив, так что две девушки словно отражались в невидимом зеркале, похожие от первого до последнего звена цепочки ДНК. Но внимательный взгляд сразу видел отличия. Волосы Елены были длиннее и выгорели до русого состояния, тогда как Алиса щеголяла короткой стрижкой рыжих волос. Кроме того, лицо у Елены было более загоревшим и обветренным, чем у «сестры», которая имела возможность посещать дорогие салоны красоты. А еще более внимательный наблюдатель увидел бы, что лицо второй более суровое, с жестким прищуром зеленых глаз и упрямой складкой у кончиков губ.
— Да как-то, знаешь, не до этого было. — Алиса невесело усмехнулась. — Сначала не могла вообще вспомнить, откуда я и кто, а потом, когда вспомнила, за мной уже такая толпа шла, только успевай пятки салом смазывать. Да и посчитаться с теми, кто это все затеял, тоже хотелось, аж зубы сводило.
— Да уж. После тактического заряда там только одна большая яма. — Елена кивнула. — Как только ты его купить ухитрилась?
— Даже если пересажать всех воров и казнокрадов, в армии непременно заведется тот, кто будет точно так же воровать все, что плохо лежит, а что лежит хорошо, перекладывать плохо и опять воровать.
— Адмирал Никоненко — Елена рассмеялась, узнав цитату из сборника афоризмов знаменитого флотоводца. — Так. — Она кивнула каким-то своим мыслям. — А имя мы с тобой как делить будем?
— А никак. — Алиса улыбнулась. — По документам я теперь Алиса Рокотова. Так что привет, Елена!
— Привет, Алиса! — Они картинно пожали друг другу руки и рассмеялись. — Стоп. А мужиков как теперь делить?
— Тоже никак. — Алиса махнула рукой и скривилась в недовольной гримасе. — Я после того, что со мной сделали те ублюдки, на мужские причиндалы спокойно смотреть не могу. Все оторвать хочется. Так что забирай, сестричка, всех своих мужиков, а я, когда срок придет, себе еще найду.
— Да. Жаль, что ты их всех… — Глаза Елены заволокла мечтательная дымка. — Я бы им устроила… феерические ощущения.
— Брось. — Алиса небрежно взмахнула рукой. — Ты мне лучше расскажи, что тут вообще и куда. Я, конечно, кое-что помню, но до разделения мы здесь с тобой пробыли всего сутки, а потом эта чертова командировка.
— Сейчас тебя устроим и проведем экскурсию. Познакомлю тебя с мужиками и расскажу попутно, кто чем дышит. Заодно покажу тебя нашим снабженцам и представлю в финчасти. А то мало ли как повернется.
— О! Кстати. Мы, между прочим, с тобой, сестричка, завидные невесты, поскольку просто неприлично богаты! — Алиса назидательно подняла палец. — Я же вообще теперь в некоторых кругах криминальный авторитет.
— В смысле? — Елена опешила.
— В смысле по двадцать три миллиона юаней на лицо, — спокойно сказала Алиса и усмехнулась, глядя на вновь округлившиеся глаза своего двойника. — Так что незабываемый шопинг в «Москва-Молл-Палласе» нам гарантирован.
— Это за алмазы? — Лена покачала головой.
— Да. Ну и плюс кое-что еще. — Алиса небрежно взмахнула рукой. — Я довольно много начудила, и все с прибытком.
— Надеюсь, ты никого там из приличных людей не завалила? — подозрительно поинтересовалась Елена. — Красней потом за тебя.
— Разве только сотрудников исследовательского центра, что нас с тобой размножили? — с сомнением произнесла Рокотова-вторая.
— Нет. Этих точно в утиль. — Девушку передернуло. — Проводить такие дурацкие манипуляции с инопланетным артефактом…
— И я про то же. — Алиса потянулась, словно кошка, и на мгновение остановилась, будто прислушиваясь к себе, спросила: — Слушай, а здесь вообще кормят? А то я в последний раз ела в паре сотен световых лет отсюда.
— Пойдем, обжора. — Лена хмыкнула, вставая, и, машинально одернув форму, посмотрела на себя в зеркало. — Ты, кстати, так и пойдешь в бронешлеме? — Она шагнула к шкафу и достала с верхней полки зеленый форменный берет с эмблемой УСО и оскаленной волчьей мордой, символом сто второй бригады, надела его на голову Алисы и придирчиво посмотрела со всех сторон.
— Ну хоть сейчас на плакат! — Взгляд ее скользнул по комбинезону, и она снова полезла в шкаф. — Альянсовский бронекомбез — штука, конечно, крутая, но ходить в нем по части после отбоя — дурной тон. Ну и, кроме того, у нас крепежные точки погон не совпадают, так что переодевайся. — На кровать упала упаковка с новеньким камуфляжем и тельник в темно-зеленую полоску. — Погоны там уже есть, только вот шеврон…
— А что шеврон? — непонимающе подняла глаза Алиса, уже успевшая сбросить комбинезон и красовавшаяся в нательном белье.
— Да у нас начальник строевой — настоящий мудятел с большой буквы «М». Поскольку ты как бы прикомандированная, то должна носить шеврон своего рода войск. — Она на секунду «повисла». — Так. Это надевай, магазин рядом, если что, купим там, если готового нет, распечатают. У них там объемник свой. Ну-ка? — Лена еще раз придирчиво осмотрела «сестру» и кивнула. — Годится. Можно выпускать в свет.

Явление сразу двух Рокотовых армейскому народу вызвало ажиотаж, едва ли не больший, чем вызвало бы явление Христа, поскольку солдаты и офицеры были, конечно, верующими, но не фанатиками, а чудо — вот оно, рядом. Две такие похожие, но и вместе с тем разные красавицы, словно ничего особенного не происходило, шли по территории военного городка, негромко переговариваясь и изредка кивая встречным офицерам.
— А тут спортивный городок. — Лена кивнула на площадку и стадион, вплотную примыкавший к западной стене. — Там, кстати, есть баня и бассейн в спортивном куполе.
— Неплохо устроились, — прокомментировала Алиса. — Но я предлагаю сейчас перейти к осмотру столовой и дегустации блюд.
— Извини. — Сестра кивнула: — Забыла совсем.
Чуть более быстрым шагом они прошли к центру городка и зашли в столовую. Время было неурочное, но девушки поднялись на второй этаж, где работало круглосуточное кафе, и устроились за столиком в углу.
— Борщ, солянка или лапша по-татарски?
— Давай лапшу. — Алиса кивнула с грацией королевы и посмотрела на соседний столик, где устраивались три офицера, представленных ранее как служба радиотехнической разведки. Два старших лейтенанта и капитан, украдкой посматривая на девушек, выбирали блюдо и обсуждали достоинства и недостатки нового разведывательно-штурмового беспилотника «Молния-6».
— Зато оптика у него покруче, чем на «Чайке» будет. Разрешение до ста мег и оптический зум. А то, что в воздухе держится не десять часов, так он же не крейсерский, как «Чайка» или «Альбатрос».
— У «Альбатроса», кстати, камера многодиапазонная. А много ты там с «Молнии» в трех диапазонах увидишь?
— Знаешь, Коля, мы, по-моему, сравниваем совсем разные вещи.
— Согласен, что в этом немного смысла. — Командир отделения, высокий, широкоплечий капитан лет тридцати, словно осуждая, покачал головой. — Однако у нас не узловая база и нет полной линейки аппаратов для использования строго по назначению. Приходится крутиться, отрабатывая разведку с ударных машин и накрывая цель с разведчиков, как бы глупо это ни звучало. По уму, нам вообще нужно всего три типа машин. Ближний — вроде той же «Рапиры», что в подразделениях, средний — типа «Кречета», но с большими баками и подвеской хотя бы пары ракет, и дальний, тяжелый, с загрузкой пять-шесть тонн и дальностью пятнадцать тысяч. Вот тогда будет порядок и красота. Завешиваем над точкой операции пару машин, проводим первоначальную разведку и ждем десант. Если что, сразу жжем узловые точки, не ожидая штурмовиков. На средней дистанции можем даже целеуказание для артиллерии дать, чем компенсируем невысокую боевую загрузку дронов средней дальности. А тяжелые поднимать по особым случаям, и отработает он там у нас вполне полноценной боевой единицей, а не так, как сейчас. «Альбатрос» заметил, на крайний случай отстрелялся своими двумя сотками и ждет у моря погоды, пока подлетят штурмовики или до него доползет полуслепой «Антрацит» со своими пятью тоннами БК. На нормальной войне, когда у тебя в воздухе крутится полсотни аппаратов зараз, да еще артиллеристы стоят за плечом, выпрашивая координаты целей, это все работает. Но не в наших условиях. Кстати, — он подмигнул сослуживцам и повернулся к девушкам, — а что думают товарищи офицеры по этому вопросу?
— Беспилотники? — Алиса усмехнулась. — Полезная штука, но в случае массированных боевых действий с технически равным противником, боюсь, их значение сильно упадет. И средства РЭБ, и зенитные установки, и многое другое. А я так вообще на них никогда не рассчитывала.
Елена, внимательно наблюдавшая за своим двойником, через какое-то время успокоилась, так как Алиса вела себя естественно и дружелюбно, хотя некий барьер между собой и собеседником держала постоянно, не идя на попытки сближения.
А Николай Грошев, начальник технической разведки батальона, смотрел в лицо Алисы и не понимал, что с ним творится.
В голове, которую он полагал свободной от всяких глупостей типа любовной горячки, крутились различные планы набега на любимую командирскую клумбу с розами и просчет вариантов экспресс-доставки букета Универсальной транспортной компанией, которая утверждала, что может доставить груз в любую точку освоенной части Галактики.
И это притом, что ловеласом и казановой Николай никогда не был. Сначала активно занимался спортом, да так, что чуть было не стал профессиональным спортсменом, потом учеба в Высшем командном имени Маргелова, служба в спецназе, а постоянные переезды тоже не оставляли много времени на всякие глупости. Были мимолетные связи, но лица и имена быстро выцветали в памяти. Потом было тяжелое ранение, освоение новой специальности и перевод в подразделение технической разведки, что тоже совсем не добавляло свободного времени. И когда в батальон перевели Елену Рокотову, тоже не делал попыток свести более близкое знакомство, отчасти потому, что и без него хватало претендентов, а отчасти потому, что хозяйство ему досталось несколько запущенное, а задачи, которые иногда ставил комбат, приходилось решать, крепко извернувшись и напрягая все силы.
Теперь, глядя на сестер Рокотовых, он был близок к панике, потому что ему никогда не нравились жесткие женщины, а Алиса, как ее представила Елена, была даже по сравнению со своей сестрой словно клинок из закаленной стали против лучевой пушки. Нечто вообще запредельно жесткое и опасное. Но при этом от одного взгляда в эти зеленые глаза у него в голове начиналась настоящая буря и предательски пересыхало во рту, так что приходилось постоянно прикладываться к стакану с соком.
Елене, которая мгновенно просчитала всю ситуацию, было интересно, как себя поведет Алиса, потому что различия в характерах были уже заметны. А сама Алиса просто наслаждалась давно уже забытым ощущением полной безопасности и не замечала, как напряжение, которое тихо сжигало ее последний год, постепенно уходит, а возвращается подзабытое ощущение боевого братства и взаимовыручки. И именно здесь к ней пришло чувство, что она наконец-то на своем месте.
Резкий писк коммуникатора прозвучал слитно с ревуном боевой тревоги, и Елена, мазнув расчетной карточкой по считывателю, включила комм, прослушивая сообщение, и взглядом показала Алисе на мигающий сигнал на ее устройстве связи.
— Одиннадцатой роте занять позиции на северном и западном участке стены, — прозвучал обезличенный голос речевого информатора и затих.
— Тебя куда? — Елена, кивнув офицерам на прощание и машинально поправив берет, уже шагала к выходу.
— Я же приняла одиннадцатую. — Алиса тоже поправила форму и пошла рядом, приноравливаясь к широкому шагу двойника. — Размазали по северному и западному участку. А тебя?
— Нападение на долину Красных Камней. — Елена чуть ускорила ход. — Ох, наплачешься ты с этими залетчиками. — Она недовольно помотала головой. — Смотри. Если твою роту разделили аж на два участка, то у нас, стало быть, массовый выход. Первая и пятая, на вылет, шестая — юг, седьмая — восток, они у нас считаются самыми опасными, а тебе, стало быть, север и запад.
Они уже заскочили в комнату и в быстром темпе переодевались в броню.
— Мурашей вообще ближе двухсот метров не подпускай. Если что, наводи артиллерию и включай огнеметы на стенах. Получи для личного состава пару десятков ящиков гранат и, если что, просто завали их гранатами к такой матери.
Елена уже оделась и, глядя, как Алиса затягивает последний ремень на комбинезоне, кивнула и неловко обняла ее. — Все. Давай. Будем живы — не помрем. Она выскочила наружу и порысила к посадочной площадке.
— Будем живы, — эхом произнесла Алиса и, надев шлем, шагнула следом.

К моменту ее появления на плацу одиннадцатая была уже построена и ждала команды на выдвижение.
— Старшина!
— Товарищ капитан…
— Некогда. — Алиса махнула рукой. — Давай дели роту и выдвигай людей на север и запад. Сразу пошли за боеприпасами и особо обрати внимание на гранаты.
Алиса расположила свой командный пункт так, чтобы были видны обе стены, а рядом уже разворачивали свои кейсы операторы беспилотников.
Делалось все быстро, но без суеты, и даже навес от палящего солнца поставили так, чтобы не закрывать обзор.
Тихо свистнули катапульты, выбрасывая в воздух аппараты разведки, и на больших раздвижных экранах поплыло изображение поверхности.
— Есть картинка. Сигнал устойчивый.
— Ближний радиус? — Алиса, внимательно наблюдая, как солдаты занимали места на стене, прислушивалась к тому, как штурмовые боты по одному уходили в небо и брали курс на поселение, подавшее сигнал бедствия.
— Ближний — чисто.
— Средний?
— Средний — чисто.
Границей среднего радиуса была дистанция в сто километров, что давало относительную гарантию невозможности внезапного нападения.
Алиса сделала шаг к планшету, на котором отображалась карта участка.
— Обратить внимание на ущелье на севере и цепь ложбин на западе. Особое внимание на стену. — Она еще раз пробежалась глазами по карте, отмечая опасные участки, и обратила внимание на тихо поджидающего высокорослого сержанта.
— Товарищ капитан. Боеприпасы на ваш ствол. — Старшина кивнул на два ящика, стоявшие у ног. — Четыре цинка по тысяче патронов. Оставить здесь?
— Да, сейчас сяду снаряжать, пока тихо.
Алиса кивнула и, оторвав одним движением крышку ящика, потащила за кольцо цинка, вскрывая ряды герметичных патронных упаковок.
Испросив взглядом разрешение, старшина присел рядом и начал сноровисто набивать опустевшие магазины патронами.
— Тут научники рвутся. — Заместитель командира роты поднял взгляд и кивнул на мужчину в камуфляже, стоявшего недалеко от командного пункта. — Требуют любви и всепрощения.
— К себе?
— Не… — Старшина усмехнулся. — К мурашам. Ну не ко всем, конечно, — поправился он, увидев округляющиеся глаза Алисы. — Просят парочку особей в более-менее живом состоянии.
— Ты меня так не пугай. — Алиса покачала головой. — Я девушка нежная, ранимая, сразу за ствол хватаюсь. Тебя, кстати, как звать-то? А то неудобно как-то по фамилии и званию.
— Петр… Сергеевич, — удивленно произнес старшина и, через некоторое время поняв, что от него хочет новый командир, добавил: — Корень.
— А меня с некоторых пор — Королевская Кобра. — Алиса широко улыбнулась. — Можно просто Кобра. — Она кивнула и стала быстро распределять снаряженные магазины по карманам разгрузки. — Теперь так, Корень. Не верю я, что все будет тихо, так что приготовьтесь к мясорубке. Шлемы не снимать, а на стене даже стекла не поднимать. Не приведи Бог, увижу — закатаю, как треску в баночку. Дай команду по подразделениям, пусть сержанты проверят снаряжение, групповое оружие, боеприпасы и медпакеты. Если надо, перетасуй боевые тройки так, чтобы состав был более-менее равномерным. Провальных участков быть не должно, но и особо эффективные подразделения тоже ослаблять не стоит. Оперативный резерв в количестве десяти человек расположить здесь. Назначь самых отмороженных, и пусть будут под рукой.

Вадим Рязанский, по прозвищу Плаха, привычно проверял спарку станкового гранатомета и огнемета, когда в наушнике прозвучал вызов от замка. Так же привычно чертыхнувшись, он кивнул напарнику и порысил к навесу, где развернулось управление роты.
— Товарищ старшина…
— Не части, Плаха. — Корень кивнул приятелю. — Значит, так. Давай собирай своих гавриков, будешь в оперативном резерве. Ротная говорит, что вечер не будет томным, и мой зад солидарно сжимает очко.
— А вооружение?
— Да хоть увешайся пулеметами. — Замкомандира роты небрежно взмахнул рукой. Похоже, нам наконец повезло с командиром.
— Баба? — Вадим насмешливо хмыкнул.
— Это видел? — Старшина поднёс к лицу сержанта искореженный шомпол от гранатомета. — Одним ударом. И, кстати, башку «стрекозе» тоже одним ударом ножа снесла. Так что лучше ее не злить. А вообще, дело вроде знает, над душой не висит, так что давай, и ее прикроешь, и сам не вздумай сдохнуть. Хоп?
— Хоп. — Бывший заместитель командира разведвзвода кивнул и побежал вдоль стены, собирая свой бывший взвод.
Уже давно стихли турбины штурмодесантных ботов, а мураши все не показывались. Алиса успела подумать, что, возможно, пронесет, но тут вдруг дернулся оператор у штабного планшета.
— Есть движение. — Он перебросил картинку со своего планшета на главный экран, и стало видно, как ущелье заполняется серо-коричневой массой, словно поток воды, она устремляется к стенам форта.
— Перекрыть ущелье! — И со стены вниз полетели бочки со сгущенным бензином, а снизу взметнулся вал жаркого пламени, захлестнувший передовую волну орды. Но давление задних рядов было так велико, что все новые и новые сотни существ буквально вдавливались в огонь и мгновенно превращались в пепел.
Огоньку добавили и артиллеристы, воткнувшие несколько ракет с термобарическими боевыми частями в дальний конец ущелья, превратив его в крематорий на всю ширину.
— Беспилотники, кому спим? — Алиса строго прикрикнула на операторов, все продолжавших снимать бушующее в каньоне пламя. — Давайте на западный фас. Здесь как минимум полчаса будет тихо.
— Больше, — подал голос старшина. — Камень так раскалится, что еще пару часов там будет не пройти.
— Есть движение на западном направлении. — Сержант-оператор начал лихорадочно работать с изображением, передаваемым с одного из больших беспилотников, барражировавших на высоте три километра. — Вижу орду.
— Да тут не одна… — протянул оператор, направивший объективы своего аппарата в сторону двигавшейся, словно волна, орды.
— Воздух!
— МЗА, огонь по дистанции! — Алиса, не отрывая взгляда от планшета, нажала кнопку связи со штабом. — Здесь север-один. Наблюдаю массовую атаку на западном направлении.
— Вижу, — отозвался начальник штаба. — Работай спокойно, сейчас артиллеристы отработают.
— Уходим из зоны, — сухо прокомментировал старший оператор и стал уводить свой аппарат с набором высоты.
Удары по земле и воздуху почти слились в один, и пространство за стеной заволокло дымом и летающими останками псевдонасекомых.
Все чутье Алисы просто криком кричало о том, что отсюда нужно делать ноги, и причем быстро, но чувство долга легко гасило инстинкт самосохранения.
— Не спать на стене! Быть готовым к открытию огня!
— Так не видно ж ни хрена! — отозвался старшина, стоявший как раз на стене и лихорадочно крутивший настройки прибора наблюдения, пытаясь отстраниться от пыли и других помех.
Напряжение достигло своего пика, когда старшина как-то даже с облегчением отлип от прибора и махнул рукой.
— Дистанция двести, огонь!
Пробившие многочисленные шахты на поверхности плато муравьи вылезали из-под земли в огромных количествах и сразу же начинали бежать к стене. Артиллерия работала на максимально близкой дистанции — менее двухсот метров, а все, что прорывалось за эту границу, перемалывала плотным огнем.
Камеры, установленные прямо на стене, давали картинку боя и помогали перебрасывать резерв туда, где враги подбирались ближе всего. Алиса смотрела, как работают бывшие разведчики, и еще раз похвалила себя за правильный выбор. Короткими экономными очередями, меняясь для перезарядки, они выстраивали целую стену огня, которая отбрасывала накатывающуюся волну муравьев. Дважды за бой Алиса включала встроенные в стену взрывные устройства, не только уничтожая нападающих, но и отбрасывая вал из трупов, который грозил подняться до уровня бойниц. Но накал атаки и не думал спадать. Ее единственный резерв уже залип на одном из участков, а пара тяжелых беспилотников, снизившись до двухсот метров, каруселью проходила вдоль стены, вплетая в грохот автоматных выстрелов и взрывов вой авиационных пушек и уханье НУРСов.
Она сняла с северной стены сначала половину состава, а потом и вовсе оставила там лишь наблюдателей из числа легкораненых. Теперь на западном фасе стояло больше ста двадцати бойцов, и все равно плотности огня не хватало, чтобы остановить взбесившуюся орду.
— Пойду прогуляюсь. — Она кивнула штаб-сержанту и, подхватив автомат, побежала рысью к участку, над которым взвился тревожный красный флажок.
Легко взлетев по лесенке, она окинула взглядом поле боя и, вскинув оружие к плечу, нажала спусковую клавишу. Звонкий ахающий голос крупнокалиберного автомата, короткие злые очереди, отдающиеся толчками в мгновенно затвердевшую плечевую пластину, и пороховая гарь, пробивавшаяся даже через фильтры бронешлема, слились в одну какофонию ощущений. Она лишь отметила, как рядом встал квадратный, широкоплечий сержант Остапенко с крупнокалиберным пулеметом и Плаха, отогнавший молодого бойца с места стрелка тридцатимиллиметровой зенитной спарки.
Морда муравья, поднявшаяся от обреза стены, словно мишень, была тут же снесена короткой очередью, а вниз полетели несколько гранат, разметав подобравшуюся группу в клочья. Точку в прорыве поставил Остапенко, навалившийся на стену и буквально заливший все внизу сталью и свинцом.
— Рота, гранатометы. Дистанция сто! Огонь!
Волна осколков разметала очередную волну еще на подступах.
— Артиллерия, чего спим?
— Слишком близко. — Наводчик артдивизиона, уже понявший, что мураши вылезают в опасной близости от стены, вздохнул. — Посечет вас там.
— А иначе нас тут схарчат, как пряники. Давай, бей на дистанцию сто. Рота, бойся!
Разрывы тяжелых двухсотмиллиметровых ракет заплясали так близко, что, казалось, сейчас они накроют и стену, и людей, укрывшихся за ней, но боги войны отработали ювелирно, и осколки лишь испятнали стену и сбрили антенну у излишне любопытного солдата. Также взрывы заклепали большинство прорытых ходов, и атака практически захлебнулась.
А буквально через час вернулись штурмовые боты и причесали все, что двигалось, у стены НУРСами и дополнительно залили стометровую полосу кислотой.
Тыловики сноровисто подтянули боеприпасы и воду, а солдаты занялись вечным военным трудом — что-то нужно было подтянуть, что-то почистить или починить, а где-то уже возились санитары, оказывая первую помощь.
Алиса устало плюхнулась на раскладной стул и, благодарно кивнув сержанту, подавшему банку с холодным апельсиновым соком, с наслаждением сделала первый глоток.
— Ты как? — Незаметно подошедшая Елена положила руку на плечо Алисы и посмотрела на стену. — Прорывов не было?
— Сказано же у классика: «Души прекрасные прорывы». Вот мы и того… задушили.
— А я тут вон чего приволокла… — Елена расстегнула карман разгрузки и достала продолговатый серебристый брусок размером с кусок мыла.
— ? — Алиса вопросительно подняла брови домиком. — Кого ограбила?
— Ты не поверишь, мурашей.
— Кого? — Алиса чуть не поперхнулась соком. И перевела взгляд на представителя ученой братии, неторопливо пакующего свои приборы.
— Разрешите? — Старший лейтенант научной службы протянул руку, и Елена вложила в нее увесистый брусок.
Несколько манипуляций с какими-то устройствами, и старший лейтенант Рогов отдал брусок.
— Рений, чистота две девятки. Взяли на Южном плато?
— Да. — Елена кивнула. — Там уже целые пирамиды этого добра. Наши насчитали около двухсот тонн. Кроме того, были и платина, и даже осмий.
— Понятно. — Научник кивнул.
— А для нас, тупых вояк, не поясните? — Елена, уже снявшая бронешлем, очаровательно улыбнулась, а Алиса недовольно фыркнула.
— С ними все сложно. — Старлей почесал нос и задумался. — Их, по идее, вообще существовать не должно. Такая биологическая конструкция, как смесь насекомого и животного, еще никогда не встречалась. Многие из моих коллег полагают, что они были искусственно созданы. Мы только не понимали для чего, а вот теперь все становится понятным. Это просто биороботы. Самоподдерживающаяся колония, добывающая металлы для пока неведомых нам хозяев.
— А почему бы не предположить, что они просто разумны? — пожала плечами Алиса.
— Они не изготавливают орудий труда или войны, — развел руками старший лейтенант. — Камень, палка или кусок кости — это не совсем инструмент. Такими может воспользоваться любое существо. Птицы сбрасывают добычу на камни, чтобы расколоть твердый панцирь, водяные животные используют их, для того чтобы расколоть раковину или оболочку плода, а обезьяна берет в руки палку, например, чтобы узнать глубину водоема или сбить фрукт с ветки. Многие животные используют различные предметы для добывания еды или защиты от врага. Но и это все еще не инструмент. Он появляется только тогда, когда мы, например, отколем лишние куски и получим камень, но уже с острыми краями. Вот это уже инструмент, хотя и всего лишь нулевого уровня. Такими пользовались кроманьонцы и неандертальцы, и это уже серьезная заявка на разумность, хотя и в перспективе. А первый уровень инструмента, который уже однозначно свидетельствует о наличии разума, — составное изделие. Взяли палку, обточили ее, взяли камень, привели в острое состояние и примотали к палке предварительно обработанным древесным или каким-нибудь другим волокном. То есть для появления первого уровня должны сойтись несколько технологий нулевого. Инструмент второго уровня появляется лишь при использовании инструментов первого. Никакое кузнечное производство без молота невозможно, а он как раз и является инструментом первого уровня, так же как и горн. Кроме того, при их производстве уже используют физические и химические преобразования, например выплавку металла из руды или выделку стекла из песка. Все механизмы, даже примитивные, — это уже третий уровень, а мерные механизмы, например часы, — уже четвертый. На этом уровне появляются специализированные инструменты для одной-единственной операции и длинные технологические цепочки, когда в готовом изделии используется большое количество деталей и из разных материалов.
— А вот это признак чего? — Алиса кивнула на брусок рения.
— Ничего хорошего.

Глава 9

Хорошо смеется тот, кто смеется без последствий.
Старший следователь особого отдела 12-й армии капитан Кобзев

«Бит и Байт». Сетевой журнал Первой Свободной Партии Сети 
Вопрос междиректоральной миграции — это прежде всего проблема относительно мобильной части населения категорий «В» и «С», так как категория «D» права на миграцию не имеет и сидит в своих промышленных зонах. И именно для В-шников и С-шников держат в резерве так называемые «места мобильности», которые не включены в производственный процесс прямого цикла и, как правило, имеют лишь опосредованное значение для производства. Это в основном дизайнеры, менеджеры среднего звена и различные околотворческие работники, которые свободно перемещаются между директориями в поисках лучших условий жизни и работы, а заодно создают иллюзию свободы перемещения граждан, которая фактически была утеряна жителями Альянса после «Гражданского акта о безопасности личности», подписанного главами Евросоюза и ряда других государств Запада.
Одни и те же апартаменты класса Rest Inn, одинаковые забегаловки и штампованные под один шаблон клубы — вот что перебирают члены креативного класса в поисках земли обетованной.
Но она тем не менее существует в виде закрытых жилых зон категории «А» и плавучих городов, принадлежащих олигархам и крупным корпорациям. И вам действительно крупно повезет, если вы сможете попасть в такой кусочек рая даже в качестве обслуживающего персонала, потому что там, где нарезают хлеб, крошек особенно много.

Планета Россь. Форт Трех Ветров 

Утром, не найдя Елены, Алиса позавтракала и после развода начала гонять одиннадцатую роту. Сначала обслуживание техники и вооружения, потом боевая подготовка и, наконец, в качестве отдыха пробежка по периметру лагеря. Сигнал на обед прозвучал синхронно с вызовом из штаба, и, чертыхнувшись, Алиса порысила выяснять, чего ей от руководства было нужно.
— Садись. — Командир батальона кивнул и показал карандашом на стул. — У меня плохие новости. — Он помолчал, видимо, ожидая каких-то вопросов, но, не дождавшись, продолжил: — На основе рапорта наших научников принято решение о полной эвакуации с планеты. Мы, похоже, вторглись на чужую грядку, и, чтобы не обострять ситуацию, верховный приказал выметаться отсюда в темпе. Но… — Полковник помолчал. — Разведгруппа, в которую входила твоя сестра, пропала. Передали только, что наблюдают объект номер сто пять, и все. Ни маячков, ни сигнала от бота — как корова языком. Сто пятый объект — это космический корабль иной цивилизации.
— А квадрат со спутника?
— Смотри. — Командир щелкнул пультом и вывел на штабной экран снимок.
Весь центр участка занимало сероватое пятно с размытыми краями, словно кто-то затер изображение.
— И так во всех диапазонах. Снимки с беспилотников показывают, что аномалия имеет куполообразную форму и не рассеивается ветром. Диаметр около километра, высота около полусотни метров.
— Южное нагорье?
— Оно. — Комбат кивнул. — Мысли есть?
— Как не быть. — Алиса чуть нахмурилась. — План номер два — посмотреть, где еще мураши устроили склад слитков, и на предполагаемой посадочной площадке установить пару зарядов, тонн на несколько, чтобы наверняка. Но не факт, что успеем. План номер три — накрыть гадюшник ударом с орбиты и молиться, чтобы наших не зацепило. Высадить десант и дорезать всех, кто будет шевелиться.
— А номер один? — Кирин напряженно посмотрел на Алису, уже зная, что она скажет.
— Пойду прогуляюсь до этого местечка. Постараюсь втянуть под купол проводную камеру и приемо-передающий блок, а заодно посмотрю, кто там такой умный.
— У тебя есть опыт таких операций? — уточнил начштаба.
— Не совсем таких, но опыт одиночных прогулок по недружелюбным местам довольно обширный. Точнее, скажем так: специалистов такого класса здесь, кроме меня, нет.
— Дед Мазай нас на ниточки распустит, — подал голос начальник разведки Лунин.
— Приказ на меня уже был? — уточнила Алиса.
— Только копия. Оригинал должен был поступить с представителем генштаба. — Кирин коротко вздохнул. — Можешь, по идее, опротестовать, и тогда…
— Нет. — Полковник Ванченко положил широкую ладонь на стол, словно припечатывая решение. — Никакой партизанщины. Инопланетяне они или кто, но наших будем вытаскивать, даже если всех зеленых человечков придется размазать в брызги. В штаб соединения я отправил рапорт, и, пока они думают, мы проведем свою операцию. Отделение разведчиков тебя добросит до границы аномалии и будет, если надо, ждать сигнала. В воздухе я подвешу пару аппаратов с тяжелыми ракетами, они тоже будут ждать твоей команды. Иди, готовься, вылет через полчаса.
— Есть! — Алиса, словно подброшенная пружиной, вскочила и рысью метнулась к своему куполу.
По дороге ее поймал старшина Корнилов и, мгновенно ускорившись, стал скороговоркой докладывать план на послеобеденное и вечернее время.
— Стой. — Алиса, затормозив у входа в женский корпус, внимательно посмотрела в глаза старшине. — Пятеро, в полной броне. Такие, что пройдут хоть через ад. Найдешь?
— Найду даже больше. — Корень кивнул. — Человек двадцать, за которых поручусь, как за себя.
— Тогда давай десятерых, через полчаса, на взлетке.
— А кого брить будем? — крикнул старшина в спину Алисе, торопливо уходящей по коридору.
— Зеленых человечков! — крикнула в ответ Алиса и скрылась в своей комнате.

Броня с «умными» мышечными усилителями, бронешлем, разгрузка и оружие. Собиралась она быстро, но внимательно проверяя каждый элемент снаряжения. Уже через двадцать минут капитан Рокотова стояла на площадке и смотрела, как техники готовят штурмовой бот к вылету. Сюда же подошел зампотех батальона, который принес чемоданчик с проводным транслятором и, открыв, показал, как чего работает.
В ответ она отдала ему приемный блок гипер-волнового транслятора.
— Судя по взгляду, вы знаете, как он работает, — констатировала Алиса. — У меня и шлем, и переговорник в ухе настроены на сдвиг триста сорок, так что я вас буду слышать даже под куполом. Вряд ли они блокируют прохождение гиперсвязи. Мой позывной — Кобра. Но шнурок все равно размотаю. Мало ли что. Да, кстати. А есть кому посмотреть через транслятор на внутренности их компьютеров?
— Сам гляну, чего уж там. — Капитан Лацис Орбан кивнул. — Не боись. Я еще десять лет назад довольно крутые сетки вскрывал. Но не думаю, что на корабле есть серьезная защита. Лишь бы понять, как там все работает. Можно еще у научников отжать их комп, тогда…
Алиса, поняв, что собеседник уже далеко, повернулась и увидела, как к площадке рысью подбежали десять полностью экипированных десантников.
— Товарищ капитан, сводное отделение направлено в ваше распоряжение. Командир отделения, старший сержант Латыпов.
— Отставить, товарищ старший сержант. — Алиса обвела взглядом строй. — Спасибо, ребята, но я возьму своих.

Они были уже в воздухе, когда в углу лицевого экрана мигнула пиктограммка гиперсвязи.
— Кобра, как слышишь меня?
— Слышу пять на пять. — Алиса посмотрела вниз, где под брюхом штурмовика скользила горная гряда и тонкая лента реки на дне глубокого ущелья. Машина шла на предельно низкой высоте, огибая горные пики, и через час полета зависла над скальной площадкой.
— Дальше не пойду. — Пилот мотнул головой. — До купола примерно триста метров, если по прямой. Но там есть небольшая трещинка.
— Да, спасибо. Я уже вижу. — Алиса вывела на планшет спутниковую карту и ткнула в бок Корня. — Вперед!
Группа быстро покинула борт, и он отвалил в сторону, уходя на позицию прикрытия.
— Смотри. — Алиса раскрыла планшет и положила его прямо на камень. — Вы остаетесь здесь, на карнизе. Я пройду вот этой щелью и вынырну уже внутри купола. Нитку транслятора потащу с собой, а ты уже на своем конце подключишь к коммуникатору. — Она кивнула на небольшой чемоданчик зеленого цвета, стоявший у ног. — По моей команде проберетесь за мной или бегом, по плато. Но если скажу уходить, то вызывайте бот и рвите когти. Самодеятельность мне не нужна.
— Ясно. — Старшина кивнул.
— Контрольное время — тридцать минут. Если через тридцать минут не услышите от меня команды, сваливайте, потому что по плато нанесут ракетный удар. Ваша задача — при необходимости прикрыть огнем эвакуацию ребят, а не охота.
— Да нормально все будет, командир. — Плаха поправил ремень пулемета. — Тогда же мы полезли не просто так. И ребят, кстати, вытащили.
— А могли лечь там все вместе, — отрезала Алиса, которая уже успела ознакомиться с личными делами своих бойцов, а особенно бывшего разведвзвода третьей роты. — Если бы не глазастый оператор, лежали бы там все вместе одной горсткой пепла. Я за вас поручилась перед комбатом, и вы уж меня не подведите.

Пробираясь по узкой извилистой расщелине в скале, Алиса не раз и не два отругала себя последними словами, потому что держаться пальцами за едва заметные трещинки и торчащие куски камня было неудобно, а уж тащить при этом тяжелый рюкзак со спецснаряжением и того хуже. Но ничто слишком хорошее или слишком плохое не длится слишком долго. Небо над ней сначала будто заволокло мутной пеленой густого тумана, а потом, еще через пять метров, туман будто немного рассеялся, и она поняла, что миновала границу купола, и, остановившись в более-менее удобном месте, начала вытягивать усик оптоволоконной камеры.
То, что она увидела на плато, было в какой-то степени ожидаемо. Огромный корабль, длиной никак не меньше трехсот метров, похожий на вытянутый клин, стоял с распахнутой аппарелью в корме, куда мураши таскали серебристые кирпичики слитков, а за всем процессом наблюдали два настоящих монстра. Метров трех высотой, с головами доисторических ящеров и в чем-то напоминающем тяжелую броню, они контролировали процесс заполнения трюма. В длинных трехпалых руках у них было нечто похожее на копья, но явно высокотехнологичное, потому что по серебристому древку время от времени пробегали тонкие змейки молний.
Размышляя, что со всем этим делать, она подключила камеру к кабелю и, закрепив всю конструкцию на клеевой состав, решила подобраться еще ближе.
Корабль стоял так, что корма с входным люком находилась примерно в ста метрах от самой узкой части расщелины, но Алиса и не мечтала подобраться так близко. Она просочилась между камней еще на десять метров и решила выглянуть наружу, когда встретилась взглядом с одним из монстров, стоявшим буквально в паре метров.
Острие копья, смотрящего ей в лицо, вдруг раскрылось четырьмя тонкими шипами, и меж ними начал формироваться туманный шарик. Колокольчики в голове звенели набатом, когда Алиса скользнула в сторону и, резко крутанув оружие, прижала его раскрытой частью к голове инопланетянина. Серое облачко мгновенно втянулось в зубастую пасть, а в ту же секунду голова монстра осыпалась тонкой, словно мука, серой пылью.
Не теряя время на раздумья, она двумя короткими очередями срезала двух оставшихся охранников, сменила позицию и замерла.
Мураши, которым, видимо, не было никакого дела до разборок хозяев, продолжали таскать слитки, не обращая внимания на вторжение. Она успела проскочить до самой аппарели, когда откуда-то из глубины корабля послышался характерный звук множества бегущих ног.
Алиса сдернула с подвески контейнер с самодвижущимися минами и ударила об пол, приводя в действие механизм активации. Затем сорвала с подвески мину, забросив ее в проход между штабелями слитков в тридцати метрах от себя. Через пять секунд она встала на боевой взвод и растеклась бесформенной малозаметной массой на полу, поджидая любой движущийся объект. Выдернув из кармашка камеру на липкой присоске, Алиса впечатала ее в стену и спряталась за плотной, словно броня, стеной из золотых кирпичей.
Ящер, шедший первым, предостерегающе поднял руку, останавливая пятерку воинов, и шагнул вперед, точно наступив на мину. Взрыв подбросил его к потолку, и, расплющившись в блин, он рухнул назад бесформенной кучей.
Оставшиеся в живых, полуоглушенные и ослепленные яркой вспышкой воины не успели ничего сделать, как их нашли юркие, словно крабы, мины. Еще пять взрывов — и среди завалов из слитков улеглись пять разорванных тел.
Алиса выдернула из рюкзака последний контейнер и метнула его со всех сил вперед, туда, где едва заметно просматривалась дверь, ведущая из грузового отсека.
Следя за тем, как разбегаются по сторонам самоходные мины, она вдруг услышала негромкое шипение, доносящееся откуда-то справа, и, повернув голову, увидела, как в гладкой и монолитной по виду поверхности открываются ряды отверстий, и именно в них что-то шипит, словно воздух продувают сквозь маленькое отверстие.
Руки толкнули ее вперед одновременно с автоматической активацией автономного дыхательного устройства в шлеме, и, приземляясь прямо на один из штабелей, она успела подумать что-то вроде «пронесло», как сознание помутилось — и она вырубилась.

Очухиваться Алиса начала еще тогда, когда ее несли по коридору. Благоразумно решив подождать с боевыми действиями, она наблюдала за ящерами, благо бронестекло имело одностороннюю прозрачность и снаружи выглядело куском черного пластика.
Двигались ящеры довольно шустро, и через несколько минут ее довольно небрежно бросили на высокий топчан и стали укладывать руки вдоль тела, видимо, для фиксации. Дождавшись, когда ремни плотно охватят тело, она развернула руки так, что скрытый в бронепластике режущий модуль едва касался поверхности ремней, и включила камеры кругового обзора, чтобы не пропустить явление распорядителя торжества. Комната была небольшой, всего пять на три метра, и, кроме лежанки, похожей на хирургический стол, тут было еще два шкафа и совсем небольшой столик с разложенными на нем инструментами.
К ее немалому удивлению, вместо страхолюдной твари, которую Алиса подспудно ожидала, в комнату вкатился низкий и коротконогий человечек и радостно что-то прощебетал на незнакомом языке. Автопереводчик, включившийся, как только прозвучали первые слова, сразу же скис, даже не просигнализировав красным цветом о невозможности перевода, просто вырубился.
Наконец толстяк, закончив говорить, радостно потер лапки и, заглянув в непрозрачное бронестекло, отошел к шкафу и достал нечто похожее на бензопилу в миниатюре. Поняв, что ее сейчас просто начнут препарировать, как лягушку, Алиса включила резак, и фреза, прокатившись по направляющему вдоль предплечья, легко взрезала ремни.
Пила уже двигалась в ее сторону, когда Рокотова перехватила руки толстяка и, слегка развернув инструмент, прошлась по его боку, срезав верхний слой кожи и обдав облаком крови стену.
Верещал несостоявшийся вивисектор так громко, что автоматически включилась система звукоподавления. С расширенными от ужаса и боли глазами он смотрел на лохмотья кожи, свисающей по краям раны, и орал так, словно пытался докричаться до другого материка.
Поскольку из-за языкового барьера плодотворного сотрудничества не предвиделось, Алиса взмахнула пилой еще раз, и в помещении воцарилась благодатная тишина. Голова толстяка еще катилась, когда девушка уже собирала заботливо сложенное в углу оружие. То, что при этом у нее не отняли метательных ножей и пластинок взрывных устройств, она отнесла к плохому знанию оружия и недостатку времени, хотя, если бы толстяк прошелся своей пилой по детонатору, хватило бы всем.
Осторожно открыв дверь, Алиса выпустила дронов-разведчиков и смотрела, как постепенно на стекле тактического экрана возникает карта корабля. В основном длинный коридор, шедший вперед на сто метров и заканчивающийся чем-то похожим на лифт. Несколько дверей, за которые так и не смогли проникнуть дроны, отметились красными точками, а еще в двух находились движущиеся объекты, пять из которых были помечены зеленым цветом, означавшим, что по крайней мере часть пропавшей разведгруппы совсем рядом.
Двигалась она совершенно беззвучно, поэтому, когда дверь приоткрылась, оба ящера стояли к ней спиной, а очередной коротышка в сером бесформенном комбинезоне с черными нашивками на рукаве, подняв связанную Елену за подбородок, тыкал ей ножом в грудь и вещал на отвратительном русском:
— …и молить будешь. Властитель все равно тебя уничтожит, но, если признаешь его, умрешь легко.
Две короткие очереди — и ящеры, словно подрубленные деревья, рухнули на пол, а толстяк, получив гвардейского пинка, влип в стену на высоте метра и стек по ней, словно мокрая тряпка.
— Ты как? — Алиса несколькими взмахами перерезала ленты, которыми была связана Елена, и подскочила к лежащим без движения парням.
— Лешку и Ваньку убили, суки. — Лена стряхнула путы и, не спрашивая, расстегнула ремень на броне Алисы, сняла пистолет и повесила на себя. Потом расстегнула ее же рюкзак и, достав аптечку, начала обрабатывать раны лежащих без сознания десантников.
— Лиса, им эвакуация нужна.
— Вижу. — Алиса кивнула и включила связь: — Корень?
— Здесь.
— Давай скачками к кораблю. Проскочите трюм, потом по коридору метров тридцать. И свистните летунам, тут наших нужно вытаскивать. Мурашей не стремайтесь, они заняты делом.
— Принял.
Через тридцать секунд отделение в полном составе, топая, словно лоси, уже влетало в коридор, готовясь настрогать на оливье любую инопланетную тварь.
— Четверо, вытаскивайте парней и после погрузки мухой обратно. Будем этот улей ворошить до самого донышка.
— А мы? — Корень поправил ремень пулемета на широком плече.
— Побеседуем с зеленым человечком. — Алиса растянула губы в жесткой усмешке. — У меня уже много вопросов к нему накопилось.
Она вернулась в комнату и, приподняв одной рукой толстяка за шиворот, прислонила его в угол и отвесила несколько пощечин тыльной стороной ладони, приводя в чувство.
— Так он сосем не зеленый. — Старшина немного разочарованно смотрел на мужчину, который вполне мог сойти за землянина, если бы не мелкие размеры, диковатого вида одежда и мерцающая татуировка во всю щеку с непонятным символом.
— Сейчас будет. — Алиса, заметив, что ресницы толстяка чуть дрогнули, ударила еще раз. — Давай очухивайся. Поговорить нужно.
— Я тебя уничтожу, — неожиданно ясным голосом произнес мужчина и открыл глаза. — Ты будешь молить о смерти.
— Возможно. — Она подняла бронестекло, и на инопланетянина уставился взгляд зеленых, словно изумруды, глаз. — Но ты в любом случае будешь первым. Давай, рассказывай, откуда прилетели, зачем убили наших ребят.
— Священная жертва. — Толстяк поерзал в углу, устраиваясь поудобнее, и, чуть улыбнувшись, продолжил: — Из их мозга была сделана сыворотка языка и знаний вашей расы, и теперь все ваши секреты будут известны Высшему Кругу. Удар наших кораблей будет страшен. Вся ваша цивилизация падет, словно кирхам агнир.
— Кто командует кораблем? — Алиса, не отвлекаясь на угрозы, пыталась получить максимум полезной информации.
— Капитан Норх Грин Дгаро. Он главный сборщик сектора. — Мужчина помолчал, переводя дух после очередного приступа боли. — Его нагры сильны и смелы. Его жены…
— О женах потом. Сейчас лучше о сборщиках. — Алиса внимательно посмотрела на толстяка, но тот неожиданно рассмеялся громким каркающим смехом.
— А тебе, айянская подстилка, я ничего не скажу больше. — Он демонстративно отвернулся, а Алиса выдернула из ножен штурмовой тесак и, не меняя выражения лица, воткнула его в ногу возле коленного сустава.
— Мы не закончили.
Нервный узел у мужчины находился там же, где и у людей, что наводило на определенные мысли, а толстяк раскрыл рот, собираясь заорать, когда короткий тычок рукоятью ножа выбил воздух из легких, и вместо крика тот мучительно закашлялся.
— Я…
— Да ты, конечно. Кто же еще. — Девушка улыбнулась. — Теперь о сборщиках. Сколько вас и где основной корабль. И самое главное. Где находится центр управления этим кораблем.
Толстяк запирался недолго. Уже через пару минут он рассказывал в подробностях, где, что и насколько плохо лежало в их беспокойной империи, которая, как оказалось, была всего лишь конгломератом дрейфующих станций, правда, довольно больших. Диаметром от пятисот километров и более. К одной из таких станций, называемой «хнард», и принадлежал корабль-сборщик. А управлял всей станцией так называемый Властитель. Во всяком случае, именно такой эквивалент подобрал сам толстяк. Кто такие айяны, он толком не рассказал, но стало понятно, что это какая-то противостоящая раса, с которой у Властителей были постоянные трения, регулярно доходящие до открытых стычек.
После допроса, упаковав толстяка до полной неподвижности, Алиса легко похлопала его по щеке.
— Если рассказал неправду, начинай молиться своим богам прямо сейчас.

Группа из двух десятков ящеров поджидала отделение возле лифта, но несколько гранат, взорвавшихся прямо над головами воинов, сильно нарушили их планы, и, сделав контроль, Алиса с шестью солдатами поднялась наверх, где располагалась рубка управления.
Упершись в закрытую массивную задвижку, она кивнула Корню:
— Взрывать.
— Не нужно взрывать, — прозвучал голос, и дверь стала медленно сдвигаться в сторону.
Маркер автоматного прицела точно лег на коротко стриженную голову полного человека в темно-синем комбинезоне с серебряными нашивками на рукавах. Рука командира корабля уже лежала на пульте управления, и стоило пальцам шевельнуться, как голова капитана взорвалась кровавыми ошметками.
— Вот и поговорили. — Алиса устало опустила оружие и оглянулась. В рубке было на удивление мало приборов и органов управления, лишь одно кресло и большой панорамный экран перед ним.
Спецназовцы разбрелись по помещению, а Алиса сначала вполголоса о чем-то говорила с Еленой, а потом они обе вышли наружу и долго разговаривали с командиром батальона, а потом с командиром бригады, дислоцированной на Росси. В итоге через час два бота привезли шесть тяжелых контейнеров, которые всей толпой перенесли внутрь корабля, и присланный комбригом специалист начал их частичную распаковку и настройку.

Нир Ган все так и лежал в каморке связанный, пока не почувствовал, что связывавшие его путы начинают потихоньку слабеть. Задергавшись с утроенной силой, он уже через минуту массировал натертые запястья и внимательно прислушивался к звукам вокруг. Потом осторожно выглянул из каюты и, не увидев никого в коридоре, быстро, словно тень, метнулся к резервной рубке управления, находившейся совсем рядом. От волнения пальцы дрожали, но рефлексы, вбитые в него строгими учителями, сделали свое дело — и системы корабля стали быстро готовиться к экстренному старту.
Душа его, или то, что заменяло душу Ниру Гану, пела, потому что, несмотря на гибель всех наргов и самого капитана, он сейчас сам поднимет корабль и доставит груз в Улей. А за такое дело его повысят как минимум до Контролера, а может быть, и до Смотрителя. От захватывающих перспектив даже пересохло в горле, но это не помешало ему злорадно ухмыльнуться, нажимая кнопку аварийного старта. Хорошо бы, чтобы эта тварь вместе со своими наргами оказалась запертой на корабле. Уж он постарается, чтобы ее смерть была как можно более яркой.

А поименованная тварь в это время уже сидела у экрана системы дальнего контроля «Лютик». Гиперволновой транслятор, воткнутый непосредственно в главный компьютер корабля, не давал возможности контролировать полет, но этого и не требовалось. Нужно было лишь наблюдать за движением транспорта через его внешние камеры, на всякий случай записывая телеметрию.
Формат видеосигнала был примитивным, так что расшифровка даже не потребовалась, и шестерым офицерам, собравшимся у экрана, было видно, как пространство вокруг корабля словно подернулось черной дымкой, смазалось, и через десять минут, восстановилось, но уже совсем другое. Звезда класса «голубой гигант» была ясно видна на экране, а еще был виден космический объект, формой напоминающий сплющенное сверху веретено. Размеры объекта совершенно невозможно было понять, но, когда открылся шлюз и через него вышел однотипный грузовик, оператор даже проверил цифры на калькуляторе.
— Пятьсот километров в диаметре толстой части.
— Вот это дура. — Комбриг сначала сомневался в той авантюре, что предложили ему сестры Рокотовы и их комбат, а теперь с ужасом думал, что будет, если такая «дура» зависнет в Солнечной системе. Корабли землян, несмотря на гордое звание Военно-космического флота, по сравнению с этой громадой выглядели бы, как тростниковые лодки рядом с авианосцем.
И, словно подтверждая мысли командира бригады, на экране засверкали вспышки настоящего космического сражения.
Видимо, сбежавшего толстяка тоже заинтересовал бой, потому что камеры взяли крупно этот участок пространства, позволяя увидеть, что же там происходит.
Три совсем небольших кораблика, отмеченных едва заметными точками, отчаянно маневрировали среди полусотни охранных дронов и пока вполне успешно сбивали их. Не было никаких видимых трасс выстрелов, но роботы-перехватчики один за другим вспыхивали, словно крошечное солнце.

А тем временем Нир Ган был взбешен до крайней степени. Айянский патруль, неведомой силой занесенный в этот медвежий угол, нарушал все его планы по триумфальному возвращению. И пусть кораблей было всего три штуки, но айяны были отличными пилотами, а их истребители вооружены не хуже крейсера.
По тревоге все шлюзы, кроме боевых, перекрывались, а подошедшие грузовики ожидали окончания боя. Но он, будущий Смотритель, а возможно, что и Управитель, не желал ждать. Включив связь с диспетчером, он, подражая покойному капитану, приблизил свое лицо к экрану:
— Срочно посадку через боевой шлюз!
— Боевой шлюз закрыт для посадки транспортов общего назначения, — скучным голосом произнес диспетчер и уже было отключился, как Ган выложил свой главный козырь:
— Имею информацию о технологической расе высокой степени агрессивности.
— Ждите.
Диспетчер прекрасно осознавал, что такая информация дорого стоит и, если по каким-то причинам корабль, находящийся сейчас в зоне боя, будет уничтожен, с него просто снимут кожу заживо. Но пока вопрос будут согласовывать, может пройти довольно много времени, что уменьшало шансы диспетчера вообще до призрачных величин. Именно поэтому, растолкав крейсера и нарушив общий порядок выхода дежурных эскадр, он организовал посадочный коридор обыкновенному грузовозу, словно тот был курьером Власти. И, естественно, он загнал грузовик как можно дальше, чтобы тот не мешал боевым кораблям.
А к этому времени к патрулю айянов подоспела помощь в виде группы оперативной поддержки — корабли Властителей стали взрываться намного чаще. Понимая, что если они быстро не сомнут айянов и не уйдут в прыжок, то им конец, крейсера и фрегаты Улья навалились всей массой. Именно в этот момент грузовик, бежавший с Росси, встал на гравиподвесе, а шлюз открылся. Соединенный с ним радиовзрыватель включил боевые цепи дополнительно усиленного тяжелого термоядерного заряда — и на месте космической крепости вспыхнула новая звезда.

Глава 10

Ничто так не сокращает время сборки пазлов, как молоток и фломастеры.
Рохо де Сальвес, дизайнер интерьеров

Новый революционный препарат «Дримол» поможет вам быстро восстановиться после трудового дня и полностью погрузиться в миры виртуальной реальности. Упоение эпическими битвами героев, захватывающие ощущения полета и экстаз любовных игр ярче, чем в реальности, с препаратом «Дримол».
Еще никогда слияние с виртуалом не было таким полным и всеобъемлющим, ведь в разработке препарата принимали участие как специалисты-медики, так и профессиональные геймеры, консультировавшие исследовательскую группу по всем вопросам и принимавшие участие в первоначальном тестировании.
Яркость красок — это «Дримол». Чувство настоящей свободы — это «Дримол». Всемогущество — это «Дримол».
Разрешен Главным управлением здравоохранения Альянса. Разрешение № 89364892674 GTR.
Спрашивайте у ваших врачей-наставников
Из рекламного ролика AllianceNet

Гисса Айян, Ниаро Ленеа, контрольный узел шестого сектора Анин сарм раато Наро, начальник патрульной службы сектора 

Анин стояла перед представительной комиссией, куда входили старшие офицеры Службы контрольного узла и местного подразделения генерального штаба, и докладывала о результатах рейда. Обычно все кончалось куда менее драматично. Мусорщиков слегка щипали, они, собрав корабли и транспорты в кучу, уходили в прыжок, и на некоторое время в этой части пограничной зоны устанавливался порядок и покой. Но в этот раз все пошло по-другому.
— Спектры взрыва свидетельствуют, что внутри сработало устройство смешанного типа мощностью около пятисот ангсар. Далее детонировала главная реакторная группа Улья, после чего он был полностью разрушен. Корабли, оставшиеся без энергоподпитки щитов, были также уничтожены разлетающимися фрагментами корпуса. Таким образом, у нас есть единственная версия случившегося: диверсия одной из рас, на территорию которой вторглись мусорщики. Этот факт подтверждает прибытие в Улей грузовика за пять минут до взрыва.
Анин гордо подняла голову с короткой стрижкой светло-русых волос, посмотрела на генерала Анарда, и ее синие глаза торжествующе блеснули. Это генералу Таго сай тасоаи Анарду принадлежала мысль собрать комиссию по расследованию немотивированного применения силы и назначить медицинскую экспертизу по изучению индекса агрессивности майора Анин Наро.
Конечно, агрессивность Анин проявлялась буквально во всем. Начиная от короткой стрижки, которая уже давным-давно не была необходимостью для пилотов, но оставалась неким отличительным знаком боевых частей от всех остальных айя, носящих длинные волосы, до ношения оружия в небоевой обстановке, что, конечно, было привилегией офицеров патрульной службы и службы контроля, но обывателями и тыловиками воспринималось как вызов.
— А что вы скажете относительно обнаруженного у вас индекса агрессивности выше сорока единиц?
— Скажу, что данный показатель находится в норме для офицеров боевого подразделения и не может быть уменьшен без потери боевой эффективности. — Девушка усмехнулась. — Кроме того, замечу, что офицеры с низким индексом настолько часто погибают, что, если мы захотим комплектовать боевые части только ими, нам нужно будет увеличивать штат в пять раз, а учитывая темп потерь — количество учебных заведений втрое. Но если Таго сарм Анард захочет показать, как именно нужно воевать с мусорщиками, я готова предоставить ему такую возможность в любом из боевых подразделений своего крыла.
Взбешенный генерал через силу улыбнулся.
— Я подумаю над вашим прекрасным предложением. Но в тот момент, когда вся гисса просто изнемогает от тягот войны…
Пепельноволосый мужчина в черном прокурорском мундире с тремя золотыми ветвями полного генерала поднял тяжелый взгляд на Таго.
— По сути дела вопросов нет?
И под пронизывающим взглядом Ангиро си анао Сарвата — генерал-прокурора сектора — Анард сдулся.
— Нет, си Сарват.
— По результатам работы комиссии объявляю старшему координатору патрульной службы майору Анин сарм раато Наро благодарность с занесением в книгу рода. Частное мнение членов комиссии будет подшито к результатам работы. Заседание объявляю закрытым.
Большинство офицеров было довольно вердиктом, они, весело переговариваясь, потянулись к выходу.
— А вас, майор, я попрошу остаться. — Тяжелый взгляд генерал-прокурора словно взял ее на прицел.
В кабинете прокурора, который был фактически главной властью в секторе, Анин еще не была. Да и мало кто мог похвастаться этим достижением. В основном потому, что с преступниками генерал-прокурор беседовал в специально отведенных местах, а с друзьями встречался в одном из лучших ресторанов Ниаро Денея — заведении сарин Тарсо.
— Нирсанго грита? — спросил он, стоило двери кабинета закрыться, и девушка улыбнулась.
— Это есть в моем личном деле? Любимый напиток?
Сарват кивнул.
— И даже то, как ты в десять лет вынимала занозу из руки зубами, и многое другое. — Генерал-прокурор задумчиво посмотрел на Анин и, не глядя, разлил голубой, словно небо, напиток в два бокала. — Садись, разговор будет долгим.
Он помолчал, глядя, как майор устраивается в кресле и делает первый глоток.
— Кроме того, что ты написала в отчете, есть что-то еще, о чем мне следует знать?
— Да, си анао Сарват. — Анин кивнула. — Операторы эскадры зафиксировали всплеск нии га примерно в том направлении, откуда прибыл взорвавшийся грузовик. Причем всплеск четкий и сформированный, словно шел исао оха. Точнее, нет, не оха, но очень похоже. Нарастающая четкая, а вот конец немного смазан, словно он шел по случайным координатам. Ну как игра в гэто.
— Я знаю, что ты и твоя семья практически все исао высоких рангов, но не задать этот вопрос я не могу. — Генерал-прокурор твердо взглянул собеседнице в глаза. — Ты не можешь ошибаться?
— Рада бы. — Девушка хмыкнула. — Уж больно всплеск был сильный. Думаю, даже в центральной зафиксировали, только молчат, в какие-то свои игры играют.
— Это я проверю. — Сарват улыбнулся. — А что сейчас делает твой брат Кеор?
— Хм. — Анин на секунду задумалась. — Если не окучивает телок на очередном курорте, то или на полигоне в Т’Нару, или в своих лабораториях. Хотя… подождите. У него же новая игрушка. Эта, как там ее, Осао Хома.
— У него отличный вкус! — Генерал рассмеялся и поставил бокал. — Сарин раато Хома — настоящая красавица и к тому же не дура. Но, боюсь, мне придется разрушить его планы. — Он отстегнул две верхние пуговицы мундира и достал из внутреннего кармана небольшой круглый жетон «Око императора». — Это для него. Когда будешь связываться, придумай причину поубедительнее, но избегай формулировок, которые могут трактоваться как специальное задание. Пусть это будет… ну, в общем, сама придумай. После вручения «Ока» ты и твое крыло переходите в полное подчинение полковнику Кеору Наро.
— Как все строго завертелось.
— Ты даже не представляешь насколько. — Сарват невесело усмехнулся. — Наш парламент после объединения Айя, Харно, Т’Сваи и Арнаксой империи стал настоящим зоопарком. Мало нам было собственных болтунов. Небольшой толчок в прогрессе, который получили страны после объединения научных центров, практически исчерпан, и теперь, как и много веков назад, продвижение науки — дело энтузиастов-одиночек с огнем в глазах и нулевыми бюджетами, а многотысячные коллективы с миллиардами нес занимаются всякой ерундой для потребительского рынка.
— И зачем нам непонятный кто-то, надравший уши мусорщикам? А вдруг там разумные амебы или вообще какая-либо форма кибержизни, которую мы даже понять не в состоянии — не то, что сотрудничать.
— Знаешь, несмотря на наши ожидания, ничего разумного, кроме двуногого, двурукого и прямоходящего, в космосе обнаружено не было. Что косвенно свидетельствует в пользу креационистской теории. Так что с высокой степенью вероятности могу предположить, что и там будут привычные для нас формы тела и разума. А зачем они нам… Непростой вопрос. Молодая раса, вышедшая в космос и при этом обладающая довольно разрушительным оружием… — Он поднял бокал и сделал несколько глотков. — Судя по тому, как ты отреагировала на жетон «Ока», само существование тайного совета для тебя не новость. И то, что, несмотря на внешнее благолепие, у нас полно проблем, ты тоже знаешь. Война против мусорщиков будет длиться вечно, потому что слишком многие на ней делают деньги. Поставки вооружения, оборудования, кораблей… Мы могли бы прекратить эту войну в течение пяти-десяти лет и спокойно развиваться, но существующее положение вещей так приятно и для военных промышленников, и для высшего комсостава, которым не нужно рисковать своей головой, но при этом они как бы боевые генералы, с почестями, орденами и прочей мишурой, включая боевые премии. Но развязывать сейчас гражданскую войну нельзя. Общество нестабильно, и вместо локальной чистки мы, боюсь, получим кромешную бойню. Наш единственный выход — найти молодую и агрессивную расу, которая уже не может уклониться от войны с мусорщиками, и дать им оружие, которое позволит вышвырнуть этих нирваков из нашего пространства. Желательно подальше.
— А вы не боитесь, что таким образом вырастите себе врага на ровном месте?
— Не боюсь, — хохотнул генерал. — Во-первых, они будут зависеть от нас по поставкам вооружения, во-вторых, мы не будем передавать им самые важные военные технологии, ну и, самое главное, мы, я имею в виду тайный совет, вовсе не собираемся их обманывать и подставлять. Так что, если у них есть хоть капля мозгов и полкапли чести, воевать мы будем только вместе и против общего врага. И именно поэтому я посылаю на это дело не крючкотворов и дипломатов, а тебя с братом. Вы кадровые офицеры и не первый десяток лет на войне, так что разберетесь там, по ходу дела.

Россь 

Бригада уходила, так как никто из руководства не желал втравливать страну в войну с гарантированно печальными последствиями. Эвакуировали всех и даже забирали технологический мусор, который накопился за десять лет пребывания русских военных и ученых. Огромные корабли-грузовозы принимали технику бригады, выгружаемую из челноков, и плотно паковали в трюмы, а люди размещались в десантных отсеках. Когда грузили батальон Алисы, большинство кораблей уже сформировало походный ордер, и, приняв последнюю партию, крейсер «Паллада» занял свое место, флотская группа стартовала к Земле.
А через трое суток на орбите теперь уже брошенной планеты появилась небольшая эскадра из трех кораблей айянской постройки. Полковник сай Наро, обнаруживший планету по косвенным признакам, расстроенно смотрел на кадры опустевших поселений, снятые с орбиты. Он очень не хотел лететь в метрополию, ведь контакт с оторванной от центра частью населения — это совсем не то, что разговоры с профессиональными крючкотворами. Но, похоже, другого выхода не было.
— А что по следам пространственных искажений?
— След очень четкий. — Оператор комплекса контрольной аппаратуры развернул объемную проекцию участка Галактики, и на глазах пространство пронзила пунктирная линия, соединившая две системы. — Можем подойти к границе информационного поля и начать сбор информации по прямым признакам.
— А других следов нет?
— Только совсем размытые. — Оператор виновато положил ладонь правой руки на грудь в покаянном жесте.
— Хорошо. — Полковник успокаивающе кивнул. — Так и поступим. Продублируйте приказ на эскадру.

Корабли российского флота, выгрузив технику в контейнерах прямо в открытый космос, доставили людей на лунную базу, где уже дожидались многочисленные сотрудники разных спецслужб. Офицерам, вовлеченным в первое противостояние с чужой расой, предстояло много написать и рассказать въедливым службистам, а тем уже предстояло свести все в единую и непротиворечивую картинку.
Алисе было тяжелее всех, так как ей пришлось объясняться не только по эпизодам на Росси, но и остальным, таким как, например, взлом университетской сети и пересечение границы без документов. В конце концов Алиса просто прекратила разговаривать со следователем и отказалась выходить из камеры. Через сутки ее перевели в гораздо более комфортабельное жилье, а после того, как она привела себя в порядок, в комнату вошел Рокотов-старший собственной персоной.
При виде вплывающих в помещение погон рука Алисы сначала машинально метнулась к берету, а потом, разглядев, кто именно к ней пришел, она словно серая молния, метнулась к нему и молча уткнулась ему в китель, словно котенок.
— Ну, Рыжик. — Ничуть не смущенный адмирал подхватил ее на руки, словно маленькую девочку, шагнул к креслу и осторожно опустил внучку на мягкие подушки. Потом пододвинул второе кресло, сел напротив и взял руки Алисы в свои. — Уже все кончилось. Парней из следственного я отогнал, так что больше к тебе вопросов нет. Мы провели это как спецоперацию, и тебе даже полагается за нее кое-что. — Он достал из кармана коробочку и, вынув оттуда орден «За боевые заслуги», положил перед внучкой. — Остальные свои награды получишь на выходе вместе с вещами.
— Гад, — хмуро вынесла вердикт Алиса. — Все интересовался, кто мне заказал Когана-младшего.
Адмирал на это лишь кивнул с дружелюбной улыбкой. Именно по его просьбе и была проведена форсированная психологическая атака, чтобы вскрыть реакции Алисы на максимальную глубину.
— Ты же знаешь, у них это рефлекс. Сыскарь — это не профессия. Это просто такой тип человека. Но вопрос про Когана не такой простой. — Он нахмурился и сжал губы. — Коган уже знает, кто убрал его сыночка, и прилагает серьезные усилия к тому, чтобы сравнять счет.
— Уже начинать бояться? — Алиса хмыкнула.
— Наймет десяток-другой профессионалов… Никто не сможет жить, оглядываясь двадцать четыре часа в сутки.
— А я и не буду. — Губы у девушки тоже сжались в тонкую линию, сделав ее разительно похожей на адмирала. — Найду сама и актирую к ядреной матери.
— Я предлагаю вариант лучше. — Адмирал, который, видимо, не сомневался в действенности угроз Алисы, вздохнул. — Артефакт, что ты добыла, уже в одном из НИИ, но ученые не могут не то, что заставить его что-то делать, а даже оживить на уровне визуальных эффектов. Если бы ты согласилась поработать какое-то время там, а я пока разберусь с Коганом. — И видя, что она колеблется, добавил: — Ну же, Рыжик, соглашайся. Это нужно прежде всего мне. Там, у Когана, в оборонке полно активов, и так просто это хозяйство не передашь. Потом это война, которая в данное время совсем некстати. Мы только начали чистить аппарат от всяких временщиков и коммерсантов, а конца и края этому нет. А через пару-тройку месяцев я укреплю позиции, и потом можно будет потягаться.
— Точно всего пара месяцев? — подозрительно спросила Алиса и в упор посмотрела на деда.
— Ну хочешь, я тебе оперативное предписание оформлю, но сентябрем. Устроишь ему день знаний, если, конечно, сам не догадается сбежать. У деятелей такого уровня, сама знаешь, чутье как у целой стаи собак. Но мне действительно нужно это время.
— Не вопрос. — Алиса уверенно качнула головой. — Расписаться кровью?
— Ну я же не искуситель. — Адмирал улыбнулся. — Сейчас мои парни закончат с документами, и ближайшим транспортом добросим тебя до института.
— А Лена?
— С тобой, разумеется. — Рокотов-старший пожал плечами. — Вас же не различить, так что, пока не закроем все вопросы, она тоже под ударом. Да и интересно будет посмотреть, как реагирует артефакт на нее. Кстати, посылочку твою с информацией о работах на Сете получили и уже переправили туда, куда ты едешь. Они, в общем, занимались сходными проблемами, только у нас был артефакт попроще. Ну сама увидишь.

Внутренние перевозки Министерства обороны обеспечивались неуклюжими, но надежными транспортами типа «Касатка». Алиса и Елена не впервые оказались в кабине транспорта и после взлета смотрели вниз, на уплывающую в дымку Москву, и вверх, на небо, которое из голубого стремительно становилось синим, а на нем словно по волшебству проступали звезды.
Через два часа полета машина села в аэропорту Красноярска, откуда их скоростным ботом перевезли до одинокой посадочной площадки среди невысокого скального массива. Стоило машине скрыться из виду, как кусок скалы отъехал в сторону, открывая проход в подземный комплекс. Их сопровождающий, невысокий, широкоплечий капитан с эмблемами войск связи, сделав приглашающий жест, молча нырнул внутрь, и девушкам не оставалось ничего иного, кроме как последовать за ним.
Старая железная лестница, несмотря на устрашающий вид, была прочной, словно монолит, и привела их к невысокой раздвижной двери, за которой был такой же древний лифт. После того как двери закрылись, капитан провел карточкой по стенке лифта, и тот, задумчиво пощелкав своими внутренностями, ходко пошел вниз, чуть погромыхивая на направляющих. Потом, к удивлению девушек, он, судя по изменившемуся вектору ускорения, двинулся вбок и через минуту встал, чуть качнувшись на амортизаторах.
Когда с негромким шипением двери пошли в стороны, Алиса и Елена ожидали увидеть нечто соответствующее антуражу заброшенного убежища, но перед ними был просто коридор, обшитый зеленым пластиком, и светящийся ровным белым светом потолок.
Пройдя еще одну дверь, они оказались перед постом охраны, и сопровождающий положил в выдвинувшийся из стеклянной стены лоток документы. Через минуту лоток выехал обратно, но в нем не было никаких документов, а лишь три карточки-пропуска.
— Так. — Капитан повернулся к близнецам. — Карточка-пропуск. Без нее даже из комнаты не выходить. Могут сработать охранные системы. И хорошо, если просто пеной или клеем зальет. Тут все очень серьезно. Уровень три «А», понятно?
— Понятно, — ответила за обеих Елена и прикрепила карточку к лацкану кителя.
— Сейчас я вас представлю вашему непосредственному начальнику — директору института, генерал-майору Колосову. Для всех, кроме него, вы прикомандированные специалисты. В какой области, чего, как и почему, знать остальным сотрудникам незачем.
В этот момент двери распахнулись, и капитан шагнул в холл со стандартной канцелярской стойкой, какие бывают в аэропортах и больницах, и с симпатичной кареглазой брюнеткой возле висящей в воздухе проекции рабочего стола операционной системы «Байкал-24».
— Александр Николаевич! — Брюнетка тепло улыбнулась капитану и мазнула взглядом по Алисе и Елене. — Новеньких привезли?
— Да, Света, типа того. — Он, кивнув на прощание, потащил девушек дальше и, опустившись на несколько этажей еще на одном лифте, они наконец оказались возле дверей с монументальной бронзовой табличкой «Директор Института специальных проблем, доктор наук, академик РАН, генерал-майор Колосов Петр Валентинович».
— У себя? — Капитан, кивнув секретарю, не сбавляя ход, прошел через приемную и открыл массивную резную дверь высотой под три метра. — Петр Валентинович?
— А… Саша. Заходи. Привез?
— Да, здесь. — Александр кивнул сестрам и зашел внутрь.
— Садитесь, товарищи. — Высокий, немного полноватый, но широкоплечий мужчина с короткой стрижкой серебряно-седых волос сделал приглашающий жест. — А ты, Саша, к своим? — И, дождавшись утвердительного кивка, продолжил: — У нас транспорт в Красноярск через три часа, так что можешь дождаться у них, а можешь спуститься вниз. Мы как раз закончили бассейн и воду уже налили. Так что все, кто свободен от работ и вахт, теперь там.
— Хорошо, Петр Валентинович. — Капитан козырнул на прощание и вышел, закрыв за собой двери.
— Ну а с вами у меня разговор будет долгий. — Академик-генерал улыбнулся и сел в свое кресло. — Для начала — зачем вы здесь и что от этого лично вам будет. — Он чуть помедлил, рассматривая девушек. — ИСП занимается передовыми технологиями войны. Все, о чем наши военные пока даже не мечтают, проходит первоначальную апробацию здесь, и кое-что даже удостаивается внимания нашего небольшого, но очень хорошо оснащенного производственного комплекса. — Петр Валентинович чуть прикрыл выразительные серые глаза в облаке мелких морщинок и улыбнулся.
— Благодаря одной из вас мы стали в некотором смысле наследниками одной многообещающей работы в сфере биомодификации человека и только совсем недавно наконец раскрыли всю цепочку, сотворенную юным гением. Покойным, к сожалению. Но я также могу сказать, что Елена, — взгляд его пометался между девушками, и он, уловив кивок от Рокотовой-первой, чуть повернул голову, обращаясь именно к ней, — может тоже пройти биомодификацию, как у ее сестры. Что это дает, надеюсь, вы, Алиса Константиновна, поделитесь и, возможно, даже покажете под запись. Признаюсь, меня весьма поразил ролик, записанный там, в Казанском филиале ИСП. Наши специалисты тут друг другу чуть волосы не выдрали, доказывая, что это невозможно даже теоретически. — Он снова сделал паузу и, чтобы заполнить ее, прижал кнопку интеркома: — Витя, организуй нам с товарищами чайку. — Далее, мне бы хотелось, чтобы вы помогли нам разобраться с предметом, который Алиса Константиновна нам любезно предоставила. Кое-что нам, конечно, удалось, но вот эффекта мгновенного перехода и уж тем более дуплицирования физического объекта достичь не удалось, несмотря опять-таки на весьма своевременно доставленные записи, которым, насколько я знаю, мы опять-таки обязаны капитану Рокотовой. Ну и последнее в списке, но не по значению: я бы хотел, чтобы вы, Алиса Константиновна, провели с нашей охраной несколько семинаров, посвященных проникновению на охраняемые объекты и взлому их сетей. Полагаю, что это будет весьма полезно для наших специалистов. Теперь о быте. Подземный город, где расположен институт, не имеет выходов наружу, минуя охранные посты. Несмотря на то что допуск у вас «красного» уровня и вы можете выйти в любое время, я все же не рекомендовал бы вам торопиться, а провести здесь оговоренные три месяца. Жить будете в гостевых апартаментах, комнаты 4А и 4Б. Обстановка там вполне приличная, так что, надеюсь, проблем не будет. Народ у нас разный — от стопроцентных ботаников до кадровых головорезов, так что компанию себе тоже можете подобрать по вкусу.
Он благодарно кивнул секретарю, поставившему на столик чайный прибор, и сам разлил ароматный напиток в три чашки.
— Что еще? Ах да. На все время пребывания здесь вы подчиняетесь лично мне и все вопросы «что» и «откуда» адресуете тоже мне. Сеть здесь только внутренняя, типа «Невод-шесть», выхода в общероссийскую нет. Если понадобится срочно связаться с родственниками или друзьями, аппарат связи у секретчиков в отделе. Чай, кстати, очень хороший. — Академик сделал большой глоток и несколько картинно зажмурился от удовольствия.
Алиса тоже поднесла чашку к лицу и вдохнула ароматный парок от янтарно-желтого напитка.
— В производственных, научных и жилых блоках действует стандартный распорядок дня, и ночью везде полумрак, а светят только лампы аварийного освещения. Подъем в семь, рабочий день начинается в восемь тридцать. К моменту начала рабочего дня попрошу вас быть в лаборатории номер десять, второй этаж лабораторно-испытательного комплекса. Оружие свое таскать по комплексу не нужно, оставьте его в комнате и забудьте на три месяца.

— Ну что, сестра? — Устроившись в глубоком кресле своих апартаментов, Алиса задумчиво смотрела на Елену.
— Да нормально все. — Елена отмахнулась. — Пересидим чуток и пойдем добывать шкуру этого Когана.
— А насчет модификации?
— Не знаю. — Елена помотала головой. — Если честно говорить, боязно чего-то. Имплантанты — еще туда-сюда, а вот это вот шаманство…
— А вот так хочешь уметь? — Алиса достала из кармана пятак и коротким кистевым движением послала его в стену, где стальной кругляш пробил пластик облицовки и врезался в стену, смявшись, словно бумажный, и расковыряв бетон на пять миллиметров вглубь.
— Весомо, — прокомментировала Елена, после того как выковыряла монету ножом и выложила на стол для осмотра. Потом долго ощупывала своими чуткими пальцами сухожилия и мышцы новоявленной сестры и только после всего вынесла короткий вердикт: — Я тоже так хочу!

День начался с противного жужжащего звука общего подъема. Учреждение, несмотря на то что в нем трудилось более двух третей гражданских специалистов, работало по жесткому военному распорядку, и даже на пробежке в длинном кольцевом коридоре был практически весь институт во главе с директоратом.
После обильного и вкусного завтрака сестры пошли на экскурсию, которую им устроил замдиректора по персоналу. Выделенный в проводники лаборант провел их по всем лабораториям, а поскольку у него был всего лишь синий пропуск, терпеливо дожидался у некоторых дверей, пока Елена и Алиса удовлетворят свое любопытство.
Встречали их хорошо, несмотря на то что их никто не знал. Но улыбчивые красавицы сразу же покорили мужское население центра, а в силу того, что Елена и Алиса не кокетничали и не заигрывали с мужчинами, и женщины в основном отнеслись к ним положительно, потому что не увидели в них соперниц.
Лаборатория, в которой им предстояло трудиться или изображать трудовую деятельность, находилась на втором уровне лабораторного комплекса и представляла собой целый блок, объединенный центральной комнатой, где находился почти точно такой же комплекс, какой Алиса уничтожила на Сете. Невысокий подиум с расположенными радиально мощными электромагнитами со сверхпроводящей обмоткой. Поскольку дополнительный реактор, предназначенный специально для питания платформы, только монтировали, эксперименты проводились в ночное время и лишь раз в три дня. Чаще не позволяли накопители, которые лишь за этот срок могли собрать излишки энергии в один импульс.
Пока таких экспериментов было проведено всего два, но результаты руководителя лаборатории, доктора физических наук Игнатовича, не радовали. Невысокий, коренастый мужчина в лабораторном комбинезоне подскочил к ним, как только Рокотовы вошли в главный зал, и, блестя лысиной, увлек их в зону отдыха, где посадил перед большим трехметровым экраном.
— Ну вот. — Он кивнул на экран, где был виден артефакт и огоньки, бегающие по его поверхности. — Кроме этой, с позволения сказать, светомузыки, никакого другого эффекта. Возможно, с вашей помощью мы сможем что-то прояснить.
— Петр Николаевич, а зачем такой мощный источник поля? — Алиса качнула головой в сторону платформы.
— Так в материалах, которые нам предоставили, были лишь чертежи этой установки и лабораторный журнал работы с ней. А там до трехсот тесла.
— И все? — удивилась девушка.
— Ну не совсем. — Профессор улыбнулся. — Были еще схемы охранных и прочих защитных систем, вентиляции и даже коды связи с транспортами. Но для нас это, как вы сами понимаете, бесполезно. Видимо, взломщики брали все подряд, но им по каким-то причинам не хватило времени.
Алиса усмехнулась:
— Причина на самом деле очень проста. Весь комплекс во время взлома был уничтожен тактическим зарядом малой мощности, и теперь там лишь одна глубокая яма. — Она задумалась на несколько секунд. — Но я точно знаю, что как минимум один раз артефакт активировали с помощью если не портативной, то во всяком случае мобильной установки — в действующем госпитале. А значит, возможна его работа при гораздо более низких значениях поля. Иначе вся медицинская аппаратура просто вышла бы из строя.
— Хм… — Заведующий лабораторией кивнул. — Логично. Но это мы можем попробовать хоть сейчас. Дневной лимит у нас еще не выбран, так что прошу.
Несколько коротких отрывистых команд, и один из столов был очищен от оборудования, а под него вкатили нечто напоминающее сварочный аппарат.
— У него примерно двадцать тесла на максимуме, что подходит для несложных лабораторных опытов. — Он кивнул лаборанту, и молодой парень в голубом комбинезоне осторожно положил пластину артефакта на стол и включил питание.
Ровный шелест охлаждающих вентиляторов был единственной реакцией на включение установки. Не было даже огоньков на сером монолите артефакта.
Петр Николаевич разочарованно вздохнул и уже открыл рот, для того чтобы что-то сказать, но Алиса решительно отодвинула его в сторону и взяла пластину в руки.
Огоньки сразу вспыхнули и после короткой суеты выстроились в несколько геометрических фигур, похожих на те, что рисуют уфологи на полях. Потом фигурки исчезли, и на поверхности побежали ровные ряды символов, словно кто-то быстро печатал на клавиатуре.
— Мы снимаем? — напряженно спросил профессор, и после брошенного кем-то утвердительного: «Шестой протокол», — облегченно вздохнул.
А на пластине, словно на планшете, появились и замерли в двух рядах шесть символов разного цвета.
— Ну какой нажимаем? — Алиса с какой-то бесшабашной лихостью посмотрела на профессора, отчего тот от неожиданности даже отодвинулся подальше.
— А почему вы считаете, что их нужно нажимать? Вдруг откроется портал, и оттуда на землю рванут орды инопланетных тварей?
— Полагаю, защита от дурака изобретена не человечеством и умрет намного позже, чем о нем забудут, — подала голос Елена.
— Профессор не об этом. — Лаборант, который подключал установку, покачал головой. — Вдруг для тех, кто создал этот артефакт, существа, способные уничтожить на Земле все живое, просто легкий завтрак, а сейчас вы выбираете меню. Или это вообще установка для утилизации отходов, и все, что вокруг, просто превратится в пыль или будет унесено куда-то в неведомую даль?
— Логично. — Девушка качнула головой и положила пластину на стол. — И мы так и будем пялиться на эту карусель?
— Нет, конечно. — Петр Николаевич напряженно улыбнулся. — Но и нырять в незнакомый колодец просто так не будем. Поскольку артефакт активировался, мы автоматически переходим в так называемый «седьмой протокол», подраздел «В» и переезжаем работать в особо охраняемое помещение. Например, в шестой блок. Это, конечно, не очень удобно, но интересы науки в данном случае важнее. А сейчас я хотел бы попросить вас повторить ваши манипуляции, только чуть медленнее и под нашим наблюдением. — Он поднял взгляд и посмотрел на своих сотрудников. — Ну что стоим? Тащите сюда детекторы, полевые сканеры и все, что можете. Попытаемся хоть что-то зафиксировать.

Глава 11

Болт, забитый молотком, держится гораздо крепче, чем гвоздь, вкрученный отверткой.
Народная мудрость

Журнал «Новые горизонты», медиагруппа «Европа». 
Отрывок из статьи «Жилье и финансы в преддверии нового века» 
Рынок жилья — динамично развивающийся сегмент, так что предложений разного типа довольно много, и мы позволили себе, проанализировав ситуацию, сделать некоторые обобщения.
Традиционное жилье в секторе «А» европейских директорий сильно подешевело и будет дешеветь дальше, так как европейский климат, к сожалению, будет и дальше ухудшаться. Причем это касается не только севера Европы, но и юга. Такие места, как средиземноморское побережье и Адриатика, переживают далеко не лучшие времена в связи с климатическими изменениями и аварией на нефтепроводе АБУН, соединяющем Саудовскую Аравию и Европу.
Также не очень привлекательно выглядят инвестиции в жилье Американских директорий и директората Япония.
Вместе с тем, учитывая более высокие оклады именно на континенте, тем, кто желает быстро продвигаться по служебной лестнице и много зарабатывать, мы настоятельно рекомендуем именно этот вариант.
Ну а тем, для кого заработок не имеет решающего значения, или тем, кто работает удаленно, мы настоятельно рекомендуем присмотреться к недвижимости на плавучих островах. Прекрасный климат, великолепный сервис и развлечения на любой вкус — вот то, что привлекает многочисленных граждан именно к этому варианту.
Сейчас океаны бороздят более трех десятков островов, имеющих на своем борту апартаменты на любой вкус, даже те, что могут быть отделаны по вашим требованиям в кратчайшие сроки лучшими материалами. В некоторых есть персональные посадочные площадки и личные причалы, а вашими соседями будут знаменитости из мира бизнеса и искусства.
Последний из таких кораблей — «Город Солнца» Питера Груммана, построенный на океанских верфях Японской директории, гигант длиной более километра и высотой почти двести метров — разместил в себе не только многочисленные и комфортабельные апартаменты, но и парк, поле для гольфа и даже настоящее футбольное поле со стадионом.
Цены на апартаменты колеблются от пятисот тысяч талеров до ста миллионов, причем в стоимость квартиры входит также медицинская страховка и страховка от несчастных случаев. Многочисленный и квалифицированный персонал в основном состоит из роботов последнего поколения, так что вы будете избавлены от необходимости видеть низших за завтраком и во время прогулок.

Солнечная система, орбита Земли 

— Есть устойчивый импульс нархона! — Голос оператора, казалось, звенел от напряжения.
— Пеленг?
— Взят. Уточняем локализацию через разнесенные точки.
— Эскадру готовить к прыжку.
Из субпространства эскадра вышла на границе Солнечной системы, в районе Плутона, и начала неторопливое движение к «поясу жизни», внимательно фиксируя все изменения поля, чтобы не пропустить новый всплеск. И он последовал буквально через час, что позволило кораблю мгновенно определиться с планетой и даже очертить на одном из материков круг, где находился нархон.
Зависнув в каких-то ста тысячах километров над материком голубой планеты, разведывательная эскадра записывала транслируемые оттуда передачи, чтобы составить примерный психологический портрет землянина.
Было весьма удивительно, что, несмотря на имевшиеся технологии межзвездного перехода, на планете все еще существовали отдельные государства, и они, пусть и объединенные в союзы, активно противостояли друг другу.
Строй, который сформировался в западной части северного полушария иначе, чем окультуренным рабством, было не назвать. Граждане высшей и шестой категории различались так же, как прасты и их рабы, чью цивилизацию айи стерли еще в самом начале межзвездных войн. Людские муравейники Юго-Восточной Азии тоже не впечатляли, так как невозможность регулирования собственной популяции была одним из признаков примитивных рас.
И лишь восточная часть северного полушария как-то соответствовала представлениям айян об организованной расе. Более-менее равномерное заполнение гигантских просторов и, несмотря на это, довольно высокотехнологичное производство и развитая наука.
За две недели висения над Сибирью корабли собрали гигантское количество информации о землянах вообще, и о России в частности, и самым удивительным было то, что, несмотря на ресурсы и малую плотность крайне многонационального населения, страну эту практически ни разу не завоевывали. Кадры последней глобальной войны, которые нашлись в Сети, заворожили даже видавшего виды полковника Наро. Первобытная ярость схваток на земле и в воздухе поражала воображение и заставляла его сильно, до боли, сжимать кулаки.
Тем временем искин флагманского корабля уже расшифровал язык и структурировал его, так что, полежав несколько часов в коконе, полковник освоил русский в полном объеме, что позволяло ему при необходимости вести переговоры без использования трансляторов, не утруждающих себя лингвистическими тонкостями.

Объект № 510, центральный узел связи Министерства обороны России 

Подполковник Алиев, несмотря на серьезное звание, был довольно молодым человеком, которого в свое время прихватили за тем, что он совал свой нос туда, куда не следует. Но поскольку юный хакер не успел натворить ничего серьезного и вообще не делился своими похождениями, то после ряда бесед получил направление в Академию связи имени Буденного, а потом распределился в одно из подразделений Службы контроля космического пространства. Именно он и был тем человеком, который вскрыл систему кодирования службы видеоконференций департамента обороны ЕАА. Просмотр совершенно секретных совещаний высших чиновников департамента стал одним из развлечений командного состава разведки.
Молодого офицера отметили внеочередным званием, и уже капитан Алиев был переведен в ЦУС на должность заместителя начальника отдела информационной разведки. Потом были еще несколько операций по вскрытию совершенно секретных сетей, и через пять лет молодой подполковник занял место начальника службы, которая разрослась до размеров управления. Молодые гении математического анализа, криптологи и программисты, не знавшие слова «невозможно», на полную катушку использовали имевшиеся в их распоряжении пять суперкомпьютеров, занимавших отдельный бункер на двухсотметровой глубине, и добивались впечатляющих результатов, несмотря на молодость коллектива.
И вот теперь практически весь состав первого отдела, двадцать пять человек, наблюдали, как срабатывают их поисковые маркеры.
— Все, Ашот. — Никита Филин потер покрасневшие от усталости глаза и посмотрел на начальника. — Можешь идти к руководству. — Это точно не европиндосы, не Китай и вообще никто из наших, я имею в виду землян. Мы только чуть залезли к ним и даже кодировку не опознали.
— А локализовать их хоть примерно можем? — Подполковник, просматривавший визуализацию Сети, выполненную в виде клубка из переплетенных желтых нитей, сдвинул проекцию и укрупнил участок. — Смотри-ка, даже в архив полезли. Сорок терабайт записей Первой и Второй мировой? Это точно не земляне. Зачем лезть в сеть Министерства обороны за тем, что можно бесплатно получить на любом сервере?
— Локализовать? — Брови лейтенанта Филина приподнялись. — Ну если нам дадут командный линк на систему «Око»… Но я тебе и так квадрат покажу, а там пусть разведка напрягается. Сейчас намного интереснее посмотреть, где он ползает и чего собирает.
— А что аналитики скажут? — Алиев повернулся к стоявшей рядом черноволосой кареглазой женщине с погонами майора.
— Мы думаем готовится к контакту. — Она достала из кармана проектор, направила на стену и нажала на кнопку. — Вот здесь графики его сетевой активности по континентам. Сначала был облет и прощупывание всей сети, потом точечный взлом всего подряд, от корпораций до частных военных компаний, потом на какое-то время отключился, видимо, анализируя свободный трафик, а после — завис над Россией и сконцентрировался только на нас.

Объект «Вереск» 

Несмотря на уверенность Рокотовых в том, что переезд будет длиться недели две, к их изумлению, через двое суток все оборудование было смонтировано на новом месте, и за тремя слоями керамобетона и стали, которые окружали бункер для опасных экспериментов, началась планомерная работа по изучению пластины артефакта. К этому времени Елена уже вернулась из лаборатории, где первой прошла биомодификацию на новом оборудовании. Скачок в параметрах у нее вышел даже чуть больший, чем у Алисы, но в потоке модифицирующего сигнала у Елены не было программы рукопашного боя, разработанной лучшими специалистами по диверсионной подготовке, так что в спортзале они имели примерно равные шансы.
И в лаборатории пластина артефакта реагировала на них с одинаковой интенсивностью, но немного по-разному, что выражалось, например, в разных символах в первичном меню и разных эффектах, сопровождавших вход в подменю. Алиса, как правило, окутывалась легким вихрем из желтого сияния, а Елена — красными искрами, идущими снизу вверх и бесследно тающими чуть выше головы.
Когда наконец ученая братия наснимала это явление вдоволь, им разрешили небольшой перерыв, который они обычно проводили в обществе профессора Игнатовича и его зама, роскошной дамы со скуластым скандинавским лицом, густой копной русых волос и повадками опытного вивисектора.
— А что если нам, девочки, расширить эксперимент? — Она отпила густой кофе и, испросив взглядом разрешения у шефа, продолжила: — Вы сейчас берете объект двумя руками. А может попробовать взять его вдвоем? Так сказать, усилить воздействие?
— У меня другое предложение. — Алиса озорно улыбнулась и, легко встав, прошла к столу, где лежала пластина, и вернулась за столик вместе с ней.
Поскольку установка была отключена, профессор был спокоен и не ожидал никаких неожиданностей, а Алиса, которая долго обдумывала эту идею, взялась двумя руками за пластину и представила себе Москву с высоты заходящего на посадку стратосферника.
Нархон, уже накопивший достаточно энергии, мгновенно вычислил относительные координаты места, и на уровне головы Алисы раскрылось окно, обрамленное неярким розовым сиянием, а в окне показалась слякотная январская Москва и сверкающие золотом купола храмов.
— Съемка! — гаркнул Петр Николаевич и оглянулся.
— А как же! — Старший лаборант Новицкий уже стоял рядом с ручной камерой. — С нашими гостьями зевать нельзя.
— А сдвинуть можно? — Елена ткнула Алису в бок локтем.
— Мужскую баню?
— Вот на хрен! — Елена, словно кошка, недовольно фыркнула. — Давай наш комплекс в Химках!
Окно, словно летающая камера, послушно скользнуло в сторону и уже через несколько минут показало «Бублик», где располагалось Центральное командование сил специальных операций Министерства обороны, и замерло на высоте двадцати метров над главным входом.
— А ближе?
— А если там двусторонняя видимость? — резонно ответила Алиса и усилием воли отключила проекцию. — Стрельнут еще для профилактики. Там, в охране, те еще параноики.
— Умеете вы удивлять, барышни. — Заведующий лабораторией устало вытер лицо ладонью. — Я уже, честно говоря, замучился переписывать план исследований. М-да. — Ну что ж. — Он поверх голов посмотрел на своих сотрудников, собравшихся вокруг. — Будем работать. — И, уже обращаясь к Алисе, улыбнулся: — Нет, ты все правильно сделала. Пусть и кривовато, как обычно у вас, у военных, но правильно. Если новые возможности сделаем стабильными, то орден Засядько я вам обещаю.
До окончания рабочего дня они успели проверить, как выглядит окно со всех сторон, и, подвесив его прямо в лаборатории, снимали на камеры высокого разрешения невзрачную туманную точку размером с булавочную головку, плавающую в воздухе. А потом двигали его во всех направлениях, проходя сквозь стены, словно их не существовало.
А через два дня в лаборатории появился скромный мужчина в сером костюме и наброшенном поверх пиджака белом халате и внимательно следил за эволюциями «окна». И только когда прозвучал сигнал окончания рабочего дня, подошел к сестрам.
— Генерал-майор Тарасов Иван Александрович, разведка. — Он достал из кармана удостоверение и, чуть согнув пальцами для активации встроенного чипа, показал его Рокотовым. — Я хотел бы попросить вас задержаться.
Девушки молча откозыряли и, кивнув на прощание сотрудникам, покидавшим лабораторию, отошли в сторонку.
Когда в помещении остались лишь генерал, они и Петр Николаевич, Тарасов достал из кармана еще одну карточку и показал сестрам. Цифровой код, напечатанный специальной краской, никому, кроме Рокотовых, ничего бы не сказал, но они, произведя в уме несколько простых операций, синхронно кивнули. Это был действительно посланец деда, и ему можно было доверять на все сто.
— Давайте, товарищи, покажите мне, как работает ваше «Око».
Когда окно погоняли над Москвой, он остановил Алису и кивнул.
— Отлично. Теперь давайте сдвинем чуть западнее?
— Куда летим? Октагон под Раммштайном или сразу форт «Мид», штат Мэриленд? — Алиса озорно улыбнулась.
— Ну давай в форт «Мид». — Генерал-майор усмехнулся и, достав из кармана портативный штатив, стал устанавливать на него крошечную камеру.
— Осмелюсь предложить вместо вашей камеры «Красногорск-Альфа». — Профессор пошел куда-то в глубину лаборатории и вынес исследовательскую камеру сверхвысокого разрешения на массивном треножнике. — Или поставим обе сразу, чтобы потом сравнить результаты?
— Годится. — Иван Александрович кивнул, и к тому времени, когда в поле зрения окна появилась серебристая пирамида здания штаб-квартиры Агентства Безопасности Альянса, обе камеры бесстрастно фиксировали происходящее.
Как оказалось, генерал прекрасно знал внутреннее строение здания, и, не плутая по коридорам, окно, минуя перекрытия и защитные системы, сразу попало в кабинет руководителя Агентства, четырехзвездного генерала Эствуда.
Из-за плеча директора АБА был виден рабочий компьютер, документы на столе, а генерал с какой-то странной усмешкой читал текст перелистываемого Эствудом меморандума.
Больше шести часов, сменяясь, Алиса и Елена гоняли окно по кабинетам самой секретной спецслужбы Альянса, а улыбка Тарасова становилась все шире, словно у кота, нашедшего целый бидон со сметаной.
— Все, товарищи офицеры. — Тарасов хлопнул ладонью по коленке и встал. — Давайте на сегодня заканчивать, а завтра еще что-нибудь посмотрим.
— Но у нас план, — спокойно, но как-то потерянно произнес руководитель лаборатории. Он, конечно, сам написал рапорт о новых возможностях артефакта и знал, что военные непременно вмешаются, но не предполагал, что это будет так скоро.
— План — это, конечно, хорошо. — Генерал-майор улыбнулся. — Но сейчас, уважаемый Петр Николаевич, очень многое зависит от того, сколько и чего мы положим на чашу противостояния. Потому что если будет недостаточно, то начнется война, и вот тогда точно мало никому не покажется. А теперь мы сможем прижать эту старую крысу Эствуда так, что он у нас мигом станет из ястреба убежденным голубем.

Солнечная система, орбита Земли 

Полковник Наро просматривал почту, когда прозвучал вызов центрального поста.
— Слушаю. — Он отложил планшет и повернулся в сторону проекции.
— Активирована одна из закрытых функций нархона, сай Наро.
— Дай-ка догадаюсь. — Полковник хмыкнул. — Проникновение по произвольным координатам?
— Нет, пока только наблюдение, но, судя по тому, куда они подсматривали, игра пошла довольно серьезная. Мы пытались дистанционно восстановить блокировки, но ничего не получилось.
— Я сейчас буду.
Через несколько минут он, подтянутый и строгий, как и подобает командиру его ранга, уже просматривал кадры, которые перехватила система наблюдения эскадры.
— Это разведцентр коалиции стран, противостоящих нашим подопечным, — пояснил оператор. — Они его потрошат почти шесть часов.
— Солидно. — Полковник подвигал губами. — Интересно, а следующим шагом они подбросят туда взрывное устройство?
— Возможно. — Оператор кивнул. — Раса довольно агрессивная, так что возможны варианты.
— Хорошо. — Полковник кивнул. — Десятиминутная готовность к проколу. Готовь канал в их исследовательский центр. Посмотрим на этого мастера снимать блокировки.
Через мгновение стационарный нигал эскадры выбросил короткий импульс, полковник Наро шагнул на бетонный пол лаборатории и, привычно одернув мундир, посмотрел на замерших в шоке землян.
— Полковник сай анао Наро. Флотская разведка Гисса Айян. — Он вскинул раскрытую ладонь к правому плечу в традиционном воинском приветствии айя.
Первым сориентировался генерал из ГРУ. Он на мгновение вытянулся по стойке смирно и отдал честь.
— Генерал-майор Тарасов. Военная разведка России.
— Капитан Рокотова.
— Капитан Рокотова.
Алиса и Елена откозыряли и, не отводя взгляда от незваного визитера, ждали продолжения.
— Профессор Игнатович Петр Николаевич. — С каменным лицом профессор поклонился гостю и показал рукой на свободное кресло: — Присаживайтесь, сай анао Наро. У нас говорят: «В ногах правды нет».
Несмотря на бушевавшую в душе бурю, земляне держались невозмутимо, словно на них каждый день сваливаются посланцы других цивилизаций. Профессор лишь проверил положение объектива своей камеры и, убедившись, что умная железка уже довернула объектив в сторону движения, достал из отсека под столом пять чашек и стал разливать чай, радуясь, что сегодня он заварил не обычный краснодарский, а «Ростовское золото», стоившее в пять раз дороже.
— Какими судьбами в наших краях? — тоном светского человека поинтересовался генерал, поднимая чашку на уровень рта и вдыхая ароматный парок.
— Меня беспокоит судьба одной вещи, которая принадлежит нашей цивилизации. — Полковник достал из обшлага мундира тонкую серебристую иглу и, окунув в чай, несколько секунд наблюдал за чуть утолщенной головкой, затем, видимо, сочтя результат удовлетворительным, тоже поднял чашку. — Нархон класса «Спасатель». Был утерян примерно восемьсот лет назад и считался разрушенным. Каково же было наше удивление, когда давно утерянный нархон вдруг подал сигнал, и довольно мощный. Несколько дней поиска — и вот я у вас. — Кеор поклонился.
— Мы рады приветствовать вас у нас в гостях. — Генерал улыбнулся. — Возможно, мы могли бы заинтересовать вас еще чем-нибудь, кроме этого давно потерянного прибора?
Кеор Наро улыбнулся в ответ и осторожно пригубил чай.
— Хм. Интересный вкус. — Он поставил чашку. — Понимаете, генерал. Дело не только в том, что нархон класса «Спасатель» — это сам по себе уникальный прибор, который к тому же и стоит немалых денег. Но еще нам очень хотелось бы знать, каким образом нархон утратил прошитые в нем блокировки и по сути стал прибором совсем другого класса, которым пользуются подразделения безопасности и разведки.
Полковник неторопливо плел вязь беседы, лишь искоса поглядывая на двух юных исао, которые просто фонтанировали сырой силой. Та, у которой волосы длиннее, была адептом воздуха, а вот рыжая явно огненный маг. Теперь Наро стало ясно, как именно слетели блокировки нархона. Выплеск сырой силы большой мощности вполне мог перевести его в аварийный режим спасения, а дальнейшие манипуляции лишь закрепили это состояние.
— Для этого обязательно изымать устройство? — Профессор вопросительно поднял кустистые брови. — Здесь тихо, уютно, и мы можем предоставить для вас целое крыло, где можно разместить исследовательскую аппаратуру. Полагаю, что секретность для вас не пустой звук, а здесь эту секретность можно обеспечить, как нигде в вашем государстве.
— А почему вы решили, что я хочу забрать нархон? — Сай Наро покачал головой. — Просто посмотрю, пройдусь сканером и сниму данные с записывающего устройства. Спасательной службе будет тоже очень интересно, как и почему погиб их сотрудник. А нархон можете оставить себе, если он так уж вам приглянулся. Хотя этот антиквариат можно было бы обменять на десяток новейших образцов.
— С установленными блокировками и меньшим сроком службы? — Тарасов невесело усмехнулся, понимая, что если цивилизация такого уровня решит отобрать принадлежащую ей вещь, то им останется лишь сделать красивое лицо.
— Откуда такое недоверие, генерал? — Сай Наро улыбнулся. — Мы же еще практически незнакомы. Нет, конечно. У нас нет традиции оптимизировать выпуск военных устройств до одноразового состояния. Даже учитывая возможности порчи или утери, всегда более выгодно сделать вещь с высоким запасом надежности. Ведь от этого зависят жизни солдат и офицеров. Да и гражданские вещи часто имеют маркировку «сто», что означает гарантированные сто лет службы. Это примерно сто десять ваших лет. Мы традиционалисты и не любим менять среду обитания, даже если это касается бытовых устройств. Но я бы на вашем месте озаботился не этим, без сомнения, великолепным образцом технологии Гисса Айян, но тем, что вы будете делать, когда Властители мусорщиков выяснят наконец, куда пропал один из их доменов, и пришлют сюда свои боевые корабли.
— Властители? — Генерал-майор нахмурился.
— Да, это те, чей Улей вы так остроумно взорвали термоядерной бомбой. — Теперь выражение лица сай Наро было печальным. Он даже в мыслях уже сожалел, что такая молодая цивилизация падет от экспансии мусорщиков. — Властители чрезвычайно мстительны и не любят, когда их собственность уничтожают. Ну и, самое главное, их не зря прозвали мусорщиками. После них на оставленных планетах лишь отвалы пустой породы и прочий мусор. Они уничтожают цивилизации под корень, и поэтому их также называют могильщиками.
— Но ведь у вас наверняка есть просто замечательное предложение, от которого мы просто не сможем отказаться? — Несмотря на иронию в тексте, на лице генерала это никак не отразилось, он продолжал смотреть на посланника иной цивилизации все так же тепло и доброжелательно.
Но полковник все же как-то почувствовал эту тонкую грань, и лицо его приняло немного виноватое выражение.
— Я вполне понимаю, как это выглядит с вашей стороны, генерал. И не буду оправдываться, но никому из нас и в голову не придет подбрасывать ваши координаты мусорщикам. Но, конечно, военный союз эту ситуацию облегчит и для вас, и для нас. Оружие, технологии, да и просто выход на имперский торговый рынок — это, как мне кажется, достойный размен за небольшую помощь в разрешении этой давно перезревшей проблемы.
— Гисса Айян хочет нанять варваров для войны? — осторожно поинтересовался профессор.
— Называйте это как хотите. — Полковник небрежно взмахнул рукой. — Только альтернативы все равно нет. Раз уж мусорщики появились здесь, то этот сектор высосут досуха. А учитывая, что их потери в войне с нами примерно десять к одному по кораблям и сто к одному по людям, еще неизвестно, что будет с населением Земли. Рабство у Властителей — сложившаяся традиция, и менять они для вас ничего не будут.
— Но я полагаю, что это вам лучше всего обсудить с руководством Организации Объединенных Наций.
— Я не трачу время на бессмысленные разговоры. — Наро покачал головой. — Ни с кем, кроме России, я договариваться не намерен. Считайте это моей прихотью или чем вам заблагорассудится, но это так. Остальные договоренности в рамках планеты, если они, конечно, вам понадобятся, будете осуществлять сами.
— Все же я настаиваю на вашей встрече с руководителем нашей страны. — Генерал покачал головой. — Наши договоренности, как бы ни было высоко мое положение, не смогут перерасти в область практических решений.
— Тогда, возможно, не будем затягивать? — Полковник взял нархон и, вытащив из кармана серебристый стержень, вставил его куда-то в прибор, а после короткого сигнала вынул обратно. — Можем перейти ко мне на корабль, а оттуда уже в кабинет вашего руководителя.
— Все-таки нужно предварительно позвонить. — Генерал вытащил коробочку коммуникатора и набрал короткий, всего четыре цифры, номер.
— Коля, привет. Шеф на месте? Свободен? Дай его, пожалуйста. — Прошло чуть больше тридцати секунд. — Николай Сергеевич. — Генерал даже внешне подобрался. — У меня девятнадцать — ноль шесть. Да прямо сейчас. Предлагает не тянуть и перебросить меня с ним прямо к вам в кабинет… Хорошо… Так точно. — Он отключил связь и посмотрел на полковника. — Я готов.
Секунда, и оба офицера словно растворились в пространстве.
— Дела… — Елена задумчиво потерла макушку и посмотрела на сестру. — Какие прогнозы?
— А чего, кинут аборигенам кремневых ружей да бросят в атаку на пулеметы. — Алиса дернула плечом, выражая пренебрежение. — Сами-то гибнуть не хотят, вот и ищут, кого бы подвязать под это дело.
— Вы, милые дамы, не учитываете одного весьма важного обстоятельства. — Профессор поставил опустевшую чашку на стол и, задумавшись на несколько секунд, налил себе еще чаю. — Идеологическое и прочее давление со стороны так называемого Альянса настолько высоко, что это было проблемой еще много сотен лет назад, а сейчас приобрело характер войны. И непонятно, что хуже: враг, давно известный, или эти так называемые мусорщики. — Он положил сахар и, бесшумно размешав его в чашке, сделал глоток, глядя куда-то в пространство. — Конечно, мы, избавляясь от одной проблемы, сталкиваемся с новой, но это в любом случае рост и движение вперед, так что предложение этого Наро я считаю вполне приемлемым. — Он перевел взгляд на девушек. — Все. Идите отдыхать. Сейчас начнутся такие скачки, что нам всем будет не до сна.
Последняя фраза оказалась пророческой. Рано утром, еще до общего подъема, обеих Рокотовых вместе с артефактом привезли на военный аэродром, откуда стратосферником ВВС отправили в столицу.

Глава 12

Паранойя — это не только болезнь, но и возможность прожить долгую жизнь.
Профессор института Сербского, доктор медицинских наук Петр Ильич Бакунин

Шифрограмма по особому командному каналу системы «Паралакс». 
Всем подразделениям Министерства обороны, чрезвычайных ситуаций и внутренних дел. 
Пламя! Пламя! Пламя!
Подписано — Президент России Батов.

Всем командирам кораблей частей и соединений военно-космического флота и сил противокосмической обороны.
Получить двойной боезапас и пополнить продуктовые трюмы до норматива № 505.
Усилить несение службы дополнительными вахтами. Держать реакторные установки главного хода в дежурном режиме. Быть готовыми к срочному переходу и вступлению в бой сразу же после перехода.
Службам контрразведки и разведки флота — команда «Берег».
Подписано — командующий ВКФ, адмирал флота Липатов.

Владимир Сергеевич Коган в это хмурое январское утро был на работе раньше, чем его многочисленные референты и секретари. Пройдя по свежевымытым полам, сверкающим в свете потолочных ламп, коснулся ладонью сканера и, дождавшись, пока охранная система откроет двери, шагнул в просторный кабинет, находившийся на самом верхнем этаже здания «Банка инвестиций и инноваций», принадлежащего ему так же, как и множество других предприятий по всему миру.
Одетый в классический серый костюм свободного кроя, высокий, подтянутый и широкоплечий, с ранней сединой в волосах, которую он категорически отказывался корректировать, и пронзительным взглядом темно-карих глаз, Коган привлекал женщин не только своими деньгами и связями, а еще и как истинное воплощение альфа-самца. Твердо шагая, он пересек кабинет, сел в подъехавшее к нему кресло и придвинулся к столу.
Собственно, пришел он только для того, чтобы забрать некоторые документы из огромного сейфа в рабочем кабинете и уничтожить все остальное. Самолет уже давно ждал на подмосковном аэродроме, готовый вылететь в одну из европейских столиц, где не будет ни надоедливого контроля государства, ни так раздражавшего его «совка», которым Коган считал все, что его окружает в России.
Но теперь все действительно было кончено. Большая часть активов продана через третьи руки, так что концов не найти, основная часть архива уже лежит в комнате-сейфе в его поместье в Уэссексе, а верные и нужные ему люди давно перебрались на новые места жительства. Оставалось только одно дело. Тварь, которая убила его мальчика, должна быть уничтожена, и это единственное, из-за чего Коган все еще был в России.
Лицо, на котором лежал ровный средиземноморский загар, еще больше потемнело, когда он вспомнил своего так нелепо погибшего единственного наследника.
Он не стал разбираться, кто прав и виноват. Олигарху было достаточно имени убийцы, а остальное сделали нанятые специалисты Инфострады. Лучшие инфры несколько месяцев разыскивали эту тварь, и наконец сегодня утром раздался такой долгожданный сигнал. Стратосферник с Рокотовой прибывает на аэродром «Чкаловский» в десять утра, но к этому моменту уже все готово. Больше пятнадцати миллионов юаней было потрачено, чтобы снайперы, взрывники и чистильщики уже через два часа после получения сигнала были на позициях, и сейчас ничто не сможет помешать этой проклятой гадине сдохнуть.
Но была еще одна очень важная причина для нападения. Взрыв на дороге должен был послужить сигналом к массовым выступлениям так называемого «гражданского населения» — специально подготовленных боевиков, набранных из отребья по всему миру и тайно перевезенных на территорию страны. Но финансировавший всю эту историю Коган не верил, что здесь, как он говорил, «в этой стране», возможна подобная революция. Слишком серьезна оказалась прививка конца двадцатого века, чтобы люди добровольно согласились окунуться в глубину безвластия и гражданской войны.
Коган достал из сейфа тоненькую папку, которую планировал взять с собой в самолет, закрыл сейф, набрал комбинацию уничтожения содержимого и, не отвечая на приветствие секретаря, вышел из кабинета.

Земля, Москва, аэродром «Чкаловский» 

Небольшая автоколонна из трех машин и трех тяжелых бронетранспортеров выехала за ворота авиабазы и, быстро набрав скорость, выскочила на автостраду, ведущую к центру Москвы. Сверху над машинами висела пара беспилотников, а на расстоянии в несколько километров парил «Альбатрос», тяжелый ударный дрон с пятью тоннами вооружения на борту.
Но ответственный за конвой, полковник Котин, доверял только своим людям и своему чутью, поэтому сзади, в километре от колонны, шла эскадрилья скоростных вертолетов К-110, а в узловых точках маршрута дежурили мобильные группы, в состав которых входили даже несколько танков.
Все это произошло потому, что обеспечение проводки вместо генерала Приходько передали какому-то залетному варягу. А варягов полковник Котин не любил, а любил прислушиваться к своей паранойе, что все время после получения приказа просто выла, словно сирена воздушной тревоги. Это чувство, уже неоднократно спасавшее своему владельцу жизнь, проявилось впервые во время Южной войны и за прошедшие годы лишь укрепилось.
И теперь конвой двигался по Подмосковью, словно по вражеской территории, ощетинившись стволами пушек, пулеметов и опустив бронещитки на стекла. Но международному отребью, которое уже рассредоточилось вдоль дороги под видом обычных граждан, было не важно, в кого стрелять и кого убивать. Залитые по самые брови синтетическими наркотиками, они жаждали хоть как-то и хоть кому-то отомстить. За что и кому, было совсем не важно.
Командирская машина, бронированный КамАЗ 69500, шел, несмотря на тридцатитонный вес, довольно легко, и людям в кабине было комфортно работать в просторном помещении. Многочисленные экраны боевых постов показывали обстановку вокруг конвоя, состояние вооружения и многое другое.
Полковник Котин, прильнув к окулярам перископа, высматривал что-то впереди, когда услышал голос оператора второго поста:
— Есть сканирование конвоя. Есть засечка источника.
— Огонь.
Оператор перебросил координаты беспилотнику, и короткий дымный росчерк отметил выбывание из игры мобильного радиолокационного комплекса.
Котин, не доверяя экранам, вновь приник к перископу и, увидев странно рыскающий грузовик, скосил глаза на окошко, в котором показывалась скорость цели.
— Коля, красный грузовик, на одиннадцать. Придави его слегка, пусть следакам останется.
— Есть.
Тяжелая магнитно-импульсная установка на передовой машине слегка довернула башню, и мгновенно вся электроника в створе луча выгорела до состояния обугленных деталей.
Сидевший за рулем специально укрепленного и бронированного грузовика мужчина так и остался в обездвиженной машине, груженной полусотней тонн взрывчатки, до приезда оперативной группы, поскольку взломать изнутри подручным инструментом усиленные двери и толстые карбопластовые окна было просто невозможно.
План «Б» предполагал атаку конвоя легкомоторным самолетом, набитым взрывчаткой, но он даже не смог приблизиться к дороге и превратился в облако дыма, когда одна из пуль, выпущенных из крупнокалиберного пулемета, воткнулась в брикет с гексогеном.
Когда террористы поняли, что конвой сейчас благополучно растает вдали, их командир пошел ва-банк, активировав сразу две минные закладки на обочине, предназначенные для помощи в отрыве от преследования. Сто килограммов взрывчатки выбросили облако стальных роликов в сторону дороги, но сработавшая каким-то чудом противоминная защита отбросила направленной ударной волной основную массу поражающих элементов. Коротко вскрикнул оператор связи, получив кусок стали в плечо, молча осел старший офицер расчета систем электронного наблюдения, но грузовик только качнулся и прибавил скорость, уходя из опасной зоны.

В это же самое время многочисленные подразделения специально подготовленных боевиков выдвинулись на захват важнейших узловых точек управления войсками и центров связи. Но для заговорщиков было неприятным сюрпризом узнать, что вместо обычной охраны им противостоят прекрасно обученные и хорошо вооруженные бойцы спецподразделений, которые уже две недели изображали разленившуюся вконец охрану. Короткие, но жестокие бои вспыхнули по всей стране, но ожидаемая помощь из-за рубежа так и не пришла.
Попытка блокировать стратегическую связь с помощью диверсантов из подразделения «сигма», а проще говоря, магов, оказалась практически бесполезной, потому что центры управления сначала переключились на проводную телефонию, а потом, когда загрузились оптоэлектронные управляющие системы, — на связь по прямому лучу, включая тропосферные каналы, которые было невозможно блокировать даже теоретически.

Командование Альянса правильно расценило приведение РВСН в боевую готовность и вставшие по-боевому мобильные комплексы баллистических ракет и решило просто «слить» заговорщиков, сделав вид, что оно тут совершенно ни при чем.
Стаи крылатых ракет, уже готовые взлететь, так и остались на стартовых позициях, а мобильные подразделения получили приказ отойти от границы.
Таким образом, переворот быстро скатился до россыпи изолированных столкновений, а потом, после уничтожения координационного центра, и вовсе превратился в некое подобие загонной охоты.
Сестры Рокотовы, несмотря на то что рвались в бой, так и не поучаствовали в этом празднике. Хотя бы потому, что даже всем подразделениям, выделенным для операции, не хватило работы.
Вместо этого Алиса и Елена, как секретоносители высшей категории, были приданы к следственной группе, расследовавшей деятельность Владимира Когана. Главное следственное управление занималось исследованием подробностей жизни сбежавшего олигарха уже давно, но только сейчас была получена пусть и запоздалая команда, и следователи развернулись во всю широту.
Помещение специзолятора, названного каким-то остряком «Отель „Хилтон“», едва успевало принимать постояльцев, дела объединялись и разделялись, а над всем этим стоял, словно скала, генерал-полковник Пятов, управлявший всей сводной бригадой.
К удивлению сестер, экономические преступления были лишь небольшой частью общего вала. В деяниях олигарха хватало и уголовщины, и даже неоплаченных штрафов за парковку.
Но когда Елене на глаза попалась папка с расследованием пожара в детском интернате, в результате которого десять девочек оказались фактически рабынями семейки Коганов, в ее сердце что-то щелкнуло. Почти без эмоций она рассказала об этом Алисе, и сестры молчаливо переглянулись, вынося беглому олигарху смертный приговор.

Один из замешанных в той уже вроде как забытой всеми истории, бывший сотрудник прокуратуры, закрывший личным распоряжением расследование дела, а ныне работник частного охранного предприятия «Аккорд» Петр Иванович Булкин, осторожно отодвинул уголок занавески и выглянул во двор. У него не было никаких иллюзий относительно результатов противостояния со спецназом Главного Следственного Управления, но вот захватить с собой на тот свет побольше народу — это он был вполне в силах. Двор и прилегающая территория были буквально усеяны огромным количеством неизвлекаемых мин и датчиков движения. Часть из них уже была обезврежена снайперами путем отстрела, а часть отключена с помощью дистанционных средств подавления, но и того, что осталось, было вполне достаточно, чтобы устроить апокалипсис в одном отдельно взятом участке поселка.
Алиса и Елена находились в составе группы захвата как приданные специалисты и ждали команды на штурм за каменной стеной сарая на соседнем участке. Через камеры многочисленных беспилотников были видны и обширный двор перед домом, и сам трехэтажный особняк с посадочной площадкой на крыше, и засыпанный снегом сад за домом. Снег, как назло, прошедший накануне, скрыл все следы минирования, и сейчас специалисты тщательно просматривали каждый сантиметр поверхности, просвечивая землю на несколько метров вглубь. Длиться эта работа могла многие часы, так что штурмовая группа, расположившись с удобством на листе пластика, вела ленивые разговоры ни о чем. Все это время Алиса смотрела, как по снегу скользит едва заметный лучик полевого сканера, задерживаясь на мгновение в каких-то местах, и снова принимается чертить затейливую вязь. Вот он снова остановился, замер, и через секунду тяжелая пуля буквально вспахала слежавшийся ноздреватый снег, гулко ахнул очередной взрыв. Несколько минут спустя Алиса наконец смогла понять, что именно интересует такой беспокойный лучик.
Он останавливался точно в тех местах, где снег был отчетливо более серым, так ей сначала показалось. Потом, подняв бронестекло, она вгляделась в такое место более тщательно и словно наяву увидела небольшой, в несколько ладоней, серый смерчик, клубившийся над поверхностью. Причем находился этот феномен на уже обследованной территории.
Она включила целеуказатель, надеясь, что оператор установки поймет ее правильно, и рубиново-красный лучик лазера, скользнув по снегу, уперся точно в то место, откуда исходил вихрь.
Какое-то время ничего не происходило, но потом где-то вжикнули приводы пулеметной установки, и тяжелая четырнадцатимиллиметровая пуля вошла точно в точку, подсвеченную Алисой.
Сильный взрыв взметнул облако из черной земли и снега выше шпиля особняка и градом пробарабанил по ожидавшим штурма офицерам.
— Ох, ни хрена себе! — Командир группы, майор Хабиров, присел рядом с Алисой и осторожно выглянул из-за укрытия. — Килограммов на десять шандарахнуло, не меньше.
— Понравилось? — Алиса хмыкнула и, прильнув к прицелу, сдвинула лучик левее на пару метров. — Щас повторим.
На этот раз громыхнуло куда скромнее, и облако быстро рассеялось. Алиса уже куда более уверенно отмечала алым пятнышком места возможных минных закладок, а под конец подсветила лучиком толстую дубовую плаху на широком крыльце, ведущем в дом. Пулеметчик, уже не сомневаясь, выдал короткую очередь, и сильный взрыв разворотил крыльцо и опрокинул двери внутрь дома.
— Это он не рассчитал, — спокойно прокомментировал Аслан и оглянулся на своих людей, которые последние десять минут наблюдали за невиданным шоу. — Чего замерли? Готовность! — Потом он повернулся к Алисе. — Не думал я, что когда-нибудь произнесу это, но, похоже, тебе придется пойти впереди и проверить насчет мин. А то мы тут все останемся.
Алиса молча кивнула, признавая правоту командира, и успела лишь посмотреть в сторону развороченного входа, как в наушниках резко звякнул сигнал начала штурма, и тело, словно выброшенное пружиной, вылетело из-за угла, и, преодолев десять метров, разделявшие строения, она влетела в холл первого этажа. Зрение словно сместилось в другой спектр, и сейчас капитан видела не только интерьер дома, но и мерцание электрических цепей, идущих под облицовкой стен, клубившиеся серым туманом воздуховоды и даже слабое посверкивание охранной системы.
Вскинув руку со сжатым кулаком на уровень плеча, она остановила подразделение и еще раз внимательно прошлась взглядом по комнате.
— Бойся! — Короткая очередь, и очередная мина выбросила облако осколков, изрешетивших противоположную стену.
Не видя никаких сюрпризов, она скомандовала продвижение, и офицеры группы, быстро проверив первый этаж, уже через пару минут поднимались по широкой лестнице, ведущей на второй этаж. Здесь, насколько она могла видеть, мин уже не было, но это совсем не означало, что сюрпризы кончились. Они с Еленой разошлись в стороны, контролируя пространство холла второго этажа, откуда вели всего три двери.
Специалист службы технической поддержки уже давно вычислил местонахождение хозяина дома, и нужное помещение было подсвечено на тактической карте желтым ореолом.
Елена коснулась плеча Алисы и подняла руку с растопыренными пальцами.
Пять, четыре, три, два, один, вперед!
Девушки влетели в комнату, словно фурии, снеся по пути довольно массивную дверь вместе с косяком.
В большой комнате, размером пять на десять метров, в самом дальнем углу в кресле сидел невысокий полноватый мужчина с ярко блестевшей потной лысиной, а под его ногами стояли несколько ящиков с маркировкой армейской инженерной службы. Он уже занес палец над кнопкой детонатора, когда обе девушки словно распластались в прыжке, на мгновение превратившись в две серые тени. И сразу же перед глазами бывшего прокурора вспыхнуло белое пламя, сменившееся черной пеленой.
Очнулся он уже в камере, на жестком стуле, привязанный мягкими, но прочными бинтами, а напротив, за зеленым металлическим столом, сидел совсем молодой офицер в погонах старшего лейтенанта и просматривал толстенную папку.
Старший лейтенант пролистнул еще пару страниц и поднял усталый взгляд на подследственного.
— Гражданин Шапитальный Лев Александрович. У вас один-единственный шанс выбрать между недолгим пожизненным заключением и долгим, но конечным сроком — это правильно ответить на первый вопрос.
— Спрашивайте, я все расскажу. — Бывший прокурор мучительно закашлялся и, проморгавшись от накативших слез, поднял взгляд на следователя, но тот смотрел куда-то мимо, в сторону двери.
— С тебя компот! — произнес следователь и улыбнулся.
— Да понял я уже. — Невидимый собеседник, судя по звуку, переступил с ноги на ногу. — Вот как ты определяешь с первого взгляда, кто будет ерепениться, а кто сразу и до самого донышка?
— Это старый семейный секрет, передаваемый в нашей семье из поколения в поколение. — Старший лейтенант подмигнул и заторопился: — Все, давай, а то я чувствую, как гражданину Шапитальному не терпится облегчить душу чистосердечным признанием. А у меня еще на сегодня пятеро.
— Банку с компотом оставлю на твоем столе.
— Якши. — Старлей кивнул, перевел взгляд на подследственного и достал чистый лист бумаги. — Начнем помалу.

Попавший в Москву в самое неудачное время сай Наро не унывал, совершенствуя язык и гуляя по Кремлю, а потом, по мере очистки города, и по историческим местам столицы. Он все никак не мог придумать повод вытащить юных магичек на приватный разговор, но в конце концов решил, что дипломатические увертки могут и подождать, и прямым текстом спросил назначенного его опекать генерал-майора Тарасова о судьбе девушек.
— Насколько я знаю, они работают в составе одной из оперативных групп. — Генерал пожал плечами. — Квалификация у них очень высокая, и командование решило не держать их в запасе. К сожалению, чистить наши конюшни, кроме нас, больше некому. Прямое парламентское правление, которое продлилось буквально десять лет, почти уничтожило государство. Наверное, это рок, каждые восемьдесят-сто лет восстанавливать страну после очередной перестройки. — Они как раз прошли во внутренний дворик и расположились на скамейке, которая, возможно, помнила еще Владимира Ильича. — Генерал вздохнул и оглянулся со странным выражением лица. — Возможно, нам стоит восстановить институт монархии? А то после смерти очередного удачного правителя приходит очередной мудак и портит все, до чего успевает дотянуться.
— У нас для этого используют исао, — Наро пошевелил в воздухе пальцами, словно помогая себе найти слово-аналог в русском языке, — магичек. Врать исао можно, но для этого нужно быть исао на три ступени выше, чем спрашивающий. Достаточно всех кандидатов на высокий пост проверять на интеллект, что вполне можно и при вашем уровне технологий, и на чистоту помыслов, а с этим могут справиться ваши девушки, Алиса и Елена. Я правильно запомнил? И кстати. Использовать их в прямых боестолкновениях просто глупо. Это все равно что инси на тао хеаро госса, ну это означает примерно то же самое, что забивать микроскопом гвозди.
— Это понятно. — Генерал кивнул, соглашаясь. — Только у нас пока другие математика с физикой. Пока не почистим аппарат, каждый надежный человек на особом счету, и их просто катастрофически не хватает. Но вот с этой их способностью отличать правду от лжи… Это очень интересно. Их как-то нужно научить?
— Да. — Сай Наро кивнул и улыбнулся. — Я могу это сделать, но сами понимаете, что мне бы не хотелось, чтобы технология обучения стала массовой. Лучше всего, если это будет место, которое я лично защищу от возможного прослушивания. Вам ведь не нужна утечка информации в самом начале нашего с вами сотрудничества?
— Решаемый вопрос. — Генерал кивнул. — С кем другим я бы еще поспорил, но Рокотовы имеют высший уровень допуска, так что проблем не будет. Когда планируете начать?
— Да чем быстрее, тем лучше. Это ведь не мне, а вам нужен живой детектор правды. — Полковник Наро улыбнулся.

Не прошло и трех часов после окончания этого разговора, как у командира сводного оперативного соединения лежал приказ начальника армейской разведки о временном переводе капитанов Алисы и Елены Рокотовой в распоряжение девятого управления ГРУ. Обе девушки, сильно недовольные таким поворотом, уже сидели в салоне скоростного транспорта, увозившего их по направлению к «Объекту № 505», где были сконцентрированы специалисты, работавшие по айянской тематике. Сюда же приехал сам полковник Наро, и после приличествующих случаю приветствий они втроем удалились в один из кабинетов центрального корпуса.
Наро, не говоря ни слова, поставил на стол небольшой серебристый стерженек. Тот, вопреки ожиданию, не упал набок, а сначала постоял, покачиваясь из стороны в сторону, а затем мягко поднялся в воздух, на высоту около двух метров, и завибрировал, распространяя вокруг себя серое облако, которое через секунду расширилось до стен и впиталось в них.
— Вот теперь можно поговорить. — Сай Наро с улыбкой сел в одно из кресел и посмотрел на девушек, занимающих свободные места. — Для начала немного истории. — Он убедился в том, что Елена и Алиса внимательно слушают, и продолжил: — Наша культура теснейшим образом связана с тем, что вы назвали бы магией. Но магия эта не привычного вам свойства, ну там взмахнул руками — и сотворил что-то из ничего. Наша магия основана прежде всего на технологии управления энергетическими потоками. Что-то вроде ваших компьютеров, но немного сложнее. — Он улыбнулся и снял с руки браслет, свитый из четырех жгутов толщиной в мизинец. — Это мой личный нархон, класса «Разрушитель». Позволяет бросать огненные шары размером с эту комнату и многое другое. Можно не быть специалистом в управлении потоками, но пользоваться многими магическими штуками. Таких айя примерно каждый пятый, и это существенный аргумент при приеме на работу или продвижении по службе. Их называют исао тасоаи, или просто исао. Еще больше возможностей доступно для исао раато, это как бы второй класс умений. Маги второго уровня могут задавать управляющие контуры для потоков гораздо более высокой сложности, и соответственно их возможности еще выше. Они уже могут, например, не просто уничтожить объект, а точечно разрушить определенные элементы конструкции или, наоборот, упрочнить ее. То есть на данном уровне выше детализация потоков и их концентрация в нужных точках. Магов второй категории примерно сто три миллиона, и каждый из них — богатый и уважаемый человек, вне зависимости от рода занятий, и имеет титул сеорил, даже если он по рождению из самых низов. Исао анао уже не занимаются такими пустяками, а работают непосредственно с пространством. Можно посмотреть, что творится в той или иной точке макро- или микромира, и переправить туда все, что нужно. Например, менять материалы уже после их окончательной обработки или заниматься доставкой грузов по нестационарным координатам. — И, отвечая на невысказанный вопрос, добавил: — Ну в основном грузопоток идет по стационарным порталам или, если уж совсем некуда деньги девать, на пространственные адреса. Этим пользуются, например, игровые центры для переброски наличных или экспедиции для пополнения запасов, а также военные для переброски подкреплений или эвакуации диверсионных групп. Магов этого уровня всего около пяти тысяч, и все они так или иначе принадлежат к элите общества. Экономической, технической, военной или творческой. Причем анао автоматически получают ранг сарм, что примерно равно земному титулу барона. Достижение четвертого уровня — исао оха — делает человека почти равным богам. Можно лепить живые существа по своему разумению и заниматься планетной инженерией. Специалистов такого уровня в Гисса Айян всего восемнадцать, и каждый из них окружен не просто почетом и уважением, а преклонением и обожанием. У каждого — свой небольшой город или остров и тысячи учеников, последователей или просто фанатиков. Пятый уровень… — Полковник покачал головой. — Мы о них почти ничего не знаем, несмотря на то что как минимум трое из айя поднялись до этого уровня постижения. Это наш император Гисса с’Арн, Исао оу Кеор — величайший магистр, живущий отшельником в горах, и исао оу Аттор, который уже триста лет назад просто вышел из своего дома и исчез. Поговаривают, что он живет среди нас и помогает отчаявшимся и страждущим. Храмы, посвященные императору, Аттору и Кеору, стоят повсюду, и, если вы будете в Гисса Айян, сможете оценить их архитектурное изящество.
— А император? — Елена переглянулась с Алисой.
— Гисса велик и непостижим. — Полковник дернул рукой, и синий искристый шнур, обвивающий левое плечо, словно аксельбант, тихо звякнул. — Он иногда вмешивается в наши дела, но в основном управлением государством занимаются си айя. Но даже то, что каждый из лордов знает, что может по одному жесту Гисса быть низвергнут на самое дно общества, умеряет их аппетиты до приемлемых значений.
— А мы какого уровня, сай Наро? — спросила Алиса.
— Непонятно пока, но не ниже третьего. Нархон класса «Спасатель» — это мощнейшее устройство, предназначенное при необходимости вытащить два десятка человек со снаряжением из любой преисподней, даже при наличии многослойной блокировки потоков. На моей памяти, честно говоря, в первый раз встречается случай, когда защиты нархона такого уровня просто растворились без остатка. Я же сканировал его еще до прибытия к вам в гости и понял только то, что каким-то образом активизировался аварийный режим спасения носителя. Это ситуация, при которой нархон не спрашивает хозяина, а телепортирует того по ближайшим безопасным координатам. Причем для этого он не использует силу носителя, а только свои внутренние резервы. Кроме того, вы сами как-то активировали функцию дальновидения по произвольным координатам, а до пространственного прокола и перемещения физического объекта тут даже не рукой подать, а гораздо ближе. Вам конечно же нужно еще многое узнать и многому научиться, но такое, чтобы два самоинициализированных исао сразу перешли на третий уровень, тоже, насколько я знаю, впервые. Вообще, хочу сразу вам сказать, что исао анао — это становой хребет нашего общества. Инженеры, ученые, военные и педагоги высшего ранга — все исао, и две трети из них — анао, то есть четвертого ранга. Не удивляйтесь, если к вам на улице просто подойдут и попросят благословить. Это считается признаком удачи — встретить на улице исао анао, и многие будут рады сделать для вас что-то приятное не потому, что им от вас что-либо нужно, а просто потому, что им так хочется.
— Вы так говорите, словно мы уже обсуждаем интеграцию в ваше общество. — Алиса улыбнулась. — Но у нас здесь еще полно дел, которые за нас никто не сделает.
— Гисса Айян в нынешней форме существует уже пять тысяч лет, и мы умеем ждать. — Полковник улыбнулся в ответ. — Но сейчас я хочу вам помочь с вашими делами — в надежде, что через какое-то время вы поможете мне с моими.
Он вытянул руку, и на ладони возникло туманное марево, из которого медленно проступили очертания серебристого пластинчатого браслета.
— Нархон класса «Созидатель пространства». — Сай Наро с поклоном протянул браслет Елене и помог надеть на руку. Потом точно так же вытянул руку, и на ладони заклубился огненный вихрь, из которого словно соткался цельный браслет ярко-алого цвета. — Нархон класса «Разрушитель пространства». И пусть вас не смущают названия. С помощью и того и другого можно с одинаковой легкостью как разрушать, так и созидать. Просто тип ваших внутренних потоков разный, а стало быть, управляющие контуры тоже разных типов. Конечно, такие вещи обычно вручаются при огромном стечении народа и транслируются на все планеты Гисса Айян, но пока нам не до церемоний. — Он кивнул. — Оба нархона заряжены и готовы к работе. Если блеск начнет тускнеть, серебристый браслет можно поместить в сильное магнитное поле, а красный — в огонь. Не нужно бояться. Пламя до ста тысяч градусов никак не повредит изделию. Есть еще один важный аспект. Нархон для своей работы потребляет вашу духовную энергию, и после особенно затратных действий вы можете чувствовать упадок сил и слабость. Это довольно опасно, так как теоретически способно довести вас до смерти от истощения. Но тут уж я полагаюсь на ваше благоразумие. Не нужно сразу пытаться создавать моря и передвигать материки. Сначала лучше работать мелкими порциями, но часто, для того чтобы организм привык пополнять свой резерв, и только потом переходить к более серьезным нагрузкам. Я загрузил в ваши нархоны обучающий курс, который будет активирован, когда вы коснетесь поверхности тремя пальцами и произнесете слово «учеба». Рекомендую не затягивать с обучением и, наоборот, повременить с экспериментами. — Полковник встал и коротко поклонился вскочившим девушкам. — Если будут вопросы, мой код связи «галиор сенто». — Не говоря больше ни слова, Сай Наро повернулся и вышел из комнаты, оставив Рокотовых в совершенно смятенном состоянии.
— Нормальный такой инструктаж. — Елена хмыкнула, оглянулась на Алису и, скосив глаза, увидела все еще висящий в воздухе цилиндрик размером с карандаш. — И штуковину свою забыл.
— Не думаю, что забыл. — Алиса, подойдя ближе, посмотрела на устройство, коснулась пальцем и едва успела поймать рухнувший вниз прибор. — Это, наверное, он нам оставил для обеспечения режима, чтобы его секреты налево не уходили. Такой прозрачный намек.
— И когда приступаем? — деловито осведомилась Елена, любуясь надетым на руку браслетом.
— Думаю, нужно поставить в известность деда, а тот уже организует нам свободное время. Что-то мне подсказывает, что такой козырь в грядущих разборках будет совсем не лишним.

Глава 13

Ландшафтный дизайн? Это просто.
Командир ракетно-артиллерийской дивизии стратегического назначения 45-й армии, генерал-майор Копытин

«Отдых и все-все». Издание «Перспективы», медиахолдинг «Небесная стража» 
Туриндустрия последние десять лет испытывает настоящий упадок, и связано это не только с тем, что получить выездные документы гражданам Альянса стало практически невозможно, но и с тем, что многие традиционные места отдыха стали полем боя. Наше издание подготовило рейтинг из пяти лучших, по мнению специалистов, мест отдыха, где можно провести отпуск, не боясь за свою жизнь.
Пятое место — туристические зоны Бразилии. Образцовый порядок, комфортабельные отели и грандиозные пляжи, наполненные всем, что пожелает утомленный путник. Правда, передвигаться можно только по охраняемым туристическим зонам, но их размеры и количество не сделают это ограничение чем-то существенным. Кроме того, все бразильцы, работающие в гостинично-курортном бизнесе, хороши собой, прекрасно обучены, привиты универсальными вакцинами от венерических болезней и совсем не прочь расширить свой доход от приятного времяпровождения.
На четвертом месте Корея. Объединившаяся после Десятидневной войны страна быстро восстановила порядок, а протекторат Китая установил там вполне приемлемый общественный строй, так что в Корее можно даже свободно передвигаться в одиночку в поисках интересных кадров или приятных ощущений. Полиция многочисленна и дружелюбна к туристам, а знаменитые пляжи могут покорить не только тех, кто предпочитает лежать у кромки прибоя с коктейлем в руках, но и спортсменов.
Еще более привлекательной выглядит поездка в Россию, огромные просторы которой словно созданы для экологического туризма. Ночевки под открытым небом и вид первозданной природы наряду с прекрасным сервисом и ненавязчивой, но плотной опекой полиции сделают ваш отпуск в Сибири и на русском Дальнем Востоке или Русском Севере поистине незабываемым.
На втором месте у нас знаменитая планета охотников и рыболовов Нарга, открытая экспедицией Альянса в 2077 году и ставшая своеобразным заповедником. Ежегодно миллионы состоятельных граждан отправляются отдыхать на просторы этого девственного мира, наслаждаясь природой и настоящей охотой на всевозможных зверей, которыми так богаты леса и моря Нарги. Но кроме отдыха дикого существуют и комфортабельные гостиницы и даже курортные зоны, что придает вашему отпуску необыкновенный шарм.
А на первом месте, конечно же, орбитальный комплекс «Небеса», который стал настоящим раем для нескольких миллионов постоянных жителей и сотен тысяч гостей. Тщательно отобранный персонал позволяет вам просто не закрывать двери комнаты, совершенно не опасаясь краж, и предаваться всем возможным порокам, будучи уверенным в отсутствии последствий, так как обратный билет уже входит в стоимость посещения.

Альянс, Британская директория, графство Хартфордшир 

Бывший олигарх Владимир Коган вот уже которую ночь спал плохо. Несмотря на то что теперь он ночевал в комнате, которая сделала бы честь любому денежному хранилищу банка высшей категории, он вовсе не чувствовал себя в безопасности. И даже охрана из матерых боевиков «Black Water» не добавляла ни уверенности, ни спокойствия.
А все дело было в том, что с некоторых пор каждое утро он находил рядом с собой небольшой стальной цилиндрик с заостренным концом — патрон от трехсотого «Калашникова», который появлялся ночью буквально из ниоткуда.
Специалисты по обеспечению безопасности, предоставленные Северноевропейской директорией Альянса, только руками разводили, просматривая покадрово материалы, снятые камерами высокого разрешения. Все происходило мгновенно. Камеры на мгновение отключались, а через секунду проклятый патрон был уже в комнате.
Коган даже попробовал не спать ночь, но все равно пропускал тот момент, когда перед ним возникал патрон с маркировкой четырнадцатого оружейного завода.
Ночные бдения и постоянный стресс плохо повлияли на одного из богатейших людей планеты. Коган спал с лица, и знаменитый загар лишь отчасти скрывал повышенную бледность лица. Теперь он передвигался рывками, словно находился в зоне обстрела, а на охрану тратил больше, чем чиновник Альянса высшего ранга.
Психоз развивался стремительно, и теперь ему казалось, что по утрам в комнате пахнет оружейной смазкой и пороховой гарью, а руки, стоило им коснуться холодного металла, начинали предательски дрожать.

Не спалось и Ихраму Кахаро, Властителю меча. Наложницы, живописно расположившиеся вокруг его кресла, не радовали взгляд, а младшая жена трудилась в поте лица, пытаясь танцем привлечь внимание своего повелителя. Но не мысли о женских прелестях занимали Властителя, а судьба бесследно исчезнувшего хнарда командора Квар Тхрома. Поисковые партии прочесали весь сектор, но нашли лишь пару десятков малых фрегатов, экипаж которых не смог пояснить ничего внятного.
Сначала на них напоролся айянский патруль, потом к патрулю пришло подкрепление, но вместо долгой и относительно бесцельной схватки весь Улей был уничтожен мощнейшим термоядерным взрывом, а это совсем не айянская тактика. Хотя от этих детей мрака всего можно ожидать.
Рука Ихрама Кахаро зависла над блюдом со свежими напсами, и, выбрав пару ягод посочнее, он забросил их в рот, продолжая размышлять.
Таким образом, вполне возможно, что айя сменили тактику, а это влечет за собой довольно неприятные последствия как для Властителей, так и для самих айя.
Но самое неприятное в этой ситуации было то, что с учетом того места, где был уничтожен Улей, получалось, что левое крыло ареала Властителей оказывалось в плотном охвате айян, и это было куда хуже, чем применение сверхмощных зарядов. Властители, таким образом, лишались возможностей маневра, и единственным выходом сейчас представлялось отступление и перегруппировка сил, чтобы ликвидировать возможную угрозу удара в тыл.

Россия, Объект № 505 Министерства обороны 

— Иясо инао теага, ого и саи?
— Него ири о сао.
— Правильно будет «ин’ри о сао», — поправила Елена, которая уже довольно далеко продвинулась в изучении языка айя.
Осваивать язык пришлось не от хорошей жизни, так как весь курс обучения был именно на этом языке, и единственной возможностью понять, как работает нархон, было начать с изучения языка.
Вопреки пессимистичным прогнозам девушек дело это продвигалось довольно быстро, и уже через трое суток они вполне сносно могли понимать инструкции и описания обучающего курса. И сразу же раскрылся секрет внезапно возникшей лингвистической одаренности. Оказалось, что браслеты помимо укрепления здоровья носителя также способствовали улучшению работы мозга в целом и памяти в частности.
Для магических экспериментов выезжали к огромному оврагу, который поверху накрыли маскировочной сеткой. Там начинающие магини учились метать огненные и воздушные шары и вообще осваивали непростое искусство магической защиты и нападения.
Занятые этим непростым делом, они фактически пропустили момент, когда выступления инсургентов были полностью подавлены, а единственным напоминанием о попытке мятежа были лишь отдельные разрушения в городах да военные патрули. Страна быстро приходила в себя, и лишь судебные органы и оперативные службы трудились в авральном режиме, пополняя отряды отважных освоителей Крайнего Севера.
Пару раз их навестил сай Наро, обстоятельно и подробно ответивший на все вопросы и даже устроивший мастер-класс по управлению потоками большой мощности. Несколько раз заезжал отец, получивший новое назначение начальником Главного Штаба Флота, и дед, продолжающий тянуть лямку начальника генштаба.
Несмотря на опасения Алисы, они отнеслись к появлению новой Рокотовой с тем же энтузиазмом, с каким приветствовали бы рождение малыша, и первое время даже немного пережимали с заботой о ней, но через какое-то время все пришло в норму. На семейном совете было решено купить для нее квартиру рядом с домом, где жила Елена, а в новой пристройке к дому запланировали для нее комнату, как и было положено для всех членов семьи.
Кроме того, с Алисы наконец-то официально сняли все обвинения, отозвали розыскной лист и выдали по этому поводу судебное решение, чему она сама была очень рада.
Но все это было лишь приятным фоном для настоящего прорыва, который случился у них с Еленой в деле освоения инопланетных технологий. И хотя их личный резерв подрос ненамного, теперь они уже вполне уверенно могли забросить небольшой предмет в любую точку Земли и тех мест, где они побывали, а также могли телепортироваться сами, правда, на расстояние, не превышающее пары сотен километров. И первым делом, которое они сделали, был тот самый патрон от трехсотого «Калашникова», который они положили на рабочий стол Когана, вовремя сбежавшего от российского правосудия.
Коган сменил всю охрану и переехал в укрепленное, словно крепость, поместье, но и там каждое утро он находил неизменный патрон.
Но кроме сведения с ума беглого олигарха им пришлось впрягаться в работу и по другим направлениям. Много времени занимала работа с генералом Тарасовым, которого назначили их куратором от внешней разведки, и доктором наук, генералом Платовым, который занимался общенаучными разработками. Для разведки девушки работали живым детектором лжи, последовательно проверяя практически всех сотрудников, связанных с критически важными секретами, а для науки просматривали исследовательский центр в Лос-Аламосе и множество других, не менее интересных мест, а однажды даже стали свидетелями того, как тренируются их потенциальные противники. Армейские маги Альянса на огромном полигоне на севере Канады сбивали беспилотники, поджигали мишени и даже глушили всю электронику на огромных площадях. Правда, воздействие почему-то не касалось ламповых устройств и оптоэлектроники, но даже в таком виде это была серьезная сила, с которой нужно было считаться. Около десяти тысяч пусть даже слабеньких магов могли существенно изменить ситуацию в случае массированных уличных боев или в случае применения средств радиоподавления. Анализом ситуации занимались специальные аналитические группы, а штабы просчитывали варианты противодействия возможной угрозе.
Потом, когда возможности Рокотовых по переброске груза поднялись до нескольких килограммов, им пришлось заниматься сканированием горных массивов в поисках природных аномалий и даже вытаскивать для археологов кучу изделий шестого века из-под огромного кургана.
Даже четыре часа работы в день изматывали Алису и Елену так, что добирались они до постели уже в полусонном состоянии, но именно эта монотонная работа на износ, до полного исчерпания личного резерва, помогла увеличить его в несколько раз.
Зима сменилась бурной и короткой весной, земля покрылась первым зеленым пухом, а для сестер настало время для настоящей работы. К этому времени был подписан полноценный договор с Гисса Айян, и им на несколько месяцев пришлось переквалифицироваться в учителей айянского языка для специалистов, принимающих новую технику. Устаревшие по меркам империи, но фантастически мощные корабли, оружие и технологическое оборудование — все это требовало инструкций и руководств, которые переводились девушками по ночам, когда их ученики спали, пытаясь переварить двенадцать времен и сорок падежей айя сона. Потом, когда первые группы освоят язык в достаточной степени, чтобы работать с их документами, все станет гораздо проще, но сейчас режим был очень напряженным. Елена нашла себе парня из службы безопасности и сбрасывала пар в постели, а Алисе приходилось довольствоваться спортзалом, где уже стояло несколько боевых айянских тренажеров, обладающих кроме фантастической реакции и скорости движения, еще и способностью к самообучению: один раз показанная связка или прием во второй раз встречали вполне грамотное противодействие.
Но среди многочисленных режимов был и обучающий, когда робот показывал все, что знал, как в виде цепочек движений, так и в виде приемов, когда работали сразу две машины. Таким образом, Алиса неплохо изучила технику рукопашного боя, практикуемую императорской гвардией и охранными структурами. Потом плавно перешла к хаато — длинному прямому мечу, и са хато — парной технике из меча и кинжала и комбинированной технике боя, когда удары оружием чередовались с выплесками энергии.
Робота невозможно было повредить, так что Алиса не стеснялась наносить самые сильные удары, на которые была способна, а ей от робота порой прилетало так, что, несмотря на доспехи, на теле оставались большие кровоподтеки, которые, к счастью, быстро, менее чем за час, рассасывались без следа.
Что в зале во время схватки забыл молодой парень из группы технического обеспечения, было непонятно, как и то, почему робот воспринял его как еще одного противника. Коробка с какими-то деталями и приборами взвилась вверх, фонтанируя содержимым, а сам парень оказался зажат в углу и первые несколько секунд вполне грамотно отбивался от электронного инструктора. А потом пропустил подряд несколько ударов и «поплыл».
Алиса набросилась на дрона, словно вихрь. Двигаясь на пределе скорости, воткнула кулак в грудной сегмент и неожиданно для себя выплеснула вибрировавшую в ней энергию вперед с такой силой, что полыхнувшей огненной волной робота унесло почти в самый конец зала.
— Ты чего тут забыл? — Девушка подала руку, помогая парню подняться, и оглянулась на обгоревшего дрона-инструктора, который с трудом ковылял к ремонтному боксу, подволакивая правую ногу. — Для кого написано на двери: «Не входить, опасно для жизни»?
— Так спортзал же? — Молодой человек, охнув, схватился за бок и посмотрел вокруг, на разбросанные детали. Потом, не говоря ни слова, опустился на четвереньки и начал собирать свои вещи с пола, складывая в изрядно помятую коробку. — Начальство приказало установить здесь новую систему безопасности, а то старая что-то барахлит все время.
— Можешь не напрягаться. — Алиса раскрыла ладонь, и в нее мягко спланировал серебристый цилиндр размером с карандаш. — Это универсальный подавитель. Даже через оптоволоконную систему ничего не увидишь.
— Ох, епт, — вздохнул пораженный офицер и снова вернулся к своему занятию. — Но один хрен придется монтировать. Приказы, как вы знаете, не обсуждаются. — Он наконец сгреб остатки в кучу, ссыпал их в коробку и с трудом встал.
— А ты неплохо держался. — Алиса улыбнулась и впервые для себя отметила и правильные черты лица, и ярко-васильковые глаза молодого человека.
— Неплохо, да. — Рот скривился в ухмылке. — Но недолго. А я, между прочим, серебряный призер Поволжского округа по рукопашному бою.
— Это тебе не спорт. — Алиса шагнула вперед и решительно забрала коробку из рук инженера. — Пойдем, помогу тебе добраться до медблока. Нужно проверить, все ли у тебя там цело. А то сам знаешь, что такое внутренние повреждения.

Старший лейтенант Антон Савицкий оказался в армии совершенно случайно. Большой фанат компьютерных игр и спорта весело проводил время, имитируя учебу в Московском технологическом университете, когда пришло время послужить Родине. Учитывая его специальность, рядового Савицкого отправили на офицерские курсы, и уже через полгода молодой лейтенант руководил службой технического контроля одного из армейских суперкомпьютеров.
А потом, когда он, соблазнившись возможностью попользоваться его вычислительными мощностями, вскрыл многослойную защиту игрового центра «Майкрософт» и был, естественно, взят за хобот и подвешен для обстоятельного расспроса, выяснилось, что молодой специалист по обслуживанию систем охлаждения давно уже находится в поле зрения соответствующих служб, а все, что случилось, было своеобразным испытанием, чтобы посмотреть, куда и зачем он полезет.
Далее была еще одна учеба на специальных курсах Академии связи имени Буденного, и там сачковать уже не получалось, так как преподаватели точно знали, на что способен каждый курсант, и умели выжимать даже чуть больше, чем у него было.
Потом уже старшего лейтенанта швыряло по всей стране, пока он не оказался в числе программистов, изучающих айянскую технику. А поскольку число посвященных на данном этапе было относительно невелико, то заниматься охранными системами и прочим непрофильным оборудованием пришлось всем, кто хоть что-то в этом понимает.
Алису Рокотову он в первый раз увидел, когда она присутствовала на собеседовании, по результатам которого его и оставили работать на «Объекте № 505». Фигуристая девушка в ладно сидящей форме невольно приковывала взгляд, если бы не совершенно чужие, словно у инопланетянки, глаза и холодное, а временами просто высокомерное выражение лица, которое в других обстоятельствах могло бы стать главным украшением модного журнала.
Несмотря на то что ее сестра Елена была вполне контактна и с удовольствием проводила время в компаниях, уже несколько десятков молодых офицеров обломили свои зубы на Алисе.
Слухи о них ходили самые противоречивые, но того, что можно было назвать безусловной правдой, было совсем немного. Так, во всяком случае, казалось Антону. Но лишь до того момента, как он увидел девушку, которая на глазах превратилась в размазанный вихрь, моментально одолевший робота-инструктора. Так не двигался даже его учитель боевых искусств, занимавший в иерархии рукопашников России далеко не последнее место.
И теперь он понимал тех, кто выдумывал про сестер самые невероятные слухи, потому что подтверждение одного из них увидел собственными глазами. Действительно, такая девушка вполне могла разорвать десяток боевиков голыми руками и остаться без единой царапины.
Антон никогда не жаловался на отсутствие женского внимания и даже здесь, где конкуренция была довольно высока, уже нашел пару подружек, которые готовы были скрасить его вечера и ночи. И он какое-то время себя уговаривал забыть об Алисе, но, когда он вспоминал, как от нее шла мощная волна первобытной ярости и силы, все его доводы просто рассыпались в мелкую крошку.
Из госпиталя он вышел уже через пару дней, так что пережитое не успело выветриться из памяти, когда он увидел Алису в парке. Рядом с ней шел высокий и широкоплечий флотский, судя по погонам полного адмирала, — сам начальник генштаба Рокотов. Они о чем-то разговаривали, и он, не желая подглядывать, поспешил к себе в комнату, чтобы переодеться и наконец приступить к работе.
Потом вихрь дел и забот закружил его так, что о девушке он вспомнил, лишь когда настало его время сдавать промежуточный зачет по языку айя.
Бегло просмотрев письменное задание, Алиса задала несколько уточняющих вопросов и взяла в руки его карточку.
— Я подписываю вам разрешение на самостоятельную работу, но нужно подтянуть произношение и особое внимание обратить на окончания. В случае перевода технических текстов на русский все в порядке, но, если вдруг придется общаться, позора не оберетесь. Собственность флота — это ианисана, а не ианисаро, что означает собственность девушки легкого поведения, несмотря на то что иногда это одно и то же.

Переждав вежливые смешки офицеров, Алиса подняла взгляд на своих учеников.
— Давайте, товарищи, поднажмем. А то мы просто физически не успеваем, а техника все приходит и приходит, а разбираться с ней некому.
— Сделаем, товарищ капитан. — Пожилой усатый полковник уверенно кивнул. — Нам бы еще языковой практики побольше.
— А что нам мешает устраивать совместные вечера и говорить на них только на айя сона? — Алиса обвела класс взглядом. — И кстати. Руководство утвердило приказ, по которому все получившие первую категорию языка получают дополнительную надбавку в размере двадцати процентов, а для второй категории надбавка будет составлять десять процентов, что, учитывая размеры нашего довольствия, вполне приличная сумма.

Прилетевший на объект сай Наро прибыл вечером и надеялся застать сестер в своей комнате, но его отвлек шум на поляне на краю парка. Стараясь не шуметь, он подошел ближе и был немало поражен зрелищем двух десятков мужчин и женщин, разговаривающих на айя сона. Молодой человек в полевой форме без погон и знаков различия вдруг вышел на центр поляны и, встав на одно колено, протянул Алисе маленький букет из трех гвоздик.

Ниа сайо коа таии
Тиа лессо кана саи

Акцент у него был, конечно, ужасный, но любовные стихи великого Тано Иаса звучали в этом месте почему-то особенно трогательно. Но еще больше полковника удивила Алиса. Снежная королева как будто мгновенно растаяла, явив миру обыкновенную растерянную девчонку. Она сначала приняла букет, больше похожий на веник, а потом, положив руку на плечо мужчины, произнесла нараспев ответное четверостишие, показав как отличное произношение, так и прекрасное знание наследия Тано Иаса. Смысл ответа заключался всего в одном слове — «возможно».
Сай Наро повернулся и пошел в сторону главного корпуса, где для него держали гостевые апартаменты. То, что произошло, следовало хорошенько обдумать. Русские не стали простыми потребителями техники и технологий, которые им передавали. В этих людях полковник увидел желание понять народ айя и почувствовать его душу, что в итоге могло сказаться и на самих айя, потому что сильные, агрессивные и красивые, словно сошедшие со старых картин самих айя русские наверняка найдут множество сторонников и противников в их обществе. А это будет фактором дополнительного раскола общества. Но, с другой стороны, те, кто однозначно попадал в стан противников землян, самому полковнику категорически не нравились. Лично он бы давно отселил их на какую-нибудь далекую планету, чтобы те строили там свое «зеленое общество» без так ненавистных им заводов и фабрик и контроля государства. И с этой точки зрения представлялось довольно перспективным запустить несколько сотен землян в сонное болото Гисса Айян, что, кстати, вполне соответствовало инструкциям, которые он получил от Совета. И еще можно выдать землян за потомков самих айя, чьи экспедиции во время Большой экспансии во множестве разлетались с материнской планеты и довольно часто терялись без следа.
С этой приятной мыслью сай Наро уснул, и снились ему лидеры партии Зеленого мира, которые, покинув комфортабельные дворцы, своими руками пахали землю и разводили домашний скот.
Спали и сестры, но им, в отличие от полковника, снились почему-то зеленые лужайки, усыпанные цветами, и ярко-голубое небо с двойным светилом в зените.

Но насладиться картинами чужого мира не дали. Осторожный стук в дверь и истошный писк личного коммуникатора сбросили сон в одно мгновение. Алиса, коротко бросив в сторону двери: «Сейчас!» — стала быстро надевать штурмовой комбинезон.
— Одевайся! — Тарасов, одетый в полевую форму, был краток. — У нас ЧП.
К лифту, ведущему на посадочную площадку, подошли втроем. Елена еще не до конца проснулась, но это не мешало ей машинально проверять снаряжение.
— Значит, так, — сказал Тарасов, глядя на тающие вдали огоньки корпусов «Объекта № 501». — Мы получили кодовый сигнал от нашего посольства в Каире. Это Египет, если кто не в курсе. Там, конечно, всегда был бардак, но в этот раз, похоже, им удалось переплюнуть даже самих себя. Посольский комплекс так просто не взять, так что мы полагаем, что он еще держится. На полтора-два часа боя их точно хватит. Когда собрался кризисный комитет, я почему-то подумал, что вы сможете быть там раньше, чем наша десантура. Но там целая операция. Подавление ПВО, сам десант, так что раньше, чем через четыре часа, их там не будет, а вернее, часов пять, учитывая турок и то, что идти придется в обход.
Алиса, которая уже прикинула расстояние от ближайшей точки на территории России до Каира, уверенно кивнула.
— Сможем, но с небольшим грузом. Но если нас добросят хотя бы до Тебриза, то груз можно увеличить до ста — ста пятидесяти килограммов на рыло.
— Тебриз, это можно. — Тарасов задумался, не отрывая взгляд от карты. — Но только если «Сушкой». Одна на место второго пилота, одна сзади, там места хватит. Груз можно будет распихать в подвесные контейнеры. Годится. По прибытии вам нужно будет обеспечить эвакуацию одного человека. Псевдоним Локи. Собственно, из-за него весь сыр-бор. Работал в секретариате Объединенного Штаба Альянса и, когда к нему подобрались, сумел сбежать. Но недалеко, к сожалению. Кто-то сдал его маршрут, и в предпоследней точке его прихватили. Пока наши телились, Альянс через своих связался с местными, и за сутки подтянули несколько тысяч «Черных братьев» и всякого отребья из Судана и Чада. Ну, в общем, все как всегда. Пока надеялись, что все само собой рассосется, стало настолько плохо, что хоть мировую войну начинай. — Он говорил, а пальцы уже набивали тексты боевых приказов, которые расходились прямо с борта флаера по подразделениям. — Вы забросите немного оружия и снаряжения нашим, чтобы продержались до подхода подкреплений, а сами берете Локи и прыгаете назад. Я буду ждать вас на махачкалинской базе.
Тем временем скоростной транспорт завис над площадкой, рядом с которой уже прогревал двигатели Су-58 МС.
— Так. — Тарасов мягко, словно огромная кошка, спрыгнул с подножки и, жестом подозвав Ротовых ближе, ткнул пальцем в один из грузовых контейнеров. — Там стандартный набор. Оружие, боеприпасы, броня и терминалы связи для начальника охраны и посла. К сожалению, штурмовую броню запихнуть не получилось, но в посольстве шесть комплектов «Легионера». Если возникнет угроза захвата, Локи не должен попасть им в руки. Хотя он сам это понимает, а вам нужно будет лишь проконтролировать результат. Вопросы? Тогда быстро переодеваться, и вперед.

Две тысячи километров до маленького заброшенного аэродрома в горах истребитель пролетел чуть меньше, чем за полчаса. Пилот мастерски посадил тяжелую машину на крошечную полосу и помог девушкам отцепить грузовые контейнеры.
— Все, давай. — Елена махнула рукой пилоту. — Дальше мы сами.
— Удачи! — Летчик взмахнул рукой, задвинул фонарь кабины и через минуту уже скрылся из вида за горными пиками.
Быстро, но внимательно сестры ревизовали оба контейнера и переоделись в легкую броню. Распихав все, что не вошло на разгрузку, в два больших рюкзака-баула, они забрались в какую-то расщелину.
Мысленным усилием активировав «Око», Елена повела его на запад и подняла выше гор.
— Давай дальше. — Алиса смотрела в окно и корректировала движение. — Это Ирак, Сирия, Средиземное, Суэц, светлое пятно — это как раз Каир. Давай ниже. Так. Новый посольский комплекс за рекой, на Эль-Ахрам. Да, я думаю в сторону, где зарево. Будем переходить прямо на территорию комплекса? Тогда на крышу. — Рука уже скользила по рядам висящих в воздухе, светящихся голубоватым светом символов, фиксируя координаты. — Там хотя бы стреляют поменьше. — Окно стабильно. Готова?
— Как пионер. — Елена кивнула и поправила лямки рюкзака.
— Открываю переход… Пошли!

Глава 14

Если вы выкопаете русскому яму-ловушку, он использует ее как окоп.
Шеф-сержант морской пехоты Кольерс, корпус морской пехоты, Североамериканский директорат

Новая «Старая» Европа. Исторический очерк. Проблемы Новейшей истории. 
Вестник РАН России под редакцией академика РАН, профессора Института истории Милорадовича, 2095 год 
Земля — живой организм, и ему свойственна определенная периодичность, когда засухи сменяются дождями, а ледниковые периоды — периодами потепления. Нынешние изменения климата нельзя назвать потеплением или похолоданием, потому что произошло перераспределение климата на планете. Гольфстрим и Кюрасао сменили свое привычное русло, и теперь Европу не согревает вода, прошедшая через тропические воды. Кроме того, подвижки в климате привели к тому, что ветры резко усилились, и теперь снег в Африке вовсе не редкое явление, как было раньше. Самый тяжелый удар климатических изменений пришелся на территорию Северной Америки и Западной Европы. На юге Североамериканского континента климат стал намного более засушливым, что привело к разрастанию пустынно-степных зон и зоны рискованного земледелия, а запад Европы стал намного более холодным, чем еще сто лет назад. Многим европейским странам пришлось узнать, что такое настоящая зима, когда температура опускается ниже тридцати градусов, а вместо кофе в уличных автоматах просто комок льда.
Сельское хозяйство Европы получило самый сокрушительный удар, и теперь зона стабильного земледелия сохранилась лишь у побережья Средиземного моря и африканской части Европейской директории.
Угольные и газовые электростанции закрылись почти повсеместно, и остались лишь те, что работают на привозном сырье. И только ядерные станции закрытого цикла стали настоящим спасением замерзающей Европы, а термоядерные, наоборот, отошли в связи с их дороговизной и сложностью с топливом и обеспечением безопасности.
К сожалению, многие возможности были упущены еще в самом начале этого века, в связи со ставкой на так называемые возобновляемые источники, такие как ветровая, солнечная и приливная энергетика. Их удельная отдача на длинных дистанциях оказалась вовсе не так привлекательна, а огромные поля солнечных батарей и ветряков пришлось просто демонтировать, сдав оборудование на вторичную переработку.
Крах «Зеленой энергетики» был настолько чувствительным, что в годы, пока директория восстанавливала разрушенное энергохозяйство, смертность увеличилась в десять раз, а продолжительность жизни упала до рекордно низких значений…

Каир, резиденция посла России 

На огромной плоской крыше центрального корпуса, где еще недавно располагался довольно уютный сад, теперь за стеной, окружавшей крышу, прятались несколько снайперов, отстреливавших наиболее решительных или наиболее глупых.
— Не стрелять! Спецназ ГРУ! — Алиса, видя, как в ее сторону разворачиваются стволы, вскинула руки. — Красное поле! — Она выкрикнула пароль, который дал ей Тарасов для начальника охраны посольства.
— Синее небо. С этого начинать нужно было. — Подошедший откуда-то сбоку мужчина откинул забрало шлема и протянул руку. — Чего-то я ни вертолета не слышал, ни самолета. Действительно невидимку придумали? Майор Шакуров.
— Да мы, в общем, так, своим ходом. — Елена тоже сдвинула бронестекло и пожала руку. — Капитан Рокотова Елена.
— Рокотова Алиса. — Алиса коротко козырнула и сбросила рюкзак. — Товарищ майор, мы тут вам подарков притащили. Не особо много, но на пару часов веселья хватит. Самое главное, — она нагнулась к баулу и вытащила из бокового отсека пару массивных металлических чемоданчиков зеленого цвета, — защищенная связь для вас и посла.
— Да не работает связь, товарищи. Все сдохло. И спутниковая, и даже та, что прямым лучом.
— Тарасов обещал, что эта не сдохнет. — Елена сбросила лямки с плеч и тоже опустила свой багаж. — Нам бы еще с послом поговорить.
— Пойдем, провожу. — Майор оглянулся. — Рыков! Разгреби багаж, посмотри, что кому раздать.
К удивлению Рокотовых, в посольском здании не было ни суеты, ни беготни. Некоторые окна были разбиты, несмотря на мощные стальные заслонки, а под ногами хрустела стеклянная крошка.
В сопровождении начальника охраны они спустились на второй этаж и, миновав пост охраны, вошли в приемную.
— Сергей Егорыч у себя? — Майор кивнул на высокую двустворчатую дверь, украшенную затейливой резьбой.
Светловолосая девушка в безупречно белой блузке подняла усталые глаза и только кивнула в ответ, снова уткнувшись в свои документы.

— Проходите, товарищи. — Посол, мужчина лет пятидесяти с усталым лицом, кивнул и, одернув пиджак, вышел вперед. — Как прорвались только…
— Капитан Рокотова. — Алиса вскинула руку к бронешлему.
— Капитан Рокотова — Елена, словно в зеркале, повторила движение двойника и также пожала протянутую руку.
— Не Дмитрия Николаевича сродственники? — Посол, чуть улыбнувшись, посмотрел на девушек.
— Внучки. — Елена кивнула и положила на рабочий стол посла устройство связи. — Это вам Тарасов передал, сказал, что коды вы знаете.
— Коды-то я знаю, а вот что там вообще — думают нас вытаскивать?
— Так тульская дивизия уже в воздухе! — Алиса, удивившаяся этому вопросу, посмотрела на сестру, словно ища у нее поддержки. — Наверное, минут через сорок начнут чистить ПВО, и еще через полчаса начнется высадка передовых подразделений.
— Будут ли у нас эти полтора часа? — Павлов кивнул на окно, за которым заполошная стрельба сменилась настоящей канонадой. — Пушки подтянут, и привет. У нас, конечно, здание крепкое, но на обстрел в упор все же не рассчитано.
Елена переглянулась с сестрой и, увидев в ее глазах готовность помочь, уверенно махнула рукой.
— Решим вопрос. Нам бы только помещение потише, да парочку ребят без тормозов и особых моральных принципов.
— А какой у вас вообще приказ? — Посол вернулся за стол и раскрыл чемоданчик закрытой связи.
— Хватать некоего Локи и дуть отсюда подальше, да побыстрее. Но мы думаем, что сможем тут еще немного пошалить, а свалить всегда успеем.
— А кстати, как вы вообще сюда прорвались? — Павлов вскинул голову и посмотрел на девушек.
— Секрет фирмы. — Елена усмехнулась. — Скажу только, что уйти мы сможем и из подвала.
— Ну раз так, — посол повернулся к начальнику охраны, — давай, Сергей Анатолич. Командуй. Ты своих людей лучше знаешь, а я пока побеседую кое с кем.

Когда они покинули кабинет, майор Шакуров быстро организовал все необходимое, выделив для сестер глухую комнату, пять на пять метров, используемую для отдыха дежурной смены.
Через несколько минут в помещение вошли высокий светловолосый сержант со снайперской винтовкой в руках и мужчина в бесформенном зеленом комбинезоне с эмблемой радиотехнической службы разведки Альянса.
— Сержант Батов, направлен в ваше распоряжение. — Сержант коротко откозырял, внимательно глядя на Рокотовых.
— Хорошо, товарищ сержант. — Алиса, уже сменившая бронешлем на берет, кивнула. — Присаживайся. А как звать тебя? Николай? Отлично.
— А меня вы, наверное, знаете. — Мужчина в комбинезоне улыбнулся, и Елена сразу признала того, чью эвакуацию нужно было обеспечить. — Упросил Сергея Егорыча разрешить поучаствовать. Его, видимо, успокоил тот факт, что работать мы будем в самой глубине здания.
— Ясно. — Алиса кивнула. — В общем и целом, товарищи, наша задача будет проста. Здесь, — она очертила рукой круг, — будет изображение местных окрестностей. Иногда в кадр будут попадать странные вооруженные люди, которые, по-видимому, хотят чего-то недоброго. Пока одна из нас держит изображение, вторая пробьет переход в ту точку, а потом вы двое начнете стрелять. Точно и быстро. Сигнал окончания зачистки или того, что вы не видите целей, поднятый вверх ствол.
Локи улыбнулся, и в его руках словно по волшебству появился вороненый ТАД-18 — тульский длинноствольный пистолет, обожаемый киллерами всех стран за точный бой и легендарную надежность.
— А тебе, Николай, я рекомендую отложить винтовку и взять автомат. Переключись на тихий режим и работай, как в тире.
— Ясно, товарищ капитан. — Сержант сосредоточенно кивнул.
Через минуту механизм по отстрелу штурмовых групп заработал, словно уборочный комбайн. Николай выкашивал центр длинными очередями, а Локи точными выстрелами гасил тех, кто стоял по краям. Причем темп его стрельбы мало отличался от автоматной. В какой-то момент разведчик отложил свой пистолет и взял в руки автомат, поняв, что стрелять придется еще много, а ресурс пистолета ручной сборки нужно поберечь. Окно выводилось в пятнадцати — двадцати метрах от группы, а промахнуться с такой дистанции — это нужно сильно постараться.
— Стой. — Локи, который следил за всеми действиями девушек, остановил Алису, уже готовую открыть переход в какой-то темный переулок, где собралась толпа плохо одетых, но хорошо вооруженных людей. Один из них, видимо старший, был белым, хотя и одет в обычные для афро тряпки. Размахивая руками, мужчина строил свое воинство и, взмахнув рукой, обернулся. — Я знаю этого человека. Можем мы за ним проследить?
— Запросто. — Алиса перевела дух и толкнула туманный шарик «Ока» вслед за уходящим боевиком, пока тот не сел в припаркованный рядом вездеход.
Через минуту машина остановилась у подъезда, и мужчина, махнув охране каким-то документом, зашел внутрь и поднялся на второй этаж, где по всему пространству коридора громоздились ящики с боеприпасами и ходили толпы вооруженных людей. За дверью одной из комнат находилось сразу пятеро мужчин, стоявших у карты с изображением района посольства.
— Эх, живьем бы этот кагал взять. — Локи мечтательно поднял глаза вверх, и кто-то там, видимо, услышал его молитву, потому что Алиса лишь деловито кивнула и облизнула пересохшие губы.
— Сейчас сестричка пробьет переход, и можно будет вязать.
— Ты собираешься в одиночку захватить пятерых мужиков, трое из которых матерые боевики?
— Есть противопоказания? — Она поправила берет и, кивнув Лене, встала напротив окна.
— Пять, четыре, три, два, один, пошла!
Словно размытая тень, Алиса влетела в комнату, сразу вырубив того, что стоял рядом, и так же мгновенно вывела из боя еще двоих. Успели правильно среагировать только двое, один из которых выдернул из кобуры пистолет, а второй отскочил в сторону и уже разворачивался для того, чтобы дать деру.
Алиса в развороте воткнула кулак в живот любителю пистолетов и левой, подхватив со стола металлическую пепельницу, метнула ее в того, кто уже стоял лицом к двери.
От удара тело бросило в стену, и уже в бесчувственном виде оно стекло на пол.
— Принимайте! — Она повернулась к переходу, но вместо этого Локи скользнул к ней в комнату и стал в лихорадочном темпе отключать аппаратуру связи и тактические управляющие модули, после чего начал подавать их сержанту.
Когда комната была очищена от техники, настала очередь боевиков, которых сразу же связывали и укладывали на пол.
— Не могу больше. — Елена, бледная словно мел, держалась из последних сил, прикусив губу до крови и зажмурившись.
— Закрывай! — Алиса, последней проскочив на свою сторону, тут же положила руки на грудь и на лоб сестры и начала вкачивать в нее свою энергию.
Лицо сразу порозовело, и Елена открыла глаза.
— Ты как?
— Словно бронепоезд разгрузила.
— Давай я тебя на диванчик перенесу. — Алиса легко, словно ребенка, подхватила Елену, переложила на диван и, выдернув одним движением флягу, поднесла ее к губам сестры. — Все. Отдыхай. — Она повернулась к Локи, который уже открыл один из ноутбуков и теперь, словно именинник, просматривал его содержимое. — И стоило оно того?
— Вот тот, в зеленой чалме, которого ты вырубила первым, — Абу аль Шариф, организатор теракта в Новосибирске пять лет назад и нескольких других. А мужик в бандане и камуфляже — Самир Хани, глава армии наемников, которую он называет Экоармия. Никакая это, конечно, не армия, а просто огромная банда, но вот что в такой компании делает глава восточного направления разведки Альянса, я даже предположить не могу. Тут мое воображение просто пасует. Важно, что сейчас, оставшиеся без управления, отряды просто разбегутся по щелям, так что вы, можно сказать, задачу свою выполнили.
— Так нужно десант остановить?
— Как ты себе это представляешь? — Локи нахмурился. — Они уже над Каспием. Теоретически, конечно, можно, но тут понимаешь — политика. Нужно именно сейчас бряцнуть оружием, чтобы неповадно было. А то взяли моду на посольства нападать. Нет, ты, конечно, можешь попытаться, но рупь за сто, если решение о десанте было связано с нападением на посольство лишь косвенно.
В этот момент распахнулась дверь, в комнату вошел статный мужчина в сером костюме и белоснежной рубашке.
— Что случилось? — Он подошел к Локи и через его плечо посмотрел на экран ноутбука.
— А ты там, в углу, посмотри. Не узнаешь никого?
Несколько секунд мужчина всматривался в лица.
— Абу Шариф, — мечтательно произнес он. — Какая встреча. А это у нас, похоже, сам господин Хани и его помощник Джексон Стюарт. Да сегодня просто праздник! А вот эти двое мне не знакомы, но, судя по нашивкам, подразделение «Сигма», командный состав. Тоже есть о чем поговорить. — Он поднял глаза и посмотрел на сержанта.
— Пойдем. Напишешь мне подписочку о неразглашении. А то что-то многовато секретов даже для нашего сотрудника.
Через десять минут он вернулся и, лишь мазнув взглядом по Рокотовым, качнул головой в сторону двери.
— Пойдемте, товарищи. Есть несколько тем для обсуждения.
Кабинет, в который их привел мужчина, располагался в правом крыле и, несмотря на скромность, был отделан деревом, а на полу лежал исфаханский ковер ручной работы.
— Я не представился. — Мужчина достал из нагрудного кармана пиджака карточку-удостоверение и провел пальцем по тыльной стороне, активизируя скрытое изображение.
— Глава Восточного направления, полковник Алиев.
Елена хмыкнула:
— Солидно, конечно, но, боюсь, даже в этом случае разговор может не получиться. У нас другое подчинение.
— А так? — Не меняя выражения лица, полковник вытащил другую карточку, где значился короткий цифровой код.
— Так уже лучше. — Алиса кивнула.
— Генерал Тарасов в общих чертах поделился со мной по части ваших талантов. — Глава разведывательного центра чуть замялся. — Насколько я понимаю, быстро прогрессирующая шизофрения господина Когана — ваших рук дело? — И, не дожидаясь ответа, продолжил: — А можно подложить маленькую коробочку в одно место?
— Расстояние и масса?
— Вес около пятисот граммов, расстояние… чуть меньше двух тысяч километров.
— Гиперволновой транслятор? — усмехнулась Алиса, пока Елена прикидывала расстояние.
— Разведцентр в Палермо? — Елена кивнула. — Можно, но через пару часов. Мы и так вычерпали себя досуха. Нам бы поесть да поспать — и можно хоть тактический заряд в арсенал в Каподичина.
— Смешно, — без улыбки прокомментировал полковник. — Особенно учитывая, что в арсенале хранятся именно тактические заряды для удара первой волны, волна дойдет даже до Рима, а на месте Неаполитанского залива будет новое море. — Он кивнул каким-то своим мыслям и, встав с кресла, подошел к двери, располагавшейся за его рабочим столом.
— Моя комната отдыха в вашем распоряжении, завтрак вам принесут через полчаса.
— Лучше обед и сразу ужин, — уточнила Елена и, рывком встав, пошла к двери.

Возвращались они вместе с десантниками тульской дивизии, которые за сутки пребывания учинили такой разгром, что район проще было отстроить заново, чем восстанавливать. Огромные «Муромцы», способные поднять до трехсот тонн груза, шли в сопровождении истребительного эскорта и, спокойно преодолев несколько границ, стали заходить на полосу одного из подмосковных военных аэродромов.
Родная земля встречала ярким солнцем и не по-апрельски теплым утром.
Пока десантура деловито перемещалась из чрева транспортника по грузовикам, Алиса, озорно оглянувшись и не увидев встречающих, толкнула в бок Елену.
— Сбежим?
— А смысл? — Лена пожала плечами. — Найдут, один хрен.
— Пока найдут… — Алиса небрежно махнула рукой.
— А оружие, снаряжение? Или ты предлагаешь так погулять? — Девушка скептически посмотрела на уже чуть припыленную броню.
— Дома оставим. — Алиса потрясла перед носом у сестры ключами от новенькой квартиры. — Я же тебе обещала незабываемый шопинг. А с нашими делами когда еще доведется по магазинам пройтись.
— Дались тебе эти магазины, — ворчливо ответила сестра. — Меня больше привлекает какой-нибудь тихий ресторан. А то казенная жрачка совсем надоела.
— Будет тебе и ресторан, и вообще что пожелаешь. — Алиса рассмеялась и приобняла Елену.
Чуть припоздавший капитан, который должен был встретить сестер и отвезти их на объект, увидел, как обе девушки исчезли, словно растворившись в воздухе.
— Завтра же к врачу. — Капитан помотал головой, приходя в себя, и, уже никуда не торопясь, пошел докладывать руководству.

Из облака перехода они вышли в полутемном закоулке между краем детской площадки и стеной дома. Чинным шагом, словно ничего не случилось, девушки в легкой штурмовой броне прошли через двор и поднялись на восьмой этаж, где находилась квартира Алисы.
Небольшая, всего две комнаты, с окнами в тихий дворик квартира была своеобразным приданым от семьи Рокотовых, чему сама Алиса совсем не противилась, так как, даже несмотря на радушие семьи, пока все же чувствовала себя несколько скованно.
Выбор вещей в гардеробе был невелик, но пара легких платьев, туфли и белье нашлось в достаточном количестве. Наскоро приведя себя в порядок, Алиса и Елена, вызвав такси прямо к дому, отправились в «Пассаж», недавно переживший очередной ремонт, который вернул ему первоначальный облик.
Две девушки, выпорхнувшие из машины, сразу привлекли внимание разных криминальных или полукриминальных деятелей тем, что, не задерживаясь, сразу прошли в салон красоты, куда посыльные сразу же начали таскать каталоги и рекламные проспекты нескольких модных домов.
Криминальный сброд был вполне интернационален. В него входили бывший сенегальский спортсмен, незадачливый китайский программист и даже парочка невесть откуда затесавшихся боливийских индейцев. Остальной состав группы был попроще и представлял собой сборную солянку из жуликов и бандитов российского происхождения.
Вещи и ценности, покупаемые близнецами, были настолько дорогими, что глава банды, вор по кличке Доха, сразу решил, что две проститутки тратят подарок богатого папика. А поскольку деньги в кармане ближнего он считал личным оскорблением, то этот процесс следовало перенаправить. Для начала на разведку отправился Эво Наварра, обладавший внешностью классического мачо, но, к удивлению главаря, сестры даже не прореагировали на статного смуглокожего красавца, а когда его попытки познакомиться стали их утомлять, молодому человеку прямо посоветовали пройтись в пешую прогулку с эротическим финалом.
Потом был и Сеня Столб с предложениями выгодного вложения денег, и прочие, но деньги так и продолжали утекать мимо со страшной скоростью. Наконец Доха принял решение о реализации силового варианта, и, когда девушки зашли в очередной бутик, противовандальные жалюзи резко опустились, отсекая магазин от торгового зала.
— Ну что, девочки, будем делиться? — Доха, поигрывая отполированным до блеска пистолетом — гражданской модификацией «волка», стоявшего на вооружении у частных охранных фирм, — проводил взглядом убегающих продавщиц.
Он перевел взгляд на двух «курочек», которые просто обязаны были сейчас визжать от страха, но вместо этого, аккуратно поставив покупки на пол, с какой-то усмешкой смотрели на пятерых гопников, окруживших их полукольцом.
— Того, в белом, живьем, — кивнула Елена на главаря и, резким ударом срубив Сеню Столба, развернулась, в повороте воткнула острый носок модельной туфли в висок Гвоздя и закончила движение ударом локтя в грудную клетку третьего бандита, оставшегося в нашей истории безымянным.
К этому моменту противники Алисы уже лежали на полу, а незадачливый пахан круглыми от ужаса глазами смотрел на собственный пистолет, ствол которого торчал у него во рту. А ровно через пять секунд стальные ленты жалюзи были сметены таранным ударом полотера, и в образовавшуюся щель ужом ввинтился мужчина в классическом костюме и с длинноствольным ТАД-19.
— Всем лежать! Военная разведка России!
— Нам тоже? — Елена поправила челку и присела, положив руку на торчащую из-под отворота пиджака покойника пистолетную рукоять.
— Да что же это такое! — Мужчина оглядел учиненный разгром и от досады чертыхнулся. — Даже по магазинам не можете сходить, как нормальные люди! Ну вот почему к вам все это липнет, словно медом намазано?!
— Это вы лучше расскажите, почему двум тихим, спокойным и скромным девушкам уже и в магазин не выйти. — Алиса, не вынимая пистолетного ствола изо рта бандита, покачала головой. — И кто нам заплатит за моральный ущерб? У меня вот пятно на платье, и это, между прочим, для меня огромная душевная травма.
— Алиса Константиновна, да оставьте вы уже этого несчастного. — Мужчина кивнул входящим прямо через разбитую витрину коллегам и спрятал свой пистолет в кобуру. — Я полковник Зотов, пятое управление. Так, трупы сдать медслужбе, живых — милиции. Петя, на тебе все переговоры с милицией и прокурорскими.
— Слушаюсь. — Флегматичный гигант в легком летнем пальто коротко кивнул и вышел из магазина.
— Вас, Елена Константиновна, и вас, Алиса Константиновна, я прошу пройти в нашу машину.
— Но мы не закончили с покупками! — твердо возразила Алиса, которая действительно планировала еще посетить магазин нижнего белья и несколько обувных лавок.
Командир группы только вздохнул и чуть обернулся назад.
— Марта?
— Здесь. — Высокая, стройная девушка в просторном плаще вывернулась откуда-то сзади.
— Будешь сопровождать товарищей в ближнем радиусе. Ушки на макушке, ствол под подушкой.
— Есть, товарищ полковник. — Девушка кивнула, встряхнув короткой стрижкой черных волос, и подошла к сестрам.
— Старший лейтенант Линдстрем.
— А зовут-то вас, товарищ старший лейтенант, как? — Елена приветливо улыбнулась.
— Марта.
— Товарищ полковник, вы действительно считаете, что нам нужна охрана? — Алиса тоже улыбнулась, но в ее исполнении улыбка вышла несколько зловещей.
— Не вас охранять, а от вас. — Полковник устало вздохнул. — Заодно посмотрите, как ведут себя в магазинах действительно скромные девушки. Марта, конечно, тоже совсем не образец всепрощения, но во всяком случае она, перед тем как начать убивать, всегда пытается решить дело миром.
— Это товарищ полковник шутит. — Марта улыбнулась, и только теперь Алиса увидела на ее щеке едва заметный шрам, переходящий на шею.
— Вторая финская?
— Сто вторая бригада. — Марта кивнула.
— О! И мы из сто второй. — Елена подхватила Марту под руку и, о чем-то тихо разговаривая, повела ее из магазина.
Заместитель командира группы, майор Гаджиев, только головой покачал, увидев эту картину.
— Как бы хуже не получилось, товарищ полковник. Марта, конечно, девушка нордическая и выдержанная, но, если у нее планку сорвет, это будет просто день патологоанатома.
— А где я тебе настоящих телохранителей найду? — ворчливо отозвался полковник и ткнул носком ботинка в бок замершего в позе личинки главаря бандитов. — Этого, как я понимаю, оставили тащить мне лично?
— Как можно, шеф? — удивился подошедший офицер, одетый, как и все, в штатское, но с каким-то неуловимым военным шиком. — Дважды герою России сие просто неуместно. Сейчас мы ему ножку прострелим, и он сам быстренько похромает на выход. Правда, похромаешь?
— Это почему же он с одной ногой похромает быстрее, чем на двух? — удивился Гаджиев.
— А потому, что если не похромает, то следующим выстрелом я снесу ему его причиндалы. Ведь побежишь же, правда? — Капитан Свиридов усмехнулся, легко, словно котенка, приподнял бандита за шкирку и поставил на пол. — Давай двигай, придурок, пока не настало время страшных чудес.

Глава 15

Если я встану, ты у меня ляжешь.
Михаил «Япончик» Винницкий, г. Одесса

Сетевое издание «На рубеже», издательский центр «Ленинград» 
В самом начале своей истории «Гринпис» был совсем не террористической организацией, даже не экстремистской. Группа привлекала внимание общественности к различным аспектам охраны природы и не помышляла о большем, пока к власти в ней не пришли люди, настроенные на капитализацию влияния организации.
Практически сразу характер акций резко изменился, и вместо борьбы за экологию «Гринпис» начал борьбу с технологиями. Сначала мирные, а потом и откровенно враждебные акции против тех, кто не вносил крупные пожертвования на счета организации и лично в адрес руководителей.
Акции «Гринпис» стали избирательными и довольно опасными, а затем и откровенно террористическими. Необходимость проведения технически и организационно сложных мероприятий привела к созданию оперативного центра «Гринпис», который со временем превратился в боевое крыло организации со своими учебными центрами, инструкторами и боевыми ячейками, устраивавшими террористические акты на объектах, которые «заказывали» спонсоры «Гринпис».
Первое крупное столкновение Экологической армии с правительственными войсками произошло в марте 2045 года на территории Камеруна, где боевое крыло «Гринпис» уничтожило химический комбинат, принадлежавший «Чайна Кемикл Индастриз». Выброс отравляющих веществ практически уничтожил двести пятьдесят квадратных километров джунглей, сделав невозможным проживание там людей без защитного снаряжения. Ответным ударом НОАК были разгромлены базы по подготовке боевиков в Судане и Камеруне, а также проведена спецоперация по уничтожению агентуры «Гринпис» в Поднебесной.
Через два года после этих событий Экоармия представляла собой уже вполне сложившуюся террористическую группировку со штаб-квартирой на территории Центрально-европейского директората Альянса, что обусловило их основной интерес к объектам китайских, российских и индийских корпораций. Самыми активно развиваемыми направлениями стали арктическое и африканское, в связи с присутствием там всех вышеперечисленных стран. И если в Африке самой действенной была тактика партизанских боев, то в Арктике, в связи с легкостью обнаружения и уничтожения, Экоармии пришлось осваивать малошумные подводные лодки и другое высокотехнологичное вооружение.
Но для боевиков «Гринпис» было настоящим сюрпризом массовое использование российской армией дальних беспилотников «Альбатрос», низкоорбитальных спутников и флотилии Экранопланов, способных настигнуть и уничтожить практически любой корабль.
Сейчас бесперспективность атак на российские и китайские объекты понятна даже самым ярым противникам русского присутствия в Арктике и китайского — в Африке, но суммы, регулярно перечисляемые директоратом Альянса на поддержание очага напряженности, заставляют их вербовать новых сторонников, бросая их в самоубийственные атаки.

Срочно! Конфиденциально! 
Согласно анализу сведений, поступивших от агентов Рози, Кантон, Далила и Парис, количество секретной информации, поступающей в разведывательные органы России от источников в Альянсе, возросло на порядки, что косвенно свидетельствует о предельной глубине агентурного и технического проникновения в структуры Альянса. Проведенная проверка выявила лишь нескольких агентов, завербованных Китаем, на позициях низких значений, двух российских и одного агента индийских спецслужб. С учетом того, что никто из них не имел доступа к секретным материалам, работу по выявлению вражеской агентуры нельзя считать успешной.
В связи с необходимостью проведения срочных следственно-оперативных действий в среде высшего офицерского состава Альянса прошу вашего разрешения на получение оперативного допуска ранга «Красный особый» для всех сотрудников Управления безопасности директората, занятых в расследовании, и на выделение дополнительного премиального фонда в размере двадцати миллионов талеров и десяти миллионов юаней.
Начальник службы безопасности директората, генерал Кронинг

Трое суток, отведенных руководством на «погулять», для сестер закончились в роскошном ресторане, куда была приглашена вся команда полковника Зотова и присоединившиеся к ним молодые летчики Северного флота, обмывавшие государственные награды.
В Арктике было, как всегда, неспокойно, и боевым пилотам всегда находилась работа по отлову террористов, браконьеров и даже просто заплутавших туристов. Основную проблему конечно же составляли бандиты из так называемой Экоармии. Подразделения, базирующиеся на плавучих платформах и береговых базах, отлавливали и отстреливали подавляющее большинство еще на дальних подходах, но некоторая часть все же прорывалась к платформам и терминалам, где в бой вступали подразделения ближнего радиуса.
— А давайте к нам, на Север! — Молодой старлей с новеньким сверкающим орденом Красной Звезды на кителе бросил взгляд на сестер. — Пройдете первоначальную подготовку, получите сержантские погоны. У нас сейчас там такие дела творятся! Будут и награды, и выслуга.
— Да я как-то… — Елена замялась даже, не зная, что ответить, но положение спасла, на свой манер, Марта.
— Думаю, товарищ старший лейтенант, что ее командир будет против. К тому же променять погоны капитана спецназа на сержантские нашивки технической службы как-то нелогично.
К чести старшего лейтенанта, он лишь отставил бокал в сторону и, широко улыбнувшись, кивнул.
— И то правда. Почему я решил, что такие замечательные девушки не обладают скрытыми талантами. — Он рассмеялся и вскинул голову. — Но я все же рискну пригласить вас, Алиса, на танец.

Вечер закончился тихо, словно истаяв, а Алиса еще долго вспоминала голос и глаза молодого офицера. А с утра их вновь подхватил вихрь дел и забот.
Оказалось, что парламент на секретном заседании принял несколько поправок к действующему законодательству, фактически разрешив сменить форму правления. Кроме того, на проталкивание в общественном сознании идеи восстановления монархии были затрачены такие средства и подключены такие силы, что президенту пришлось срочно собирать совет, чтобы решить, что делать с этим дальше.
Решение и военных, и гражданских было однозначным: если и восстанавливать монархию, то нужно установить такую высокую планку требований, чтобы императором России никак не смог стать человек случайный или недостойный. Интеллектуальный, физический тест, тест на управленческие таланты и, кроме всего прочего, расширенная проверка на детекторе лжи, позволяющая выявить всю подноготную человека.
И тут возникали сразу две глобальные проблемы. Первая заключалась в типе смены элиты, эта смена, как правило, происходила двумя путями. Первый и самый распространенный заключался в том, что те люди, которые захватили управление страной, никак не захотят делиться властью с молодыми и талантливыми, пока те не докажут им свою личную преданность. «Старички» будут всячески продвигать своих потомков, невзирая на их весьма сомнительные деловые и личностные качества. В этом случае приходилось постоянно снижать общий интеллектуальный уровень населения, чтобы даже полный дебил, хорошо выдрессированный в элитном учебном заведении, выглядел выигрышно по сравнению со средним человеком.
Второй вариант предполагал наличие мощных социальных лифтов и высочайшую конкуренцию для желающих занять кресло руководителя государственного предприятия или учреждения. Элита формировалась подвижная и зависимая от результатов собственной деятельности.
Конечно, даже в такой ситуации нашлись бы лазейки для протекционизма. Правда, будет его на порядки меньше, потому что сынок дебил не пройдет никаких тестов, но полностью избавиться от этой болезни совершенно невозможно.

Через неделю президентский совет собрался снова, и принципиальные решения стали оформляться «мясом» распоряжений, приказов, графиков и планов конкретных событий. Была создана Всероссийская комиссия Единого Квалификационного Экзамена, который через три года должен был стать обязательным для любого государственного служащего от десятого ранга и выше.
Самым сложным было увязать в единое целое несколько параметров, таких как собственно экзаменационный балл, опыт работы, который тоже немало стоил, умение работать в команде, от чего зависели результаты коллективного труда, и физический статус, который совершенно не обязательно должен был быть высоким, но должности соответствовать обязан.
И первые пять лет вся система будет работать как рекомендательная, позволяя выявить потенциальных руководителей и сформировать кадровый резерв.
Но одновременно с этой системой формировалась другая, направленная на помощь прежним руководителям, адаптацию их к новым условиям, переобучение и трудоустройство.
Во всей этой суете сестры были задействованы как мгновенный детектор лжи и просто как проверенные сотрудники. Они выезжали со следственной бригадой, а иногда и с группой захвата, на прикрепленном к объединенной следственной бригаде стратосфернике.

Когда в стране объявили открытый конкурс на должность императора со свободно выложенными заданиями, в движение пришло огромное количество не только действительно талантливых и умных людей, но и тысячи фриков и психически неполноценных.
Региональный отсев проходил в три этапа, когда нужно было пройти несложную полосу препятствий, решить две сотни задач на логику, интеллект и управленческие способности и в конце концов пройти полностью автоматизированный тест на детекторе лжи.
К конкурсу в Москве, Екатеринбурге и Владивостоке были допущены около двухсот тысяч человек, которым пришлось попотеть, для того чтобы добраться до третьего тура.
По результатам второго тура было заведено несколько сотен уголовных дел о подтасовке результатов, и очень многие поехали осваивать далекие сибирские просторы и шить спецодежду в особых учреждениях.
Алиса и Елена проходили экзамены в приказном порядке, так же как и все офицеры от капитана и выше, поскольку Министерство обороны остро нуждалось в молодых специалистах и не желало упускать такую возможность провести кадровый отбор.
Последний тур в Москве проходил на территории Олимпийского центра, где можно было одновременно разместить несколько десятков тысяч человек и провести основные этапы теста. К удивлению многих, Николай Сергеевич Батов тоже жил на территории комплекса и точно так же выбегал на утреннюю зарядку, правда, в сопровождении нескольких молчаливых парней из службы охраны.

Финальный тест на психолого-управленческие способности проходил в открытом для зрителей режиме. Он содержал две сотни вопросов, процесс ответов на которые каждый зритель мог наблюдать в режиме реального времени. Понятно, что больше всего внимания досталось действующему президенту и нескольким фаворитам, среди которых был фермер из Брянской области и инженер из Владивостока, показавший такие высокие результаты на интеллектуальном тесте, что его пришлось проверить еще раз, чтобы полностью исключить возможность подтасовки.
Срезался инженер на психологии коллектива, что было понятно, так как он никогда не управлял ничем больше бригады из десятка человек, а фермер уперся в социологию, что тоже объяснимо, так как он большую часть времени провел в довольно узком и оторванном от больших городов коллективе.

— Что вы скажете о прошедшем испытании? — Молоденькая девушка-репортер, волнуясь от важности порученной ей миссии, тыкала микрофоном в лицо Алисе и выпаливала свои вопросы, словно пулемет.
— Мне было интересно оценить свои способности и увидеть нашу великую страну в лицах конкретных людей. — Алиса улыбнулась и снова аккуратно отодвинула микрофон от лица.
— А что вы можете сказать о результатах Николая Сергеевича Батова?
— Монстр, — буркнула девушка. — Ну ладно, на полосе он совсем не первый, и это понятно. Все же ему около шестидесяти, хотя для своего возраста он в великолепной форме. А вот его показатели в интеллектуальных тестах и в управленческих задачах… Я половину из них поняла, только разобрав текст побуквенно, а правильно решить смогла только треть. И это притом, что соответствующую дисциплину проходила в Академии, и не так давно, чтобы все забыть.
— А вы не думаете, что задания были специально подогнаны под опыт и знания действующего президента?
— Это просто невозможно. — Алиса усмехнулась. — Каждый конкурсант вытаскивал из барабана номер и получал свою папку с заданиями. Кроме того, там были и вопросы типа: сложите все цифры текущего времени и даты и перемножьте получившиеся числа. Как вы сами понимаете, темп решения задач у всех разный и время у всех разное, так что подгадать практически невозможно. Или вот задача по управлению уборочной бригадой, реализованная на боевом имитаторе. Ее лучше всего решил Егор Саввич, что вполне естественно, так как с такими он сталкивается регулярно. Но и товарищ Батов решил ее хорошо, получив в итоге второй результат. Так что у нас вполне компетентный руководитель, и я совсем не против того, что он станет императором.
— А как вы вообще относитесь к идее восстановления монархии?
— Хорошо, тем более что это не монархия в обычном ее значении. Не наследуемая абсолютная власть, а избираемая среди кандидатов, прошедших тщательный отбор. Срок в двадцать и даже в сорок лет вполне конечен, но достаточно велик, чтобы начинать стратегические проекты, рассчитанные на долгие годы, а не стричь популярность на дешевых решениях.

Коронация, которая прошла через месяц после выборов, уже была воспринята людьми как нечто само собой разумевшееся, так как новый император был отлично знаком гражданам своей страны. И когда служил в армии, и позже, когда стал президентом.
Три сотни лидеров отбора и все, кто пожелал повысить свой уровень, были распределены по учебным заведениям, причем с индивидуальной программой и практикой в крупнейших коллективах, а сестры Рокотовы неожиданно для себя загремели в Академию Генерального штаба, где им предстояло пройти двухгодичный курс повышения квалификации.
Вообще вся эпопея с выборами императора здорово всколыхнула общество, заставив некоторые структуры работать лучше, какие-то замерли в ожидании возможной реорганизации, а какие-то начали самоорганизовываться, перестраиваясь под новую реальность. Люди, увидевшие прямую возможность изменения социального статуса, стали активнее учиться и заниматься спортом.
Император Николай Третий, получив дополнительную поддержку в обществе, начал проводить реформы и чистки аппарата более активно, и многие ведомства пополнились финалистами и полуфиналистами всероссийского конкурса. Пока, конечно, не на первых позициях, но за их успехами и неудачами пристально наблюдали, делая выводы не только о них самих, но и о начальниках, которые запросто могли осложнить жизнь своему новому подчиненному.
Все время, пока страну лихорадило, армия и флот находились в состоянии повышенной боеготовности, а учения, несмотря на дороговизну, устраивались так часто, как могла выдержать техника.
Но больше всего в этом плане оказал помощь полковник Наро, имевший теперь статус чрезвычайного и полномочного посла Гисса Айян в Российской империи. Виртуальные тренажеры, пусть и не новые по меркам айя, но фантастически технологичные по земным стандартам, позволяли полностью погрузить обучаемого в виртуальную реальность, имитируя и повреждения боевой техники, и боль от ран, хотя и менее болезненно, чем в реальности.
Первые два десятка тренажеров долго налаживали программисты и специалисты-виртуальщики, а потом, когда основные пакеты были настроены, за дело взялись преподаватели Академии и центров обучения личного состава. Было создано пять глобальных блоков. Отделение — взвод, рота — батальон, батальон — полк, полк — бригада и бригада — дивизия. Все с учетом реальных параметров боевых машин всех стран мира и природных условий возможных театров боевых действий. Во флотских учебных центрах было примерно то же самое, но там все было намного проще, так как типов кораблей, которые должны были поступить на вооружение российского космофлота, было не так много, а тактика их боевого применения давно отработана. Оставалось лишь дополнить базы знаний характеристиками и моделями космических и плавучих кораблей земных государств и их тактическими схемами.
Тренажеры здорово экономили совсем не бесконечный ресурс боевых машин и расходные материалы, которые военная техника жрала в три горла.
Фактически с момента появления учебных центров люди словно выезжали в боевые командировки, проводя две-три недели по десять-двенадцать часов в день в боевой обстановке, что позволяло выявить и кандидатов на продвижение, и, наоборот, командиров, не соответствующих своим должностям.
Сай Наро частенько встречался с сестрами, обучая их всем тонкостям пользования нархоном, а на день рождения подарил виграмскую розу на толстом диске из мягкого материала, который, как сказал полковник, мог практически вечно поддерживать жизнь цветка.
Но самым существенным было то, что цветок аккумулировал жизненную энергию и мог поделиться ею с человеком. Конечно, было той энергии сущие крохи, но для сестер, измотанных в учебных классах и на полигоне, а позже и в спецлаборатории номерного НИИ Министерства обороны, это было существенно, как лишний глоток воды для уставшего путника.
Теперь они могли телепортировать груз массой до ста килограммов на расстояние пять тысяч километров, а до килограмма — в любую точку Земли, что сразу оценили люди из разведки, внедряя свои устройства слежения в компьютеры и даже мебель видных политических и государственных деятелей Альянса.
А боевому крылу «Гринпис» достался макет тактического заряда, установленный в холле главной штаб-квартиры, с веселой надписью: «Посылка из России». Намек был понят прекрасно, и накал страстей в Арктике резко пошел на убыль, так как рисковать жизнями наемников-маргиналов — это одно, а вот ставить на кон собственные жизни руководители были совсем не готовы.

К окончанию Академии Генштаба сестры получили майорские звездочки и убыли в распоряжение «Девятки» — управления, занимавшегося военными технологиями и управлявшего всем процессом получения новых технологий и соблюдением режима секретности.
Этому очень поспособствовал сай Наро, так как вся техника, приходящая от айя, имела маркировку: «Россиiскаiя Имперiа, 2351 годъ».
Одновременно с волной дезинформации по каналам разведки была проведена целая информационная кампания в прессе и Сети с целью показать иностранным разведкам ведущиеся разработки многомерного пространства и физического пробоя в параллельные миры, что сразу же дало свой результат в виде перенаправления финансовых потоков западных научных центров на исследование этой тематики.
Сай Наро по этому поводу заявил, что если у них и вправду получится пробить канал в другие измерения, то лучше в этот момент быть подальше от места пробоя, потому что обычно оттуда вылезает такое, что и шизофренику-наркоману не привидится в бреду.

А на параде 9 мая 2100 года по брусчатке Красной площади и в небе над ней прошли торжественным строем эскадрильи тяжелых айянских гиперзвуковых истребителей «Шторм» и бронированных машин прорыва «Молот», за штурвалами которых сидели русские экипажи. Многочисленные журналисты не отрывались от фото- и видеосъемки, стараясь запечатлеть каждую деталь боевых машин для последующего анализа, но Алиса, стоявшая вместе с сестрой на одной из боковых трибун, только усмехалась, вполне справедливо полагая, что внешние очертания воздухозабора дадут много информации о работе плазменно-кристаллического привода истребителей или водяного синтез-реактора танка. Даже имея полную технологическую карту производства, в России смогли лишь воссоздать сам принцип, но повторить размеры этих двигателей так и не удалось.
Она повернула голову в сторону главной трибуны и увидела застывшее, словно маска, лицо Председателя Госсовета КНР Чжао Ци Шеня и нахмуренное — посла Альянса.
Сюрприз, подготовленный для врагов, был тем болезненнее, что всем союзникам техника была уже представлена на полигонах, как и подтверждение обязательств России по Евро-Азиатскому оборонительному пакту, подписанному еще в 2045 году.
Именно поэтому Ци Шень и мог позволить себе ослепительно улыбаться, глядя, как суетятся иностранные «корреспонденты» и представители Альянса, видя жесткие угловатые формы невиданных боевых машин, окруженные радужно поблескивающей пленкой силовой защиты.
Конечно, бывший русский президент, а ныне император, не соизволил поделиться источником, откуда взялась эта поразительная техника, но с учетом отношений между Китаем и Россией это вовсе не так важно. А вот Альянс действительно получил крайне неприятную муху в суп. Ци Шень снова лучезарно улыбнулся и кивнул, словно другу, военному атташе Альянса — генералу Хименесу, отчего тот скривился, будто проглотил ту самую муху, а председатель госсовета снова повернулся в сторону неспешно двигающейся техники и задумался над тем, что «император Китая» звучит куда более внушительно, чем «председатель государственного совета».

Глава 16

Если проблему может решить киллер, это не проблема, а расходы.
Дон Витторио.
Капо ди тутти капи

«Мир и вокруг него». Обзорно-аналитическая программа канала «Россия сегодня» 
Современная банда — это вовсе не толпа оборванцев с мачете и парой хижин в лесу. Банды двадцать первого века — отлично подготовленные и вооруженные самой современной техникой боевые структуры, способные соперничать даже с крупными частными армиями и подразделениями небольших государств.
Есть даже учебные центры и центры переподготовки командного состава, так как численность некоторых банд достигает нескольких миллионов человек и более.
Конечно, существование подобных структур было бы немыслимо без государственной поддержки на самом высоком уровне, поэтому каждая из банд имеет «зонтик» из государственной службы, оказывающий, помимо финансовой, правовую и организационную помощь.
Крупнейшая по численности банда — это так называемое «Черное братство», или «Черные братья». Численность — более десяти миллионов человек, штаб-квартира находится в Харгейса, Свазиленд. Покровитель — Объединенное разведывательное управление Альянса.
Гораздо меньшая по численности, но куда более значительная по влиянию группировка — «Арийское братство», объединяющее около трех миллионов человек, со штаб-квартирой в Исландии. Имеет на своем вооружении не только танки и авиацию, но и несколько космических кораблей, что значительно расширяет их каналы контрабанды. «Арийское братство» существует в основном за счет Американского директората Альянса, в лице Разведывательного управления Американских директорий.
Третья по влиянию в глобальном масштабе и первая в Азиатско-Тихоокеанском регионе — это, естественно, «Триада». Около четырех миллионов бойцов и агентов, проникших во все учреждения и коммерческие структуры региона, контролируют все денежные и криминальные операции и даже влияют на большую политику через ряд коррумпированных депутатов и президентов. Находится под крылом военной разведки Китая.
Завершает наш список наиболее значительных криминальных группировок «Зеленый мир». Некогда экологическая, а ныне просто криминальная банда, специализирующаяся на вымогательстве и диверсиях на крупных промышленных объектах. Штаб-квартира Экоармии находится напротив здания Политической полиции Европейского директората в Штутгарте, что не нуждается в дальнейших пояснениях.

Североамериканская директория, командный центр Шайен 

Большое совещание, назначенное главой директората Александром Хантом, в один миг изменило все планы командования объединенных сил Альянса. В горы Шайен подтягивались дополнительные подразделения, усиливалась ПВО и даже орбитальная группировка.
Командующий сухопутными силами генерал Дега, настоящий боевой генерал, поднявшийся собственным умом и волей от командира батареи до командующего сухопутными силами, прекрасно знал, что своему взлету он обязан не политикам, а той банде, что именовалась армией и представляла собой по сути государство в государстве. Держать в руках орду таких отморозков было крайне непросто, но авторитет генерала был настолько высок, что одного его слова было достаточно, чтобы пригасить любой конфликт среди своих подчиненных, а его гнева опасались даже бойцы, набранные из латиноамериканской банды «Танго Бласт» и «Арийского братства».
Угловатое скуластое лицо генерала редко видели улыбающимся, но глаза, несмотря на семидесятилетний возраст, смотрели зорко и видели зачастую то, чего не замечали другие.
Он был уже в бункере, когда адъютант, незаметный, словно тень, офицер, вежливо склонился перед ним.
— Прибыл командующий Морган, господин генерал. Напоминаю, что он просил о срочной встрече.
— Да, помню.
Дега недовольно отбросил салфетку, встал и, одернув китель, пошел вслед за адъютантом, показывавшим дорогу к апартаментам командующего военно-космическим флотом Альянса. Конечно, флот был крайне невелик, потому что производство каждого корабля обходилось в сумму, равную стоимости обычного водоплавающего военно-морского соединения, но роль он играл настолько значительную, что каждый командир корабля имел ранг, равный генералу сухопутных войск, и мог назначаться лишь из граждан категории не ниже «А-2».
Именно от военно-космического флота зависели поставки редкоземельных металлов и другого важнейшего сырья, без которого была невозможна никакая высокотехнологичная промышленность.
Самому Пьеру Дега такая ситуация не очень нравилась, но он не был донкихотом и никогда не сражался ни с ветряными, ни с какими другими мельницами. Вот и сейчас, усилием воли подавив раздражение, он примерил на лицо самую благожелательную из своих улыбок и вошел в распахнутую адъютантом дверь.
— Генерал Морган! — Он пожал протянутую руку и коротко кивнул в ответ на приветствие равного по званию.
— Генерал Дега. — Глава ВКС Альянса, моложавый, подтянутый, высокий и широкоплечий офицер, выглядевший, словно сошел с обложки журнала, приветливо кивнул на пару кресел, стоявших в середине комнаты. — Я позволил себе прервать ваш обед в связи с тем, что у меня для вас есть нечто более интересное, чем готовят в нашем бункере.
По его сигналу офицер в чине лейтенанта сдернул тончайшее покрывало со стоявшего между кресел столика, и Пьер увидел прекрасно и со вкусом сервированный стол с легкими закусками.
— Мои парни привезли мне свежей рыбки с Нарги и кабанятины, которую, как я знаю, вы весьма цените. — Он, вежливо дождавшись, пока Дега сядет, сел сам, и молчаливый, словно призрак, офицер разлил вино в два высоких бокала.
Беседуя на совершенно отвлеченные темы, оба командующих присматривались друг к другу, что совершенно не мешало им вкушать изысканные деликатесы. Потом, перейдя к сигарам и кофе, Морган сделал жест — и перед креслами опустился экран.
— Хотел отвлечь вас еще кое-чем. — Джим Морган невесело усмехнулся. — Как вы знаете, у меня есть небольшая, но довольно эффективно действующая разведслужба, и вот это из их последнего улова.
Он кивнул кому-то, и на экране показалось огромное, судя по относительным размерам людей, помещение, посреди которого словно колыхалось круглое серебристое одеяло, светившееся голубоватым светом. Звук был невнятный, какие-то шумы, но изображение очень высокого качества, так что было видно и окружавшее сияние кольцо из темно-фиолетового материала, и нечто похожее на центр управления, возле которого толпилось сразу трое мужчин в бледно-голубых комбинезонах.
— Давай! — крикнул кто-то по-русски, и центр висящего в воздухе диска мгновенно почернел, а потом как будто истаял, показав, что за ним вовсе не тот зал, который ожидал увидеть командующий, а нечто вроде конвейера с уходящими вдаль рядами опор. И огромная, около шести метров шириной и десяти метров высотой, машина явно боевого назначения, что следовало из торчащего вперед кожуха квадратной формы. Вытолкнутая конвейером машина оказалась на помосте, который медленно поплыл в сторону, освобождая место для точно такой же платформы.
Танки, которых генерал насчитал более двух десятков, сменили меньшие по размеру бронемашины и совсем невиданные агрегаты, похожие на растопырившего перья и вытянувшего шею сокола. Потом пошли невзрачные серые контейнеры, которые, однако, грузили с большой осторожностью, пока наконец из пространственного портала, а теперь генерал не сомневался, что это именно так, не показалась коротко стриженная светловолосая голова с окладистой бородой.
— Шабашим, друже. Понеже выть пора.
— Давай! — Один из мужчин в комбинезонах что-то сделал на пульте, и диск вновь заволокло серебристой пленкой.
— Как вам фильм? — Командующий ВКС развернулся в кресле, чтобы лучше видеть реакцию собеседника, хотя встроенный процессор высвечивал на его сетчатку результаты дистанционного мониторинга гостя. Давление, пульс, величину зрачков и прочие реакции, что выражалось в столбике красного или зеленого цвета в зависимости от отношения к сказанному.
— Короткий, но познавательный. — Пьер, все еще не отошедший от лицезрения настоящего чуда, кивнул.
— Давайте я как младший по возрасту и положению озвучу мнение моих аналитиков, к которому я полностью присоединился, а вы, если сочтете нужным и возможным, озвучите свои выводы, хорошо?
Командующий Дега, которому понравился подход Моргана, довольно склонил голову в согласии.
— Судя по тому, что мы видели на этих кадрах появление техники, которая уже успела засветиться в пограничных стычках на южных границах России, можно сделать вывод, что это не макеты, а вполне рабочая и невероятно эффективная боевая техника. К слову сказать, силовая броня танков выдерживает прямое попадание противотанковой ракеты «Фанг-три», а она, как вы знаете, разваливает шестой «Леопард» до гусениц. После того как мы выяснили то, что это не муляж, очень важно выяснить то, откуда именно идут поставки другого оборудования и оружия, которое, мне думается, не менее эффективно. И в подтверждение своих слов я покажу вам еще один небольшой ролик.
На экране возникло звездное небо, снятое явно с борта космического корабля. Три яркие точки мгновенно проскочили через область, снимаемую камерой, и выскочили обратно, видимо, сделав разворот. Запись остановили, и на укрупнившемся кадре Дега явственно разглядел и сами аппараты, похожие на хищных птиц, и эмблему российских ВКС на борту.
— Маневр уклонения от залпа нашего крейсера эти машины выполнили с ускорением более шестидесяти «же», что для человека мгновенно смертельно. Но не это главное. Главное тут то, что, судя по форме машины, она предназначена и для атмосферы тоже, иначе бессмысленно городить на ней крылья. Беспилотники это или нет, покажет время, а сейчас я хотел бы вернуться к своим выводам. — Командующий сделал глубокую затяжку и выпустил густую струю сизого дыма под потолок, где она сразу же впиталась системой вентиляции. — Русским помогают с той стороны портала, и это, судя по анализу языка и строения черепа того, кто выглянул из портала, тоже русские. Таким образом, они совершат или уже совершили технологический прорыв, который делает любую форму противостояния с ними смертельно опасной. Уже сейчас они строят космических кораблей не меньше, чем Китай, а их качество выше, чем наше. Мы, господин командующий, сами загнали себя в ловушку силового противостояния, и чем дальше тянется история, тем хуже обстановка. Мы установили крайнюю форму авторитарного режима, которая и не снилась Гитлеру, а наши репрессии заставили бы покраснеть даже Пол Пота. Но производительность труда не поднимается выше, а стагнирует, что косвенно доказывает несостоятельность всей экономической модели. Кроме того, мы породили класс аристократии — граждан категории «А», которым практически наплевать на Альянс и которые погрязли в разврате, роскоши и развлечениях. Даже военные училища испытывают жесточайший дефицит кадров, не говоря уж о спецслужбах. Да и зачем, если роскошный образ жизни гарантирован самим социальным статусом. А добирать сотрудников из нижних категорий мы не можем, потому что их образовательный уровень крайне низок — девяносто процентов из них не умеют даже читать. Мне для укомплектования кораблей приходится создавать школы в частях и подразделениях, где моих солдат элементарно учат грамоте. Уже сейчас корабли укомплектованы лицами категорий «В» и «С» более чем наполовину, и этим я совершаю должностное преступление первой категории. Конечно, еще не измена государству, но уже близко.
— Я не политик, генерал, но то, что происходит, вызывает у меня довольно серьезные опасения. — Дега кивнул. — Боюсь, нас втянут в очередную бойню, а после разменяют на политику. Но вот что противопоставить такому курсу, я, честно говоря, себе не представляю.
— Не нужно представлять. — Морган протянул руку за спину и вернул назад уже с синей папкой. — Вот примерный план действий по сигналу «Переход». Вашим парням нужно лишь взять под контроль места дислокации военной полиции и закрыть небо для полетов, потому как с командующим ВВС договориться не удалось. Ну и, разумеется, блокировать военизированные части Службы безопасности. А мы со своей стороны обеспечим локализацию всех бункеров и узлов правительственной связи. Первое время будем пользоваться нашими каналами, а потом восстановим с резервных командных центров.
— Не боитесь, что я побегу к Ханту? — Дега усмехнулся и принял папку из рук генерала.
— Нет, не боюсь. — Джим улыбнулся в ответ. — Я полагаю, что вы давно бы пристрелили этого болвана Ханта, если бы не четкое понимание, что потом со всей этой властью делать.
— И что же? Я полагаю, у вас есть ответ на этот вопрос.
— Восстановим теократию по западному образцу и начнем потихоньку приводить страну в порядок. Восстановим нормальную судебную власть, запретим это гейское безумие и вернем католические ценности. Конечно, люди поверят не сразу, и результат будет небыстрый, но терпеть то, что происходит, нет уже никакой возможности. Представляете, мне пара офицеров уже предлагали переметнуться к русским вместе с кораблями.
— А вы?
— А я объяснил, что или мы изменимся сами, или нам грош цена. А с таким ценником сдаваться не резон. Все равно на помойку отправят, как мусор. Бремя белого человека — это не только нести цивилизацию отсталым народам, но и уметь очистить собственный дом от козлищ.
— И кого же вы видите в роли главы государства?
— Кардинала Роберта Джексона.
— Отшельника из Оксфорда? — Дега покачал головой. — Любопытно. У него, конечно, невероятный авторитет среди прихожан, но получится ли из него достойный правитель?
— По нашему плану, он будет соединять в себе церковную и светскую власть. Своеобразный верховный суд чести. Кадры для обновленной церкви возьмем у вас и частично в армейской контрразведке. Там есть хорошие ребята. А практическое руководство экономикой будет осуществлять совет, куда войдут не только церковники, но и военные вместе с представителями промышленных кругов.
— А политики?
— Большинство уже приговорено, — отмахнулся Морган. — Кстати, я уполномочен советом предложить вам пост председателя Американской метрополии с одновременным присвоением ранга старшего кардинала. У вас достаточно связей в среде промышленников и трезвый ум, который, как нам кажется, еще послужит нашей стране.

— Как полагаешь, они и вправду создадут нечто нормальное? — Император отложил пульт управления визором и сделал глоток искристой воды, которую предпочитал всем остальным напиткам.
— Цивилизация насильников, убийц и бандитов? — Бессменный советник и давний друг Батова полковник Сабитов хмыкнул. — Да раньше черт перекрестится. — Он отмахнулся рукой. — Создадут религиозно-фашистский режим, при котором будет ни вздохнуть ни охнуть без команды, а при первой оказии улетят на далекую планету, чтобы мы с китайцами им глаза не мозолили. Это же все косметический ремонт, который ни на йоту не меняет их колонизаторской сути. Только теперь мир изменился, и они за свои художества могут получить по зубам. Так что выпендриться не получится, как ни хотелось. Мы последним вбросом практически разрушили им все планы, так что военно-промышленное лобби перестраивается на ходу. Нам сейчас главное — чтобы они не впали в гражданскую войну и какой-нибудь дурачок не пальнул ракетой по нашей территории. Потом можно будет разобраться с радикальными исламистами на юге — и лет пятьдесят спокойной жизни гарантировано.

Глава 17

Самый абсурдный вид спорта — борьба за мир.
Начальник полевого госпиталя 22-й армии, полковник Денисов

Новости дня. Медиацентр «Горизонт». 
Европейский Директорат. 
Россия, командный центр № 19 

Второго июня 2100 года народы, объединенные в Тихоокеанский Альянс, постигла страшная трагедия. Самолет с главой Альянса Александром Хантом потерпел катастрофу над провинцией Вайоминг, Североамериканская директория. Выживших нет.
В этот скорбный час с кафедры Церкви Святого Гроба в Кембридже выступил святой отец Роберт Джексон. Его речь многие могли видеть в прямой трансляции, и ее сейчас повторяют по всем каналам Сети и кабельного вещания.
После проповеди многотысячная толпа совершила стихийный крестный ход к зданию администрации директории с требованием отменить похороны Александра Ханта, которого кардинал Джексон назвал исчадием ада.
Официальные лица пока никак не комментируют произошедшее, но мы получили комментарий от одного из старших офицеров Объединенного штаба. На условиях анонимности источник сказал, что желание нашего народа — это обновление и восстановление христианских ценностей. Армия всегда была вместе с народом, будет и в этот раз.
Наш канал будет держать вас в курсе событий. Оставайтесь с нами.
Несмотря на усилия военных, на территории Альянса воцарился кровавый хаос. Личные армии политиков, которых армейское командование уже списало в расход, сражались упорно, и целые города и районы оставались под контролем мятежников, которые себя считали истинными хозяевами. В такой ситуации посольства и представительства России и Китая были эвакуированы, несмотря на обещания безопасности от директората. Всем уже было понятно, что ситуация ими никак не контролируется и что пройдет много времени, прежде чем воцарится хотя бы относительный порядок.
В эвакуации принимал участие истребительно-штурмовой полк, укомплектованный «Штормами», отчего у военных Альянса случился натуральный шок. Летательные аппараты были не видны на радарах, а попытки повлиять на их работу специалистами из подразделения «Сигма» были полностью проигнорированы, притом что вся техника в радиусе полукилометра просто отключилась.
«Штормы» проскакивали системы ПВО, словно картонные, и уносили в своих отсеках людей и документы. Разведслужбы Альянса, желавшие «под шумок» покопаться в посольских кабинетах, сжимали от досады кулаки, но сделать ничего не могли.
Штаб эвакуации находился в одном из командных центров, и сюда же поступали данные о медицинском состоянии дипломатов и их семей. В основном все было нормально, за исключением тех, которых пришлось вытаскивать из квартир вне посольства.
Десантники и профессионалы эвакуационных команд трудились почти сутки, но вытащили всех, включая даже некоторых агентов. Во всяком случае, тех, кто согласился уехать.
Сестры Рокотовы присутствовали здесь же в качестве особого резерва генерала Тарасова, который руководил всей операцией.
Они спокойно пили кофе и чай, наблюдая за масштабной картиной под названием «Бросай мешки, вокзал отходит», и делились вполголоса впечатлениями, когда к ним подскочил один из помощников генерала.
— Алиса Константиновна, Елена Константиновна! — Старший лейтенант откозырял и показал рукой в сторону главного экрана, у которого уже собирался разный народ. — Генерал Тарасов просит вас подойти.
— А что там, Сережа? — Компанейская Елена уже перезнакомилась со всеми, и большинство офицеров называла по имени.
— Наши решили сунуться в штаб подразделения «Сигма», вытащить из их сейфов что-то — и залипли.
— Твою дивизию! — коротко прокомментировала Алиса и, вскочив с кресла, направилась широким, размашистым шагом к группе офицеров, над которой уже явственно витал призрак большого скандала.
— Почему вообще не доложили? — спокойно спросил Тарасов незнакомого девушкам майора, но тот в ответ на вопрос лишь еще больше вжал голову в плечи, словно чувствуя на затылке дыхание палача. — Почему наши люди вообще туда полезли? Вам разве не говорили, что ковыряться в чужом доме во время пожара — большой грех?
— Наше руководство…
— На время операции вы мои подчиненные, а стало быть, приказы вашего руководства недействительны. — Тарасов, несмотря на спокойный тон, был в ярости. Так тщательно спланированная и проведенная операция была теперь испорчена каким-то инициативным идиотом. И еще большой вопрос, что и зачем ему понадобилось в хранилищах подразделения «Сигма», собравшего огромную коллекцию артефактов.
Он оглянулся на стоявших рядом Рокотовых.
— Отойдем. — Он отвел их в одну из пустовавших комнат, плотно закрыл за собой дверь и посмотрел красными от усталости глазами на девушек.
— Дистанция — восемь тысяч триста пять. Нужно ударить в тыл и отвлечь защитников хотя бы на пять минут. Тогда группа сможет отойти к боту и свалить оттуда.
— Наш предел — пять шестьсот. — Елена неуверенно посмотрела на Алису.
— Если только сработаем в синхроне, сможем пробить. Но потом перед возвратом не меньше трех часов отдыхать. — Алиса покачала головой.
— В синхроне пробьем и на двенадцать.
— А броню и оружие ты посчитала? — Алиса хмыкнула. — Это тебе не кавалерийский наскок. — Она коснулась кончиком пальца своего браслета, и на развернувшейся перед ней полупрозрачной плоскости начала двигать пальцем символы айянского цифрового кода, высчитывая лучшее соотношение между весом снаряжения и сроком ожидания восстановления резерва.
— Не выходит. — Она снова пересчитала результат. — Меньше двух с половиной никак, а лучше три-четыре часа. А прыгать с промежуточной точкой тоже не вариант.
— А если оставить снарягу там? — уточнил генерал. — Зачем тащить сто килограммов брони обратно. Не такая уж великая ценность.
— Так я и считала. — Алиса кивнула. — Но все равно — не выходит.
— Полчаса против армии спецназа, пусть даже американского? — скептически спросила Елена.
— Ты, кстати, зря так. — Елена, продолжая считать, бросила мельком взгляд на Тарасова. — Там полно профессиональных и наглухо отмороженных вояк. Далеко не вся армия, конечно, но нам с тобой и одного взвода хватит.
— Но парней нужно вытаскивать.
— Это само собой. — Алиса кивнула и погасила экран. — Так. Товарищ генерал, нам нужно два комплекта средней штурмовой брони и оружие. Патронов и гранат возьмем сколько влезет, хорошо бы еще самоходных мин, хотя бы десяток, и противопехоток.
— Найдем. — Тарасов кивнул. — Пойдем.
Он рывком открыл тяжелую стальную дверь и почти бегом направился по коридору.
Этажом ниже, куда сестры еще не спускались, оказались складские помещения для охраны бункера.
По команде генерала караул распахнул все пять дверей, и сестры, не обращая внимания на оторопевших от такого зрелища солдат, стали переодеваться.
От брони остро пахло консервационной смазкой и почему-то озоном. Надев плотное белье, Алиса оглянулась. Солдатики стояли, раскрыв рты, но на лицах совершенно отсутствовал даже намек на похоть, а было в них скорее обожание и обожествление, словно они видели воочию ожившие легенды о валькириях.
— Ты. — Она показала пальцем на высокого, широкоплечего парня с сержантскими нашивками. — Давай помоги мне подогнать доспехи.
Не обращая внимания на стоявшего рядом генерала, сержант тенью метнулся в оружейку и стал торопливо, но аккуратно крепить и подключать детали бронекостюма.
— Тест неуверенный. — Он еще раз нажал кнопку автоконтроля, выдернув запорные шплинты, снял набедренный сегмент и отложил его в сторону.
Покопавшись в ящике, выбрал то, что, по его мнению, могло подойти, примерил створки брони и захлопнул половинки на ноге.
— Как сидит? Нормально? — Он подключил сегмент и посмотрел на цепочку огоньков автотеста. — Тест — норма, — закрыл крышку контрольного отсека и взялся за проверку остальных элементов. — Общий тест — норма. Питание — норма. Аккум запасной брать будете?
— На хрен? — Алиса мотнула головой. — Если через три часа не выберемся, то там и останемся. Лучше покажи, где тут у вас оружие.
Шелестя приводами экзоскелета, Алиса прошла в другую комнату и уверенно направилась к стойке с четыреста двадцатыми «Калашниковыми» и, взяв в руки, проверила состояние, оттянув затворное окно.
— Порядок там, товарищ майор. Я его вчера чистил и проверял.
— Твой? — Алиса включила прицел и проверила, как идет картинка на стекло шлема.
— Мой. — Сержант кивнул и стал выкладывать на стол уже снаряженные магазины.
— Еще сменный ствол и глушак.
— Понял, — лаконично отозвался сержант и полез куда-то наверх. — «Барашка» возьмете?
— Ну не с «Машкой» же бегать? — резонно возразила Алиса, которая страшно не любила экономить боеприпасы.
Через пять минут обе стояли возле генерала, выслушивая последние наставления.
— Ваша задача — пошуметь и оттянуть на себя хотя бы часть подразделения. Потом отходите на нижний уровень и баррикадируетесь. Взрывать вас не будут, так как вся система жизнеобеспечения тоже там. Возможно, будут какие-то переговоры, ну это вы сами разберетесь. Переходить где будете?
— Да можно и отсюда. — Алиса кивнула на центральную площадку перед оружейными комнатами.
— Я не смогу удалить охрану. — Генерал покачал головой. — Слишком много документов оформлять.
— А и не надо. — Алиса кивнула головой, отчего бронешлем встал на место и с легким щелчком зафиксировался в закрытом положении. — Пусть у парней будет в жизни чудо.
Тарасов несколько секунд размышлял, глядя на застывших, словно изваяния, солдат.
— Пусть будет. — Он усмехнулся и отошел в сторону.
— Ингора тимейо! — Елена активизировала «Око» и, практически рывком перебросив его за океан, так что звезды только мелькнули в туманном поле окна, навела его на точку, координаты которой уже были ею зафиксированы. — Голосовое управление реагировало только на айянский язык, и, чтобы сократить количество ручных манипуляций, девушки при работе с нархонами переходили на айя.
Угловатое серое здание, находившееся в центре небольшого парка за высоким каменным забором, было в дыму, словно в здании полыхал пожар, но это был пороховой дым от сотен стволов, бивших изо всех окон, больше похожих на бойницы. Развернув «Око», Елена увидела и штурмовые команды, прижатые к земле шквальным огнем, и два «Шторма», стоявшие за углом. А из окон здания били не только автоматы и пулеметы. Частенько оттуда вырывался огненный или воздушный шар, вспахивавший землю мощным взрывом.
— Давай внутрь. — Алиса раскрыла свой управляющий экран, который, в отличие от Елениного, был не голубоватого, а скорее бледно-красного цвета.
«Око», проскочив толстенные бетонные стены, влетело на первый этаж, где вовсю суетился народ, подтаскивая боеприпасы и оружие.
— Ниже.
На первом подвальном этаже, видимо, находились тренировочные классы, что следовало из обожженных стен и искореженных мишеней.
— Ищи лестницу на минус второй. Входить будем там, — приняла решение Алиса и активировала просчет канала перехода и синхронизацию с нархоном Елены.
— Нагрузку получила. — Елена, кивнув, проскочила окном до лестницы и остановила «Око» возле массивной стальной двери.
— Да тут сейф, мать его! — Она сердито стрельнула взглядом в сторону Тарасова, но тот лишь пожал плечами и сделал виноватое лицо. Такие подробности строения здания российской разведке были неизвестны.
— Нет таких дверей, которые не смогли бы открыть большевики. — Алиса кивнула. — Переход. Готовность к активации — пять секунд.
— Есть готовность. — Девушки замерли и через пять секунд вместе шагнули в раскрывшееся облако портального перехода.

В подвале штаб-квартиры подразделения «Сигма» пахло каким-то искусственным цветочным ароматом и едва слышно гудела вентиляция.
— Ох… — Елена устало прикрыла глаза. — Что-то тяжко переход дался.
— Мы же на пределе прыгнули. — Алиса, которой было не лучше, все же нашла в себе силы доковылять до двери и начать разбираться со сложными засовами.
— Ты посиди пока. — Алиса уже раскладывала универсальный набор для проникновения в закрытые помещения, а Елена выщелкнула из медицинского пенала несколько таблеток и, сняв флягу с пояса, запила несколькими большими глотками воды.
Алиса уже вовсю ковырялась с дверью, а Елена, ощутив прилив сил от стимуляторов, осторожно прошла вперед, но, не найдя ничего подозрительного, вернулась.
— Как успехи?
— Нормально. — Алиса кивнула и улыбнулась. — Страна непуганых идиотов. Замок по каким-то причинам отключился, а аварийной блокировки не предусмотрено. Видимо, чтобы не закрыть хранилище насовсем.
Она с натугой потянула за штурвал, и тяжелая конструкция из броневой стали стала медленно приоткрываться.
— А тут чего? — Елена сунула голову в полутемное помещение, заставленное ящиками и стеллажами, и сморщила нос. — Воняет чем-то.
— Ну нам же здесь не конкурс парфюмеров проводить, — резонно ответила Алиса и хлопнула рукой по плечу сестры. — Погнали, а то ты же нашу десантуру знаешь. Справятся и без нас.
— Да, сейчас бы загнать телепортом пару гранат сразу по огневым точкам…
— Я пустая. — Елена покачала головой. — Вихрик там или кокон еще смогу, а на телепорт, даже ближний — ноль.
— Да и у меня пусто. — Алиса невесело рассмеялась. — Ты тоже стимуляторов нажралась? Ладно. Сейчас пошумим немного, потом в хранилище отдохнем.

И открытие дверей хранилища, и передвижение сестер по коридорам подземных этажей прошли незамеченными, так как вся электроника в помещении и прилегающих корпусах умерла после первых магических ударов.
Именно поэтому в здании не было ни дистанционно управляемых турелей, ни боевых роботов, ни даже систем противопожарной безопасности, кроме труб под потолком, управление которыми осуществлялось вручную.

Удар в тыл оборонявшимся бойцам «Сигмы» был неожиданным и жестким, и, когда из коридора, ведущего в центральный холл, вылетело несколько гранат, разметавших пулеметное гнездо и снайперскую точку, штурмовым командам сразу стало значительно легче. Под прикрытием флангового огня десантники стали оттягиваться к своим машинам.
— Чисто!
Работая, словно единый механизм, сестры зачищали первый этаж, когда по ним слаженно ударили сразу две пятерки магов. Слабенькие, но многочисленные огненные шары бессильно растеклись по защите Елены, а когда она отскочила за поворот, Алиса со всей широтой славянской души приложила местных колдунов своим фаерболом.
Прочертив дымящиеся борозды на стенах, шар диаметром два метра влетел в коридор, где укрылись маги, и взорвался, разлетевшись ошметками перегретой плазмы.
Раненых не было. Дымящиеся останки людей разметало вдоль коридора, частично вбив в противоположную стену.
— Сильно, — оценила последствия взрыва Елена, заглянувшая за поворот.
— Да это так, от испуга. — Алиса, вложившая в удар чрезмерную силу, недовольно поморщилась. Самоконтролю ей еще учиться и учиться, хотя ее частично оправдывал страх за Елену, который был сильнее страха собственной смерти.
— Вперед!

Последняя команда из тех, кто штурмовал здание «Сигмы», уже оттянулась за здание и сейчас в спешном порядке грузилась на транспорты. Командир, группы майор Томин, получив однозначный приказ, выглянул из-за угла здания и еще раз прошелся задумчивым взглядом по корпусу. Кто и как пробился внутрь сверхзащищенного дома, было совершенно непонятно, но этот «кто-то» дал возможность ему и его парням отойти практически без потерь, и сейчас он, уже собираясь сесть в штурмовой бот, давал себе слово пожать руку тому, кто спас его подразделение от серьезных проблем.
— Уходим!
Четверка боевых машин, быстро набрав скорость, проскочила на бреющем полете между зданиями и набрала высоту, выскочив за городскую черту.
В это время Алиса и Елена уже заканчивали проверять первый этаж, выдавив защитников здания выше. Алиса собиралась идти дальше, когда почувствовала толчок в плечо.
— Время! — Елена демонстративно потыкала указательным пальцем в запястье левой руки там, где обычно носила часы. — Пора назад. Мы и так уже больше десяти минут сверх срока танцуем.
— Ладно. — Алиса, прилепив к потолку мину, потрусила за сестрой вниз, к хранилищу, еще не понимая, что в этот момент весь хитрый план полковника Штайна рассыпался в мелкие осколки.
Увидев двух магов, превосходящих по классу все то, что он видел, и даже то, о чем мог мечтать, полковник сразу понял, что придерживать штурмовавших здание десантников до подхода подкреплений не имеет смысла, а нужно просто их отпустить, целиком и полностью занявшись этими двумя. Он специально отвел людей, рассредоточив их так, чтобы Алиса и Елена попали в ловушку на втором этаже, где уже приготовили и сети, и гранаты с паралитическим газом.
Внезапный отход девушек смешал все его планы, и, когда наконец присланная в помощь армейская колонна прибыла на место, весь личный состав «Сигмы» занимался тщательнейшим обыском здания и прилегающей территории, включая городские коммуникации.
Все это время сестры отдыхали, довольно удобно устроившись на полу хранилища. Алиса грела кофе на крошечном примусе, а Елена ревизовала рационы питания, выбирая самое вкусное и питательное, хотя питательным там было все, а насчет вкусного единого мнения не было. Как говорится, кому-то и верблюжья колючка — еда.
Поужинав, а по местному времени — позавтракав, Елена завалилась спать, а Алиса, включив мощный фонарь, пошла вдоль полок, осматривая то, что натаскали любопытные американские ученые-эзотерики. К ее удивлению, было немало магически «фонящего» мусора и даже ржавые обломки меча, от которых веяло такой мощной аурой смерти, что кончики пальцев закололо, словно от холода.
Вынув рукоять из футляра, Алиса некоторое время рассматривала ее, а потом, решительно взявшись за навершие, провернула старое устройство до хруста — и остатки меча развалились у нее в руках, оставив среди ржавых и искореженных обломков идеально ограненный кристалл черного цвета, полыхающий страхом и ненавистью.
— Мерзость какая. — Она положила кристалл на пол и медленно, с чувством растерла его в порошок, просто физически ощутив, как истаивает древнее колдовство.

Джексон Карререс, молодой, но подающий надежды маг четвертого уровня, прошедший инициацию камнем и стоявший в этот момент в карауле у лифта, вдруг захрипел и упал на пол, свернувшись, словно эмбрион.
— Шеф, Каррересу плохо! — крикнул напарник и для верности стукнул прикладом в стену, чтобы привлечь внимание начальника караула третьего этажа, шеф-сержанта Радзевски.
— Что тут у тебя? — Опытный солдат прижал пальцы к вене на шее, но та уже не пульсировала. Несмотря на это, жизнь еще не покинула тело того, кому так и не удалось стать настоящим некромантом, и он повернулся на спину и совершенно четким голосом произнес:
— Садж, они в хранилище. Кто-то уничтожил Глаз Черной Вдовы.
Глаза его закатились, и смерть наконец забрала свое.
— Да чтоб его! — хрустнув могучими кулаками, которыми он еще в школе решал все свои проблемы, сержант повернул голову и крикнул: — Дежурная группа, ко мне!
А Алиса уже вдумчиво потрошила второй стеллаж, отмечая только те места, от которых явственно «фонило» потоками энергии. Услышав возню за дверью, она лишь насмешливо хмыкнула. Взрывать броню было бессмысленно, так как заряд, который мог бы повредить стены и дверь хранилища, гарантированно обрушил бы все здание. А на взлом такой конструкции нужно как минимум три-четыре часа. В этом уж она с некоторых пор разбиралась.
Найденные вещи она стаскивала на свободный от стеллажей и ящиков участок пола, полагая разобраться с ними позже, а кое-что просто планировала прихватить с собой.
За дверью раздался какой-то гул, а потом в бетон с визгом врезалась фреза.
Этот звук разбудил Елену, которая потянулась и, оглядев пространство, скупо освещенное фонарем, не торопясь села и, потянувшись, словно кошка, наконец встала и подошла к стене.
— Сверлят. — Она задумчиво посмотрела на сестру. — Сверлят, а потом пустят какой-нибудь газ. Респираторов-то наших хватит минут на десять, не больше. — Она активировала свой нархон и посмотрела на столбик состояния энергии носителя. — Треть от бака, то есть еще пару часов как минимум, а лучше три для верности.
— Тут такой бетон, что сверлить будут еще часа четыре, — отмахнулась Алиса. — Ты лучше посмотри, чего я тут нашла! — Она подняла из кучи вещей невзрачный посох из какого-то тяжелого материала, покрытый рунами. — Прикоснись, попробуй! Вот зуб даю, на тебя эта вещичка шилась.
Елена аккуратно, буквально кончиками пальцев коснулась посоха и уже смелее взяла древний артефакт в руки.
— Какая штука. — Она медленно провела ладонью по древку, ощущая все неровности материала и глубокие борозды резьбы и словно вбирая пальцами невесомое ощущение ауры предмета. И знание, как управлять посохом того, кто стал легендой много тысяч лет тому назад, словно проявилось в голове одного из потомков великого мага.
Елена вдруг поклонилась, подбросила посох в воздух и, перехватив правой рукой, крутанула так, что он на мгновение превратился в туманный диск, а из центра вырвалась длинная ветвистая молния, оставившая на стене глубокую проплавленную борозду.
— Ух ты! — Алиса восхищенно цокнула языком. — Хороший атрибут, жалко, что не мой. Удачненько мы, однако, зашли, сестричка.
— Не то слово! — Переводя дух от восхищения, Елена аккуратно поставила посох, прислонив его к штабелю ящиков. — А давай в четыре руки посмотрим? Тут всего метров тридцать квадратных. Так что можно обыскать все до последнего гвоздя. Ящики, кстати, смотрела?
— Бумажки какие-то. — Алиса отмахнулась. — Давай бери вон тот крайний стеллаж, а я посмотрю этот. — Она показала рукой на ближайшие к ней полки. — На остальные забей, я там уже пробежалась и ничего ценного не нашла. Вернее все, что нашла, вот здесь и сложила.

А полковник Штайн пребывал в состоянии, близком к шоковому. Два мага высочайшей категории, которые неизвестно как пробрались в здание, находились в святая святых комплекса — его подземном хранилище артефактов. Все эти предметы были вывезены, приобретены и просто украдены из других стран и собраны в подразделении «Сигма» для изучения только под его, Штайна, твердые гарантии безопасности. Именно поэтому он, буквально из-под земли достав буровзрывной аппарат и парочку специалистов по обращению с ним, теперь стоял в некотором отдалении, наблюдая, как погружается в прочнейший бетон длинная труба аппарата. Баллон с нейропаралитиком был уже наготове, и через пару часов можно будет не торопясь вскрыть двери и посмотреть, кто там к ним забрался такой умный.
От этой мысли полковник улыбнулся. Несмотря на то что последняя половина суток для подразделения была совсем неудачной и оно потеряло больше сотни боевых магов высших категорий, ему будет что доложить коменданту района, генералу Блюмкинсу.

Сестры успели перетряхнуть помещение до основания и даже повторно заглянули в ящики, где кроме книг и пачек исписанной бумаги ничего не оказалось.
Потом была короткая ревизия, по результатам которой часть вещей отправилась обратно на стеллажи, а часть была аккуратно уложена в один из контейнеров. Резерва все еще не хватало на построение окна, когда Елена снова прислушалась и, подойдя к стене, коснулась чуткими пальцами поверхности бетона.
— Лиса. Они рядом!
— Черт! — Алиса, которая только что проверила свой энергобаланс, с тоской посмотрела на короткий столбик бледно-желтого цвета. Потом вздохнула, принимая неизбежное решение, и повернулась к сестре. — Так, Ленка. Давай раздевайся. Снимай всю броню, разгрузку, ну в общем все, кроме белья. Возьмешь только контейнер. В нем килограммов двадцать, но это не полсотни. Одну тебя мы сможем протолкнуть.
— Я одна не пойду. — Лена сжала губы и с вызовом посмотрела на сестру, которая за это время стала ей дороже, чем вся родня, вместе взятая.
— Нет, пойдешь. — Алиса вздохнула. — Пойдешь, потому что все это, — она взглядом показала на контейнер, — нужно доставить нашим. Один Бог знает, сколько солдатских жизней спасут твой жезл да эти побрякушки. А может, обменяют на кого из наших, кого вытащить не успели. Давай, сестричка. Помнишь, есть такое слово «надо»?
— Я останусь. — Елена решительно встряхнула челкой и вытянулась, словно стояла на плацу.
— Для меня твой жезл — просто палка. Ну, может, не просто, но я все равно не сумею с ним разобраться. — Алиса с тоской подумала, что, если бы ее резерв был полнее, она бы просто отключила сестру и выбросила ее через портал, но для работы в синхроне нужна была полная концентрация обоих операторов. — Ну давай же! У нас всего минут пять осталось. А там, глядишь, наши что-нибудь придумают, чтобы меня вытащить. — Она активировала виртуальный экран и подмигнула Елене. — Не боись, прорвемся.
Елена в ответ лишь сосредоточенно кивнула и начала быстро раздеваться. Оставшись в одном белье, включила экран своего нархона и, подняв контейнер, прижала его к груди.
— К синхрону готова.
— Нагрузка получена. Координаты. Окно. Давай!
Окно перехода открылось лишь на мгновение, но Алиса успела втолкнуть в него сестру, прежде чем оно закрылось. Совершенно обессиленная, она упала на пол и тоскливо посмотрела на стену, которая уже явственно вибрировала от бура, пробивающего дыру в толще бетона.
— Черт, кровь-то откуда? — Алиса слизнула с верхней губы солоноватую жидкость и, достав аптечку, протерла лицо салфеткой. Потом надела бронешлем и начала потрошить разгрузку Елены, пополняя свой боезапас.
Она прекрасно понимала, что шансов выжить у нее почти нет. Вивисекторы «Омеги» распотрошат ее до костей, пытаясь понять секрет магической силы, и она просто готовилась продать свою жизнь подороже.

Глава 18

Тяжело в лечении — легко в раю.
Старший хирург ГКБ города Красноярска, Платон Бунчуков

Служба новостей «Апостольский голос». 
Личная канцелярия его высокопреосвященства Архиепископа Европейского 
Несмотря на вспышку насилия и беззакония по всей территории Альянса, армейские части военных ординариатов слаженно и уверенно восстанавливают порядок, тут же передавая власть комиссариатам и представителям епархий.
Мятежников, захваченных с оружием в руках, уничтожают на месте, а лиц, заподозренных в ереси, толерантности и либерализме убеждений, свозят в воспитательные центры, где опытные следователи производят отсев заблудших и закоренелых грешников для последующих покаяний, епитимьи и утилизации.
Великая Британская епархия, досрочно завершив наведение порядка на своей территории, приступила к богоугодному строительству центров перевоспитания и покаяния для грешников первой ступени и к восстановлению разрушенного ересью народного хозяйства.

Индианская епархия Американской метрополии Священного ордена. Индианаполис 

Стена дрогнула, и полое сверло, на конце которого полыхали огоньки микровзрывов, выскочило наружу и остановилось. И тут же Алиса, не раздумывая, выдала короткую очередь прямо в дыру. Тяжелые пули с твердым сердечником мгновенно превратили конец сверла в нечто искореженное, мешая вынуть его из отверстия.
— Вот так лопухи. — Алиса удовлетворенно улыбнулась. — Помучайтесь для начала с этим.
Лопухи, судя по всему, сдаваться не собирались и, сменив сверло, снова начали грызть стену. Но теперь к звуку работающей бурильной установки примешивался еще один. Какой-то шелест на высокой частоте. Возможно, параллельно с дырой местные военные решили что-то сделать с дверью хранилища.
Алиса присела на ящик и перевела дух. Машинально глянув на свой резерв, удивилась тому, что столбик подрос уже почти на два процента. Хотя это, можно сказать, ничто…
— Господи, какая я дура! — Она помотала головой, признавая очевидное: ей с сестрой вовсе не было необходимости прыгать сразу в командный центр. Можно было для начала хотя бы просто переместиться куда-то в сельскую местность, а там уже дождаться или помощи, или восстановления собственного резерва.
Был бы здесь ее любимый цветок. На пять процентов его листочки поднимали энергозапас гарантированно и плюс к тому ускоряли регенерацию, что сейчас было бы очень кстати. Беда только в том, что ни листья, ни лепестки нельзя было запасать впрок. Сорванные части цветка в течение пары минут теряли свои свойства и осыпались мелкой пылью.
Алиса задумчиво прошлась взглядом по хранилищу, которое после учиненной ими реквизиции стало окончательно походить на свалку барахла, и какая-то мысль неявно забрезжила у нее в голове.
Подойдя к стеллажу, который она осматривала первым, Алиса раскрыла контейнер и вытащила на свет затейливое украшение из золота, которое отчетливо «фонило» в магическом диапазоне, хотя ни на одну из манипуляций не отозвалось никак. Диадема, скорее всего, была заряжена на поддержание красоты и молодости своей владелицы, но Алису интересовало не это. Отойдя к ящикам, девушка положила диадему на колени и, осторожно касаясь узловых точек плетения, стала распутывать сложную конструкцию. Наконец у нее получилось дестабилизировать вложенное заклинание, и диадема коротко полыхнула волной свежести, здоровья и магической энергии.
— Вот это другое дело. — Алиса с удовлетворением смотрела на индикатор магической силы, который подрос сразу на четыре пункта, и, вскочив, стала стаскивать к ящикам вообще все, что хоть как-то было наполнено магией.
Таких предметов нашлось около двух десятков, и, выпотрошив их все, Алиса подняла резерв до десяти процентов.
Она снова посмотрела на экран и начала в быстром темпе двигать иконки сервиса пространственных вычислений, соображая, куда она сможет прыгнуть с таким количеством силы. Выходило совсем немного, но ей и не нужно много. Алиса вывела на экран картинку от «Ока» и двинула глазок вверх.
Проскочив коридоры и перекрытия корпуса, глазок показал картину типичного американского города-миллионника с деловым центром и малоэтажной застройкой по пригородам.
Для бегства Алиса выбрала высотное здание с плоской крышей, на которой не было ни посадочной площадки, ни пентхаусов, а лишь короба вентиляционных установок да пара антенн.
Калькулятор показал, что для этого прыжка ей нужно еще одиннадцать минут относительного покоя, и, зафиксировав координаты, майор провалилась в неглубокий чуткий сон.

А в это время по другую сторону стены под визг буровзрывной установки пять магов высшей категории послойно, будто стружку, снимали бетон со стены хранилища, уменьшая толщину. Им оставалось еще совсем немного, но маги, вынужденные работать аккуратно и по возможности скрытно, быстро уставали и делали частые перерывы.
— Господин полковник, осталось около десяти сантиметров. — Командир отделения, сержант Спирос, несмотря на невысокое звание, не докладывал полковнику, а просто ставил того в известность, что достигнут определенный рубеж в выполнении поставленной задачи. Бывший матрос средиземноморской эскадры, он до сих пор питал легкую неприязнь к сухопутным офицерам, а свою новую форму украшал всеми возможными способами, как это было принято на греческих кораблях эскадры.
— Хорошо, сержант. — Полковник кивнул. — Оставьте примерно пять сантиметров, а потом будем взрывать.

Через одиннадцать минут Алиса встала, отметив, что чувствует себя намного лучше, сожгла маленькой термитной шашкой весь личный мусор и, активировав портал, шагнула прямо на крышу стоэтажного офисного здания.
В небе над городом уже вовсю жарило солнце, и от крыши шла волна удушающего жара, который первое время был даже приятен после сырого и прохладного подземелья.
Устроившись с удобством прямо под рекламной конструкцией с логотипом «Шелл», она сварила кофе и, попивая ароматный напиток, смотрела с высоты на город, погромыхивающий уличными боями.
Вдруг ее внимание привлек вихляющий по дороге автобус желтого цвета. С такой дистанции звуки были почти не слышны, но звон осыпающегося стекла и грохот падающей мачты городского освещения долетел даже до Алисы.
Потом возле автобуса остановилось несколько размалеванных джипов, а оттуда, словно горох, высыпали вооруженные люди, которые стали вытаскивать наружу детей, после чего пинками и прикладами загонять куда-то в здание, стоявшее неподалеку.
Раздумывала она недолго, и ее раздумья касались лишь технических аспектов, например, сколько у нее гранат, есть ли смысл спуститься на лифте или, может быть, все же не рисковать и использовать веревку, которая входила в обязательный комплект снаряжения.
По здравом размышлении, все же решила воспользоваться веревкой и, закрепив конец на стальной двутавровой балке, вмурованной в крышу, сбросила бухту вниз. Потом, вдев петлю в спусковое устройство, зацепила его за броню и шагнула в пустоту.

Привычное жужжание десантера, мелькающие стекла небоскреба и быстро приближающаяся земля — все это слилось в одну картинку.
Когда она, мягко спружинив, коснулась подметками сапог асфальта, спусковое устройство дымилось, но это уже не имело никакого значения, потому что пользоваться им снова Алиса не планировала.
Отстегнув десантер, Алиса сбросила автомат с плеча и, глянув на счетчик боеприпасов, рванула к противоположной стороне, надеясь пробраться в нужное здание с тыла, где, насколько она помнила американскую архитектуру, тоже было полно мест для проникновения.

Вокруг было относительно тихо, если не считать звуки вялотекущей перестрелки где-то в двух кварталах отсюда и прорывающийся временами вой сирен полиции и пожарных. А сами жители города попрятались по щелям, желая просто пересидеть в спокойствии смутное время. Даже машин на улицах почти не было, если не считать несколько обгоревших до скелета легковушек.
Алиса, легко подпрыгнув, уцепилась за край пожарной лестницы и, опустив ее конец почти до земли, поднялась на третий этаж, где можно было перебраться в коридор, шедший вдоль всего дома.
Бетонный корпус, занимаемый какой-то коммерческой организацией, был пуст с самого начала беспорядков и теперь полностью контролировался «Арийскими братьями» — одной из наиболее серьезных банд североамериканского континента, превратившейся в частную армию, но не оставившей бандитских правил и соответствующего принципа набора личного состава.
Сейчас, оказавшись в состоянии временного безвластия, бандиты решили под шумок пощипать окрестные банки и магазины. Парочка автобусов, возвращавших школьников в пригород, попалась им совершенно случайно, но такое количество молодых девочек не могло оставить подонков равнодушными, и их заперли в техническом помещении, чтобы потом, после сходки городских банд, порадовать главарей свежими телами и создать дополнительную гарантию спокойного выезда из города.
Все это ей рассказал первый же захваченный пленник, одетый, как ни странно, в добротную армейскую броню и вооруженный новейшей М-212.
Конечно, сначала боец с красочной трехцветной татуировкой на щеке пытался рассказать Алисе, что и как они с ней сделают, когда достанут. Однако майор российской армии была настойчива и убедительна настолько, что мужчина, назвавшийся Джоном Макмилланом, рассказал все и даже пытался выложить информацию о деньгах банды, но был остановлен пулей, заставившей его в буквальном смысле раскинуть мозгами.
— Вечеринку, значит, затеяли? — Губы Алисы скривила усмешка. — Будут вам танцы с девочками. Точнее, с одной.
Двигаясь легким, практически беззвучным шагом вдоль коридора, Алиса, почти не задумываясь, сканировала помещения на предмет находившихся там людей.
Пока все было пусто, но она не расслаблялась и, услышав звук открывшейся двери, прижалась к стене в полной готовности открыть огонь.
Два высоченных парня, под два метра ростом, шли по коридору, последовательно открывая двери и осматривая помещения. Шедший первым приоткрыл очередной офис и, не увидев никого, повернулся к напарнику, но тот уже оседал, получив пулю в шею. Взгляд первого успел лишь увидеть короткую вспышку, когда и его сознание погасло.
Пара, проверявшая третий этаж, была не единственной, и Алисе пришлось вступать в бой еще дважды, прежде чем она добралась до основной лестницы. Сверху было видно, что боевиков не меньше сотни, они плотно контролируют как само здание, так и прилегающую площадь, на которой уже стояла пара армейских броневиков.
Отметив, что армейцы сработали быстро и четко, девушка перегнулась через лестничное ограждение и метнула одну за другой две гранаты прямо в коридор, где носились бойцы «Арийского братства».
Мощный взрыв вынес в лестничный пролет какие-то обломки и останки, а оставшиеся в живых открыли заполошную стрельбу.
В этот нестройный хор практически сразу же вплелся басовитый гул четырехсотого «Калашникова», рвущий тела бандитов насквозь. Еще одна граната улетела по коридору, и взрыв заставил замолчать выживших.
Поскольку у Алисы с собой был фактически двойной боекомплект, она просто распахивала дверь, за которой чувствовала людей, и бросала в комнату гранату, после чего парой точных очередей зачищала помещение.
Конференц-зал оказался пятым по счету в длинной череде дверей, и, распахивая дверь, майор вовремя остановила руку, готовую метнуть РГО в толпу подростков, за которой стояла парочка бандитов, прикрывавшихся телами заложников.
— Положи оружие на пол и подними руки за голову! Один из бандитов, державший перед собой чернокожую девочку в полуобморочном состоянии, шевельнул стволом «беретты». — Быстро, а то я ей башку отстрелю!
— Отстрелишь, чем закрываться будешь? — резонно возразила Алиса, опуская автомат ниже, но держа бандита в перекрестье прицела.
Теперь она смотрела в прицел через встроенную телекамеру, изображение с которой высвечивалось прямо на стекло шлема. И как только ствол пистолета оторвался от головы девочки, Рокотова выстрелила от бедра, залив экран за спиной бандита кровавой кашей, и тут же вскинула автомат, переводя на вторую цель, но напарник покойного уже успел выстрелить. Тяжелая пуля, увязшая в броне, немного сбила прицел, но ответный выстрел Алисы срезал ухо боевика почти под корень. Бородач от неожиданности поднял руку к голове и тут же получил вторую пулю в лоб.
Часть детей уже лежали на полу, заткнув уши руками, а часть просто вжались в стены, словно пытаясь раствориться в них.
Алиса поискала взглядом наиболее вменяемых и, к своему удивлению, нашла двух парней, стоявших в сторонке и спокойно смотрящих на происходящее.
— Ты и ты. — Она пальцем показала на мальчишек. — Быстро ко мне! — И, когда те подошли, спросила: — Здесь все?
— С тех пор как нашу школу привезли, никого не уводили.
— Это хорошо. — Алиса кивнула. — Мобильники отобрали?
— У меня есть. — Тот, что повыше, метнулся к своему рюкзаку и достал серый прямоугольник планшета. — По нему можно разговаривать, как по телефону. Звук, правда, не очень, но понятно.
— Тогда давай звони в полицию, армию или еще куда. Сообщи, где вы и сколько вас. А я пока двери посторожу.
— А у вас разве нет радиосвязи со своими, сэр? — удивился второй.
— Во-первых, не сэр, а мисс, — Алиса подняла забрало шлема, — а во-вторых, мои сейчас ну очень далеко, а с моей станции, боюсь, никого не вызвонишь. Коды, частоты — все другое.
— А вы разве не спецназ?
— Спецназ, только не Альянса. — Алиса сбросила рюкзак на пол и оглянулась на мальчишек. — Давайте, парни. Время дорого.
Роботизированные мины, которые так и не понадобились в штаб-квартире «Омеги», были похожи на смешных крабов — быстро ползали и реагировали на любое движение, взрываясь на тучу мелких, но неприятных осколков.
Двадцать мин — два полных пенала — опустели быстро и, проводив их взглядом, Алиса стала устанавливать в коридоре мины помощнее. Эти были способны изрешетить человека в тяжелой броне и тоже реагировали на движение в заданном радиусе. Последними Алиса установила две мощные мины по обеим сторонам двери, так чтобы подошедшего разорвало в клочья.
Потом она начала стаскивать столы, сооружая у дверей настоящую баррикаду. Удержать она, конечно, никого не сможет, но, если задержит шальную пулю или осколок, то будет уже неплохо.
— Со мной говорил какой-то человек, сказал, что могут подогнать лестницу к боковой части здания и вывести нас через окно. — Подросток, несмотря на то что его просто трясло от адреналина, держался молодцом.
— Пусть подгоняют свою лестницу. — Алиса кивнула. — Я сейчас выйду, а вы снова завалите дверь за мной столами и вообще чем найдете. Попробую отвлечь этих подонков. Но передайте этому человеку, что надолго меня не хватит. Тут, наверно, еще около сотни бойцов.
— И еще он спрашивал, кто вы.
Алиса усмехнулась.
— Сто вторая бригада, спецназ России.
— Ви дьействитьельно русськая? — спросил мальчишка, старательно выговаривая слова.
— Над произношением еще работать и работать, — ответила девушка по-русски и, одним движением оттащив баррикаду в сторону, приоткрыла дверь и скользнула в образовавшуюся щель.

Последующие двадцать минут прошли и для нее, и для остальных участников весьма продуктивно. Алиса, отстреливая бандитов, была вынуждена отойти на четвертый этаж, откуда она видела, как эвакуируют детей, а вокруг корпуса выстраивается кольцо из бронетехники. Потом с ней на открытом аварийном канале связался шериф этого города и, поблагодарив за спасение детей, предупредил, что военные не хотят штурмовать здание и, скорее всего, расстреляют его из пушек, так как бандиты сдаваться отказались.
К этому моменту боевики, обозленные тем, что план насчет заложников рухнул и выскочить из города не получится, устроили настоящую загонную охоту. Не считаясь с потерями, ее отжали в лабиринт технических коридоров, где, имея численное превосходство, они могли просто задавить численностью.
Как раз в этот момент прозвучал первый выстрел из пушки, снаряд разворотил кусок стены, выплеснув наружу осколки камня и обрывки бумаг.
Здание устояло, но Алиса не строила иллюзий на свой счет. Интрига была только в том, кто успеет раньше. Вояки или бандиты.
Она, определив по едва слышному шороху, что очередной смертник вышел из-за поворота, дала очередь в стену, и тяжелые пули срикошетили вбок, достав бандита.
Вдруг замигал огонек вызова на аварийной частоте, и Алиса через ментальный интерфейс активировала связь.
— Полковник Штайн, Управление специальных операций Объединенного Штаба, — сухо представился мужской голос. — Насколько я понимаю, вы и есть тот самый человек, который очистил мое хранилище и убил два десятка моих людей?
— Вопрос, как я понимаю, чисто риторический. — Алиса усмехнулась и, поднявшись с места, рывком перескочила в другой коридор, одной очередью срезала двух бандитов, которые почему-то стояли к ней спиной. — Что хотели, полковник? Говорите коротко и по существу. А то у меня времени совсем немного. — Она перевела дух и проверила повязку на ноге, которая снова начинала кровоточить.
— Я уполномочен командованием Управления специальных операций предложить вам сотрудничество в рамках подразделения «Сигма». Мы готовы по вашей команде запустить в здание боевых роботов, и они зачистят все здание за пять минут. Потом вас в закрытом транспорте доставят на нашу секретную базу, где вы детально обсудите все аспекты вашей будущей работы.
— Боюсь, я вынуждена отказаться. — Алиса выглянула в очередной коридор и увидела строй боевиков, который двигался, закрывшись стальными бронещитами.
Бандиты быстро сообразили, что гранат у нее больше нет, и решили ускорить процесс. С гранатами и в самом деле была напряженная ситуация, Алиса отошла назад и, прилепив к потолку последнюю мину, повернулась, чтобы увидеть, как невесть откуда выскочивший человек наотмашь полосонул по ней из короткоствольного автомата.
Броня поглотила три из четырех попавших в нее пуль, а четвертая довольно неудачно попала в стык пластин на руке и, оставив глубокую рану, унеслась дальше. Ответным огнем Алиса уничтожила бандита, но внезапно потяжелевший автомат пришлось перекладывать в левую руку.
— Я понимаю, что для долгих переговоров выбрал неудачное время, но вынужден повторить свое предложение, — вновь раздался голос полковника Штайна.
— Не договоримся мы с вами, полковник. — Она распаковала очередной медпакет и, втолкнув в рану шарик кровеостанавливающего комплекса, прихватила сверху аэрозольным бинтом. — Я же вас, ну я имею в виду всех англосаксов, за людей-то не считаю. О чем с вами вообще можно договариваться? Вы же народ подонков и убийц. Цивилизация паразитов.
— Но ведь вы же спасли наших детей? — удивился Штайн.
— Детей не трогай, полковник. Кто знает, может, там, среди них, будущие люди. Наперед-то ничего не известно. Да и для самоощущения это плохо. Сначала ты бросаешь в беде чужих детей, а потом, глядишь, и своих оставишь. Так что я предпочитаю подстраховаться и жить со своей совестью в мире. Это же, кстати, касается и всяких договоров с вами. — Алиса сделала паузу и, вытряхнув на перчатку несколько тонизирующих таблеток, забросила их в рот, запив водой. — Торговаться с лукавым — значит проиграть еще до окончания сделки.
С трудом поднявшись, она проковыляла дальше и уперлась взглядом в тупик.
— Отличненько. Ну просто отличненько. — Она оглядела крошечную нишу, в которой, наверное, мог бы спрятаться подросток, но никак не она в штурмовой броне.
Алиса еще раз крепко выругалась, развернувшись на месте, чтобы встретить лицом к лицу вылетающих из-за поворота боевиков. Спасли ее только невысокий уровень боевой подготовки отморозков и мощь ее автомата, который не давал шанса нападавшим. В пару секунд она выкрошила эту группу и выглянула за угол, чтобы увидеть все тот же строй с бронещитами.
— Ну вот и звездец.
— Повторите, не понял, — вдруг отозвался полковник.
— Я говорю, нормально все! — Алиса сбросила рюкзак и стала выкладывать перед собой остатки боеприпасов. — Ждите отстоя, не ждите долива.
Две гранаты, шесть магазинов и одна мина. Негусто, но на последний танец должно хватить.
Она уже приготовилась к последнему бою, когда перед ней плюхнулась кустарная связка из нескольких гранат, весело дымящая замедлителем. Алиса только и успела, что отшвырнуть связку за поворот, как грохнул мощный взрыв, впечатавший ее в противоположную стену.
Взрыв на четвертом этаже, видимо, до конца исчерпал остатки прочности здания, и верхние этажи начали неторопливо складываться внутрь, круша перегородки и перекрытия.
Через пять секунд вместо двенадцатиэтажного корпуса была лишь гигантская куча мусора и еще большее облако пыли.

Эпилог

Технический коридор, сложился так, что Алиса оказалась заживо погребенной под многотонным крошевом из арматуры и бетонных обломков. Острый кусок камня вспорол ногу, и теперь, не имея возможности даже пошевелиться, она чувствовала, как жизнь по капле вытекает из нее.
Внезапно перед глазами развернулся виртуальный экран нархона.

…Критическое повреждение носителя. Запрос аварийной эвакуации… Список эвакуационных координат пуст.

Скользя взглядом по затейливым пиктограммам айянского алфавита, Алиса с трудом понимала смысл текста. Она, словно завороженная, смотрела на перемещение красных символов, похожее на танец искр над костром.
— Эвакуация по базовым координатам?
— Хрен с тобой, давай по базовым.

Казань, 2013 год